«Не поедем в общежитие!»

Жители домов на ул. Красных Мадьяр восемь месяцев живут в осаде 

В глубине улицы Красных Мадьяр, что в Октябрьском районе Иркутска, на стене старого деревянного двухэтажного дома разборчиво красками выведено: «Не поедем в общежитие!» Так четыре семьи выражают свой протест против переселения их из центра города на окраину Ново-Ленино по программе переселения из ветхого жилья. Семьи считают, что такие изменения в их жизни создают существенные дополнительные трудности, лишают нормальных условий и куска хлеба. 

Далеко и дорого 

Надпись на стене дома № 36a сделали пенсионерка Людмила Михалева и ее молоденькая соседка Анастасия Власова в надежде, что ее заметят и будет какой-то отклик общественности. Людмила Михалева, которая воспитывает двух внуков-сирот, а также семья Анастасии Власовой, состоящая из шести человек от мала до велика, категорически отказываются въезжать в высотный дом, расположенный в конце Ново-Ленино, на ул. Розы Люксембург.

— В ноябре, в середине учебного года, в холод, вдруг началось переселение! Ни общего собрания жильцов, ни предварительного сообщения… Просто сказали: «Переезжайте». Часть жильцов собрали вещи и съехали, конечно. Испугались они — сильно давили на нас. Но мы отказались съезжать.

Женщины объясняют свое упорство тем, что считают несправедливым получить взамен квартиры в центре, хоть и в старом доме, по комнатушке на семью в высотке на окраине города. Они всю жизнь прожили в центре, и если отбросить лирику, то с центром связана работа и учеба детей.

— Я давно пенсионерка, но работаю в школе. Если я перееду, где найду работу? Молодых не берут, где уж мне! Ездить в Октябрьский район в школу не смогу — дорого и здоровье не позволит. Просто потеряю средства к существованию, — жалуется Людмила Филипповна.

— А мы узнавали в школах Ново-Ленино, есть ли там места для новых учеников. Мест нет! Не понимаю, как же туда людей целыми кварталами переселяют!.. По логике, надо сначала инфраструктуру создать. К тому же нам сказали, что моя сестра-семиклассница учится по другой программе, у них такой нет. И что нам делать? Отправлять девочку каждый день с двумя пересадками в школу? Уроки второй смены заканчиваются в семь часов вечера, — говорит Анастасия.

Квартиры, которые им предложили в новом доме, не предоставив никакого выбора, никаких вариантов, — крошечные; жилая площадь, говорят женщины, занижена.

— Туда даже мебель не влезет, — говорит Ирина Тетенькина, которой со всем семейством предлагают перебраться в квартирку размером 36,6 квадратных метра.

— Сам дом напоминает общагу и метражом квартир, и расположением — по 14 маленьких квартир на площадке. Мы его прозвали кораблем. Комнаты в нем имеют пять углов, — говорит Людмила Филипповна, которую, помимо всего прочего, очень смущает форма комнаты, куда ее хотят переселить.

Очередь смертников 

Во дворе дома № 36a стоит одноэтажная «деревяшка» на две семьи, под номером 36в. Ее жители также подпадают под программу расселения — власти желают выселить их в тот же дом № 118/1 на ул. Р.Люксембург, куда сослали и всех остальных жильцов околотка. Хозяйки этого дома Людмила Пушкова и Елена Рукавичка отказываются съезжать на тех условиях, которые предлагает администрация.

— У нас в собственности земля, участок, есть все документы, мы платим налоги. Но администрация не желает признавать нашу собственность. А насчет налогов говорит: «Это ваши проблемы, это ваш выбор — налоги платить. Можете их через суд обратно отсуживать». Вот так заявление! Пытаемся отстоять свои права, наняли юриста...

Женщины категорически не согласны с бездушным подходом чиновников к проблеме переселения.

— Как со скотом с нами поступают! — резюмирует Ирина Тетенькина, мама Анастасии Власовой.

Она возмущена еще и тем, что семьи из двухэтажного барака под номером 36а стоят на очереди по улучшению жилищных условий. Людмила Филипповна стоит в этой очереди сорок лет, а семья Ирины Тетенькиной — тридцать.

— Эту очередь сотрудники городской администрации, не стесняясь, называют очередью смертников — она движется только тогда, когда кто-то по старости умирает, — говорит Анастасия.

Два дома, где оставшиеся жители упорно держат оборону, расположены недалеко от стройплощадок и новых жилых комплексов, которые в изобилии отстраиваются на месте частного сектора на улицах Седова, 25 Октября, Трилиссера. На месте домов, которые не хотят освобождать жители, также будет жилой комплекс, предполагают жильцы.

— Мы готовы переехать — если нам выделят жилье по справедливости. Цена квадратного метра в этом районе совпадает с нормами по программе переселения. Мы согласились бы переселиться в одну из ближайших новостроек. Или в новостройку на ул. Сурнова, или в конец Солнечного — там везде выделены квартиры для переселенцев из ветхого жилья. Но нам говорят: «Мы не сможем закрыть программу переселения, если вы не переедете на Р.Люксембург. У нас запланировано, что вы будете жить там». Но нам-то какая разница, что у них запланировано? Разве это должно волновать нас? Речь идет не об их планах, а о нашей жизни в новой квартире.

Боятся, что закажут 

Женщины рассказывают, что им звонят по много раз на дню, пугают, давят, психологически уничтожают. Во двор приезжают мужчины на дорогих машинах — ходят, смотрят, уезжают. Женщины боятся, что однажды их дома закажут.

— Дважды нас уже поджигали, так что мы боимся. Даже установили камеру, чтобы контролировать ситуацию. Нам открытым текстом пообещали, что если не съедем, то дождутся, когда никого не будет дома, и снесут все бульдозером.

Тем временем администрация подала в суд на выселение непокорных жителей. Иск администрации относительно выселения Людмилы Пушковой суд вернул — мол, договаривайтесь по-хорошему. Сегодня в суде рассматривается исковое администрации Иркутска к пенсионерке Людмиле Михалевой о выселении. Людмила Филипповна специально не приватизировала квартиру, так как надеялась, что закон будет соблюден и при расселении ее семье предоставят положенное количество метров — по 18 на каждого прописанного. По мнению соседей, она находится в лучшем положении, чем они, собственники. Однако она была вынуждена обращаться за помощью к уполномоченному по правам человека.

Анастасия Власова рассказывает, что таких протестующих, как они, по всему городу очень много: жители соседнего барака по Красных Мадьяр, двухэтажной «деревяшки» за кинотеатром «Баргузин», дома на ул. Стасова, 2, и т. д. Она собирает информацию о тех домах, жители которых не хотят переселяться.

Метки: Жизнь, Иркутск
baikalpress_id:  108 054