Наталья Дикусарова: «Депутат — это просто статус, место работы»

Накануне Женского дня журналист поговорил с одной из немногих представительниц прекрасного пола в областном парламенте

Наталья Дикусарова часто появляется на страницах нашей газеты. Только повод для разговора обычно серьезный: бюджет, налоги, субсидии и субвенции. А чтобы «за жизнь» поговорить — такого почти не бывает. Это потому, что должность у Натальи Игоревны непростая — депутат Законодательного собрания Иркутской области, заместитель председателя ЗС, председатель комитета ЗС по бюджету, ценообразованию, финансово-экономической и налоговой политике. И все-таки перед праздником 8 Марта мы решили изменить правилу и поговорить с ней на внебюджетные темы. 

Новые дома, новые окна 

— Наталья Игоревна, наша более или менее неформальная беседа состоялась почти три года назад. Остальное время — все по работе и по работе. И вот я хочу спросить: что у вас случилось за эти три года нового? Понимаю, что событий было много. Обозначьте самое основное.

— Действительно, событий было немало, но чего-то глобального не произошло. Думаю, на момент нашего прошлого разговора я еще опасалась, справлюсь ли я с работой председателя бюджетного комитета. Оценку своей работе я, конечно, давать не могу, но внутреннее самоощущение и оценка коллег из правительства и муниципалитетов подсказывают, что это, наверное, мое. Бюджет я стала чувствовать на каком-то интуитивном уровне. Что касается личной жизни — подросли мои дочери за это время. Младшей девочке 26 февраля исполнилось семь лет, она уже пойдет в школу в этом году. Старшей двенадцать, она уже совсем взрослая. Я еще не оставила мечту о появлении в нашей семье третьего ребенка.

Из наказов избирателей Тайшетского и Чунского районов, которые я получила в 2013 году перед выборами в Законодательное собрание, многое выполнено. Несколько вопросов считались абсолютно нерешаемыми, но и они на сегодняшний день решились. Это приятно и греет душу.

— Какие, например?

— В моем родном поселке Чунском был долгострой — дом на Парковой улице. Половина дома была достроена, а половина нет. И я добилась, чтобы его достроили. Это не хвастовство, а гордость. Столько лет взрослые дяди и тети, депутаты и главы поселения пытались этот вопрос решить, и у них не получалось. А у меня получилось! Я рада за тех людей, которые заехали в новые квартиры, потому что это первый за многие годы случай, когда в Чуне кто-то получил жилье от государства.

Я горжусь тем, что мне удалось помочь любимой, родной школе, в которой я училась. Это здание в четыре этажа, все фасады — в окнах. В кабинетах по 3—4 окна, и все окна старые, деревянные. Понятно, что было холодно. Мы очень долго шли к тому, чтобы все эти окна заменить сразу, а не по кабинетам. И вот в прошлом году мне удалось добиться внесения этого объекта в областную программу энергоэффективности. Я обещала это сделать всем педагогам, и свое обещание выполнила.

Заслон красноярскому мясу 

— К дороге Тайшет — Чуна — Братск, которая строится вот прямо сейчас, вы, насколько я знаю, тоже имеете отношение…

— Да, я даже помню, где и как решался этот вопрос. В кабинете Бориса Алексеева собралось руководство дорожной службы, представители регионального минстроя. Мы очень долго думали, есть ли смысл заявлять эту дорогу на федеральное финансирование. Спасибо Борису Григорьевичу. Он не оставил меня один на один, и мы доказали, что эта дорога нужна. Противники этого проекта приводили такой сомнительный аргумент: мол, она откроет прямую дорогу в Красноярск и экономика этих территорий полностью переориентируется на соседний регион. Мы убедили, что дорога на Красноярск как раз открыта. И именно потому, что нет дороги Тайшет — Чуна — Братск, жители Тайшетского, Чунского, Нижнеудинского районов едят красноярское мясо и красноярский майонез. А когда появится эта дорога, я вас уверяю, у них появится иркутский майонез и товары сельхозпроизводителей нашего региона. Кроме того, люди будут ездить в медицинские учреждения, торгово-развлекательные центры Братска и Иркутска, а не Красноярска и Канска, как сейчас. При наличии современной дороги мы сможем переориентировать эти территории на Иркутскую область и побороться за них.

Есть еще большие планы по строительству свинокомплекса в Тайшете. Это будет заслон красноярскому мясу на территорию отдельно взятого Тайшетского района. Дай бог, чтобы у людей, которые собрались это сделать, все получилось. Нужно создавать сильную Иркутскую область, которая будет способна конкурировать с соседними регионами.

— В прошлый раз мы говорили с вами, что точкой роста Тайшетского района станет новый алюминиевый завод. Как я понимаю, сейчас этот вопрос снят с повестки дня?

— Движения не идет никакого. Вы помните, как болезненно продвигался этот вопрос. Сколько митингов было в Тайшете — не против собственно завода, а против строительства анодной фабрики. Была доказана экономическая эффективность проекта, предоставлены гарантии безопасности. Но ничего не происходит. Завод практически готов, а вот к анодной фабрике еще и не приступали.

В Чуне особый воздух

— Был недавно в Чунском районе, на той самой дороге, о которой мы только что говорили. По ней одни лесовозы идут. Я так понимаю, на этой территории все точки роста связаны с лесом?

— Чунский район был всегда лесным районом. И в настоящий момент крупные лесоперерабатывающие предприятия, которые регулярно платят налоги, работают как раз в Чунском районе. Чтобы заниматься здесь сельским хозяйством, требуется немалая доля везения. Но тем не менее есть здесь семья фермеров, которые пользуются государственной поддержкой. В Веселовском МО они распахали почти все свободные земли. А недавно в Чунском районе появился небольшой завод по розливу газированной и минеральной воды. Молодой человек с нуля организовал предприятие. Мне попалась его продукция, и я с гордостью прочитала на этикетке: «Чунский район». Так что определенные точки роста здесь появляются.

— У вас особое отношение к Чунскому району…

— Конечно, это моя малая родина. Если бы у меня спросили когда-нибудь, где мое сердце, я бы ответила, что там. Я еду на поезде и по одним только елкам могу сказать, что мы въехали в Чунский район. Здесь особый воздух. Его сразу чувствуешь, когда сюда приезжаешь и из вагона выходишь. И люди там особые. А какие там реки, какая рыба, какие грибы! Небольшая территория, а все есть.

«Ты сегодня депутат» 

— Скажите, а вы помните тот момент, когда вы решили заняться политикой?

— Мой ребенок несколько лет назад задала мне похожий вопрос: «Мама, а как ты стала депутатом?» Я ответила, что долго рассказывать. «Я все поняла, — сказала тогда дочь. — Ты приходишь на работу, и тебе говорят: «Все, Наташа, ты сегодня депутат». На самом деле специально я к этому не стремилась. Я десять лет работала в госуниверситете, на юрфаке. Преподавала международное право. И мне было там легко и комфортно. И вот как-то мне предложили поработать помощником у Валентина Межевича (бывший заместитель губернатора Иркутской области, сенатор Совета Федераций. — Прим. ред.). Так я впервые попала в политику. Потом на молодежных праймериз «Единой России» я заняла одно из первых мест и на выборах 2008 года оказалась в партийном списке ЕР под № 26. Потом руководством Законодательного собрания и партийным руководством было принято решение поднять молодежь чуть повыше. Я оказалась в списке под № 16. В итоге «Единая Россия» показала тогда настолько высокий результат, что наутро после выборов я проснулась депутатом Законодательного собрания.

Был тогда в Иркутске такой журналист — Артур Дан. И вот буквально на следующий день он встречает меня и говорит: «Ты же заняла чье-то место!» Причем жестко так сказал. Я не готова была к таким словам, тем более от человека, которого хорошо знала. И я ему ответила: «Давайте немножко подождем, поработаем, а потом вы мне скажете, чье место я заняла и заняла ли я его».

Это был в какой-то степени вызов, и я его приняла. Я шла по списку, и мне можно было с территориями не работать вообще. Но я подумала: у меня есть территория, где я выросла и которой обязана многим. И я попросила по партийной линии закрепить за мной территорию Чунского района. А ближе к 2013 году, когда уже стало ясно, что региональная группа будет из двух районов — Тайшетского и Чунского, — я начала работать в обеих территориях.

— То есть в 2013 году вы пошли на выборы уже абсолютно осознанно…

— Да, причем это было очень тяжелое решение. У меня нет бизнеса, я живу только на ту заработную плату, которую я получаю. Выборы — очень непростая вещь. Мне нужно было трезво оценить свои возможности. Я снова стала депутатом. Но для того, чтобы все это состоялось, я уехала в Тайшет и Чуну и жила между этими территориями июнь, июль, август и часть сентября. Вместе со мной там жили мои дети. У меня в день было в среднем по пять встреч. Мы перемещались между Чуной и Тайшетом на собственной машине. За рулем либо была я, либо моя сестра. Вот цена тех 53% голосов, которые мы набрали.

И сейчас я смотрю в будущее и думаю: а через три года что будет? Пойду ли я еще раз на выборы? Вот смотрите: один раз в месяц я обязательно посещаю свои территории. Это обещание, которое я дала своим избирателям. Один день обязательно в Чуне, один — в Тайшете. Чтобы мне туда попасть, мне нужно уехать вечером, ночь провести в пути, день — в Чуне, а если надо, то и два дня; потом переезжаю в Тайшет… И все это в машинах, в поездах. В общем, получается целая рабочая неделя. У меня есть муж, у которого есть своя работа, свои дела. Но ему всю свою жизнь пришлось перестроить под мой режим работы. Пока меня нет, он находится с детьми, берет на себя все домашние заботы. Кто бы еще смог так сделать из мужчин — вопрос очень большой. Плюс командировки по линии Законодательного собрания, по региону или в Москву… И мне друзья часто задают вопрос: «Зачем тебе это надо?» Плюс к этому ненормированный рабочий день, сложные процессы при принятии бюджета. Необходимо много читать, заниматься самообразованием. Времени, эмоций, сил на это уходит очень много. И я часто думаю: а стоит ли опять сознательно накладывать на себя какие-то ограничения?

— А какие ограничения накладывает на вас депутатский статус?

— Здесь, скорее, не собственно статус, а мое личное к нему отношение. Есть какие-то незначительные вещи. Например, я не могу позволить себе прийти на работу без прически, без определенного протокола. Но есть и другие моменты. Например, если я раньше водила машину и не представляла себя без этого, то сейчас я очень опасаюсь садиться за руль. Я понимаю, что даже незначительное ДТП может вызвать непредсказуемый резонанс. Хотя лично уверена, что любое серьезное ДТП — это трагедия, которая касается двух сторон. И никто не разберется до конца, что на самом деле случилось, какие обстоятельства сложились на дороге.

Мне совсем немного лет. Я хочу сходить в клуб, потанцевать — и не могу. И это только некоторые примеры. В общем, мне приходится во многом себе отказывать…

Зависимость от работы 

— Положа руку на сердце, скажите: а вы сможете жить в привычном для большинства женщин режиме?

— Наверное, какое-то время я смогу. Может, месяц проживу так, ну а потом у меня, наверное, не хватит сил… У меня появилась зависимость от этой особенной работы, от территорий, и я уже не представляю, как мне начать утро и не созвониться либо с Тюменцевым (мэр Чунского района. — Прим. ред.), либо с Кириченко (мэр Тайшетского района. — Прим. ред.), либо с кем-то еще, кто поделится проблемами или попросит помощи. Часто звонят и мои избиратели, напрямую, с такими иногда проблемами, что и не знаешь, с чего начать их решать.

— Ну и не только в территориях, как мне кажется, дело. Есть у вас и другие интересные проекты. Например, вы состоите в палате молодых законодателей при Совете Федерации, в декабре вас избрали заместителем председателя палаты…

— Да, это очень интересный проект. Это общение с большим количеством народа, это выход на совершенно новую площадку в Совете Федерации. Мы, члены палаты молодых законодателей, здесь желанные гости, нам открыты двери всех комитетов. Вот недавно была встреча с Валентиной Ивановной (Матвиенко, председатель Совета Федераций. — Прим. ред.). Получается, это третье лицо в государстве. Я прекрасно понимаю, насколько много у нее забот, какой огромный уровень нагрузки.

Пироги и помидоры 

— Учитывая все вышесказанное, остается ли у вас время для семьи?

— Остаются выходные дни. Иногда, правда, без суббот. Мы стараемся куда-нибудь съездить с ребятишками. Для нас священные праздники — новогодние каникулы. Мы эти десять дней максимально стараемся проводить вместе.

— В Таиланд ездите?

— Я, наверное, единственный депутат, который ни разу не выезжал за границу. У меня загранпаспорт появился только два года назад — и то только после того, как Сергей Фатеевич Брилка сказал, что, возможно, в силу должности мы поедем куда-то по международным связям. Я нигде не отдыхала, кроме как в Крыму в прошлом году. Мы на майские праздники туда с девчонками слетали, и в этом году туда же поедем. Я была там в свое время в «Артеке» и во многом подсознательно влюбилась в это место. Кипарисы, запахи — это что-то особенное. А так у нас либо Аршан, либо Голоустное. Вот недавно дети поставили меня на ролики. Вчера прокатилась на лошади, потому что моя младшая дочь учится верховой езде. Стала шить на швейной машинке. Так что и без Таиланда интересного хватает. И я заметила такую странную вещь: чем меньше у меня свободного времени, тем больше времени я провожу с детьми. Если у меня есть возможность увезти ребенка в школу или в детский сад, я сажусь в машину и везу. А потом приезжаю, переодеваюсь, сажусь в служебную машину и еду на работу. Если у меня есть возможность самой сходить на родительское собрание, на утренник, на детский праздник, на конкурс, где участвуют мои девочки, я иду. Люблю, когда у дочек гостят подружки. Никаких ограничений у нас нет — хоть двадцать человек пусть приходит. Всех напоим, накормим…

— А сами что-нибудь готовите?

— Да, я много готовлю. У меня очень хорошо получается борщ — лучше, чем у кого бы то ни было. Люблю делать пироги — творожный и рыбный. У нас с мамой одинаковый рецепт, а пироги получаются разные. Я очень хорошо солю помидоры, а вот огурцы не получаются. А у мамы все наоборот. Поэтому мама солит на все наши семьи огурцы, а я солю на всех помидоры. И потом меняемся огурцами и помидорами. У меня очень хорошо готовит муж, особенно мясо в разных видах. При этом у нас нагружена и вторая бабушка — мама мужа. Она не солит, зато занимается английским со старшей дочерью — вместо репетитора, т. к. в совершенстве им владеет.

— Поскольку мы с вами встречаемся накануне 8 Марта, не могу не спросить: есть ли какие традиции его празднования в вашей семье?

— У нас семья большая, и в ней всегда была одна женщина, которая вокруг себя всех объединяла. Одно время это была прабабушка. И, пока она была жива, все собирались именно в ее доме. А теперь мама стала таким центром. Нас трое детей. Мы берем всех внуков и едем к ней отмечать все праздники. Поэтому 8 Марта — это прежде всего ее праздник. И своих детей мы учим, что самое главное — любить и относиться с любовью к людям, тогда и к тебе будет такое же отношение. Мало кто из одноклассников наших девочек знает, что мама у них депутат. Мы все понимаем, что это только статус, место работы. Для нас это не определяющее. А вот когда я накормлю девочек своим пирогом — это определяющее. И когда ты помнишь об этом, то всегда правильно расставляешь в жизни приоритеты и адекватно оцениваешь окружающую действительность.

Загрузка...