Нашли вторую родину

В Приангарье закрыт последний пункт размещения украинских беженцев 

Весь прошлый год и половина 2014-го прошли под знаком помощи беженцам. Жителей Украины, стремительно покидавших родную страну, в которой становилось небезопасно находиться, приняла и Иркутская область. Всего за полтора года к нам прибыло более 16 тысяч граждан этой страны. Из них чуть более трех тысяч переселенцев приехали организованно, на поездах, по 600 и даже 900 человек разом. Всех их развезли по пунктам временного размещения, где им были созданы необходимые бытовые условия, организовано полноценное питание. И вот в конце декабря прошлого года был закрыт последний из девяти ПВР. Порядка 300 украинских переселенцев решили искать лучшей доли и отправились в другие регионы России. Кто-то вернулся домой, порядка 3000 граждан, по данным миграционной службы, обосновалось у нас.

Встреча на вокзале

Граждане Украины начали массово прибывать в Иркутскую область в середине 2014 года. Прямо на перроне беженцев встречали сотрудники соцзащиты, медики, эмчеэсники, журналисты. Специально для них были открыты пункты временного размещения, которые в итоге проработали больше года. Для беженцев организовывали ярмарки вакансий, работодатели сами приходили к соискателям с предложениями о работе. Нередко работа предоставлялась семьям вместе с общежитиями. Многим этот вариант казался большим везением — семье не придется тратиться на съем жилья.

На сегодняшний день на учете в УФМС по Иркутской области состоит порядка 3000 граждан Украины.

— Территория вселения людей — Иркутск, Шелехов, Ангарск, Братск, Тайшет и многие другие города области, сельская местность, — отметила начальник отдела по вопросам беженцев, вынужденных и добровольных переселенцев УФМС России по Иркутской области Елена Пантелеева. — Кто-то подал документы на гражданство, участие в госпрограмме содействия переселению соотечественников, кто-то принял решение вернуться домой. Около тысячи человек уже получили российское гражданство.

На машинах из Луганска

В числе закрепившихся в Иркутской области — две семьи, Конюховых и Клименко, прибывшие из Луганска в то же время, когда встречали поезда с беженцами. Сейчас они снимают один дом на две семьи недалеко от Иркутска, в поселке Хомутово.

Прибыли семьи в Приангарье на двух машинах прямо из Луганска.

В автомобилях — по двое детей и только самые необходимые вещи. Жилье в Луганске семьи бросили, спасаясь от бомбежек.

— Недолго думая сели и поехали. Не хотелось, чтобы наши дети войну видели, — рассказывает Тамара Конюхова.

Правда, поначалу беженцы держали путь в столицу Кузбасса. Ведь мужья — шахтеры, и работу им хотелось найти соответствующую, в шахте. Но в Кемерово работы не оказалось, предложили пожить восьмерым в малюсенькой комнате до лучших времен. Они не согласились.

Тем временем поступила информация, что беженцев готова принять Иркутская область. Уже порядком подуставшие Конюховы и Клименко направились в Иркутск.

— Мы ехали из Луганска семь дней, проехали 6,5 тысячи километров. Может быть, было бы попроще здесь, если бы мы машины в Ростове оставили и со всеми поездом поехали. Нам предлагали так сделать. Но мы решили ехать самостоятельно, — продолжает Тамара Конюхова.

Она вспоминает, что поначалу приходилось очень тяжело. К концу пути деньги у семей закончились. Порой нелегко было родителям смотреть в глаза голодных детей. Сразу нужно было искать хоть какую-то работу, параллельно оформлять документы на гражданство, устраивать детей в школу.

— Младшей дочке только сейчас дали место в детском саду. С февраля пойдем. А старшую в школу сразу взяли. Нравится ей очень, хотя вначале трудно было. Хоть мы дома только на русском говорим, в Луганске учили в основном на украинском, только два часа в неделю детям русский преподавали. Ну ничего, теперь легче, — рассказывает Тамара Конюхова.

«От работы не отказываемся» 

Семья Клименко уже получила гражданство. У Конюховых же сразу не вышло собрать нужные документы.

— Когда будет российский паспорт, можно будет официально устраиваться на работу. А сейчас зарабатываем чем можем. Муж осваивает новые ремесла, подучился на газосварщика. Я тоже от работы не отказываюсь. Когда нужно отлучиться, старшие дети за младшими присматривают. Большим семейством легче выжить, а со временем каждому надо все равно своим жильем обзаводиться.

О том, что все так сложилось, Тамара с мужем и их близкие друзья не жалеют.

— В Луганске у меня осталась сестра. Говорит, что бомбить меньше стали, зато люди сейчас там голодают, — рассказывает Тамара. — А у нас здесь огород, кроликов разводим потихоньку. Соцзащита ваша помогла вначале: на семью по 19 тысяч выдали на первое время. Соседи местные очень хорошие. Как только мы приехали, привезли нам машину продуктов, даже детям конфет захватили. Мы не ожидали, конечно, и очень были тронуты.

После того как семьи обосновались, в Карлук приехали родители Андрея, мужа Тамары Конюховой, вместе с его сестрой. Они тоже снимают жилье. У сестры уже здесь родился ребенок.

Кстати, друзья Конюховых, Виктор и Оксана Клименко, тоже ждут пополнения в марте этого года. В семье родится третий малыш. Они уже получили вид на жительство, вступили в программу содействия переселению соотечественников.

Поток не остановился

В начале января, подводя итоги работы региона с беженцами, заместитель председателя правительства Иркутской области Валентина Вобликова сообщила, что поток беженцев полностью не прекратился даже сейчас. Довольно часто в министерстве социального развития региона поутру можно встретить жителей Украины, прибывших прямо с поезда.

— Работа не прекращается и сегодня. Ежемесячно к нам приезжает по 150—300 человек. Размещать граждан нам серьезно помогает фонд «Оберег». Потом связываемся с территориями, чтобы помочь людям с жильем и работой.

  • Справка «СМ Номер один»

1135 граждан, вынужденно покинувших Украину, трудоустроены, в том числе 799 человек из числа проживавших в ПВР. Органами занятости населения продолжается работа по оказанию помощи в трудоустройстве.

Иллюстрации: 

Беженцы с Украины по-прежнему покидают свою родину. Пусть и не так массово и организованно, как раньше. Теперь они бегут не от бомбежек, а от голода и бытовой неустроенности.
Беженцы с Украины по-прежнему покидают свою родину. Пусть и не так массово и организованно, как раньше. Теперь они бегут не от бомбежек, а от голода и бытовой неустроенности.