Бурятии нужен кулак

Депрессивность и отсталость — это не навсегда

Мы привыкли к тому, что Бурятия — регион депрессивный, к тому, что предприми мы хоть какие меры по этому поводу, все равно ничего не изменится. Эта мысль настолько глубоко сидит в каждом жителе Бурятии, что любое обещание перемен в лучшую сторону выглядит наглым обманом. "В Бурятии ничего измениться не может. Тем более в лучшую сторону", — вот наш ответ любым обещаниям. Если не избавиться от этого заблуждения, оно станет самосбывающимся прогнозом, навеки укоренившись в умах.

При уровне ВРП Бурятии в 50 миллиардов рублей республике хватит около 30 миллиардов инвестиций в крупные инфраструктурные проекты в течение ближайших пяти лет, чтобы жизнь жителей республики радикально и заметно изменилась в лучшую сторону. На первый взгляд сумма кажется астрономической. Между тем ничего выдающегося в ней даже по меркам Бурятии нет. Республика и сейчас ежегодно получает 6—7 миллиардов рублей в виде текущих инвестиций. В общем, получается, что необходимо удвоить их количество. Не так уж и нереально. За этим удвоением кроется ряд крупных новых проектов, способных вывести Бурятию на качественно иной уровень развития. Таких проектов, причем даже в готовом к началу работы виде, очень много. Можно начать с модернизации улан-удэнского аэропорта и создании на его базе международного транспортного терминала. После осуществления одного этого проекта экономика региона обретет совершенно новое лицо. Далее можно было бы развить туристическую транспортную инфраструктуру, что позволило бы в полном объеме реализовать рекреационный потенциал Бурятии. И так практически в каждой отрасли хозяйства. Представления о том, что и как делать в Бурятии, есть. Нет на это денег. Что, однако, все чаще выглядит как отговорка. Источников инвестиций экономической науке известно всего два: это частные коммерческие структуры (как российские, так и иностранные) и государство в лице федерального бюджета. Невысокий инвестиционный рейтинг Бурятии, удаленность от развитых регионов России не позволяют в ближайшем будущем надеяться на быстрый рост частных инвестиций. Для того, чтобы Бурятия перестала плестись в хвосте развития страны, остаются только инвестиции государственные. С этим дела обстоят тоже далеко не блестяще. На федеральные целевые программы, которые как раз и предполагают государственные инвестиции в развитие регионов, выделяется порядка 180 млрд рублей в год. Бурятия получает из этой суммы едва ли 500 миллионов — 1/360 часть. Простая арифметика говорит о том, что наша часть должна быть по числу населения — 1/150, по количеству регионов России — 1/89, ну, а "по справедливости", так и вообще верхней границы нет: знаменатель этой дроби можно сокращать сколько угодно. Ведь наш регион в силу огромного количества факторов уникален, и уж во всяком случае его стратегическое значение не меньше, чем у республики Татарстан, получившей 11,3 млрд рублей из Федерального фонда развития регионов. Треть того, что нам нужно. Кто может своими действиями подстегнуть вялотекущий и больше похожий на стагнацию процесс развития Бурятии? Вопервых, это все лица наделенные властными полномочиями от имени Бурятии: Президент, глава Хурала, сенаторы, депутаты Государственной Думы. По статусу они являются чиновниками федерального уровня, соответственно, могут представлять интересы республики в московских бюрократических кабинетах. Во-вторых, это депутаты Государственной Думы, за которыми, согласно регламенту российского парламента, закреплена обязанность курировать вопросы, связанные с регионами. У Бурятии таких "прикрепленных" депутатов около 15. Никто из них, правда, в Бурятии никогда не был, но это говорит не столько об их невнимании, сколько о том, что республиканские политики не используют эту закрепленную законом возможность продвигать интересы республики. Ну и втретьих, это многочисленная московская диаспора выходцев из Бурятии. У кого-то в Москве сложилась неплохая административная чиновничья карьера, у кого-то — бизнес. В большинстве своем эти люди, обладая хорошими связями в Москве, не теряют связей и с республикой, их ведь с обретением московской прописки не перестали волновать проблемы малой Родины. Можно приблизительно подсчитать лоббистский потенциал вышеперечисленных представителей Бурятии. Он на самом деле не так уж и мал. Однако, как показывает жизнь, работает он на республику крайне неэффективно. Даже помощь, что называется, на "бедность" медленно, но верно сокращается. О стратегическом развитии же вообще речи практически не ведется. В чем причина? Отвечая на этот вопрос, наделенные властными полномочиями жители Бурятии, как правило, закатывают глаза и многозначительно произносят: "Москва!" А что Москва? Московский взгляд на наши "трудности" хорошо выразил московский же кандидат на пост сенатора от Хурала Леонид Трошин в одной из встреч с бурятскими журналистами.
— Проблема, на мой взгляд, тривиальна, — поделился он своими соображениями. — Она заключается в разобщенности людей, которые могут соответственно своему статусу и положению продвигать интересы Бурятии в Москве. Все как в старой притче про пятерню и кулак. Пробивная сила кулака выше, а пятерней вообще не особо-то и подерешься. Сейчас в Москве вас попросту не слышат, Россия ведь очень большая. Для того, чтобы начать реализовывать свой потенциал, нужно объединить усилия, отбросить сиюминутные противоречия и наладить действие неформальной организации, способной эффективно, а главное — быстро выбивать то, на что Бурятия имеет право.
На базе чего может сложится подобного рода структура — вопрос открытый. Вполне может справится с этой задачей партия власти — "Единая Россия". В пользу этого предположения говорит то, что, решив вопрос на уровне партии, благодаря ее большинству в Государственной Думе, можно получить и поддержку всего парламента России. Кроме того, организационно все предпосылки для функционирования единого лоббистского центра у бурятского отделения "Единой России" есть. Работать с партийными функционерами готов и Леонид Трошин, выдвижение которого на пост сенатора от Хурала "Единая Россия" поддержала.

Метки:
baikalpress_id:  63 662