На внедорожниках по Монголии

Впервые побывав на Хубсугуле почти 20 лет назад, в далеком уже 1995-м, я навсегда влюбился и в уникальное озеро, и в тамошние заповедные места, и в саму Монголию, которую невозможно описать заурядными словами.

Потом я приезжал на Хубсугул десятки раз: зимой и летом, осенью и весной, путешествовал на катере — «морем», и на машине, сухопутно. Видел, как мне казалось, такие великолепные места, что лучше и быть не может. Снимал чудные пейзажи на камеру и сожалел, что я не художник. Сочинял восторженные репортажи в газеты и журналы, а в душе расстраивался, что я не поэт. Агитировал всех друзей поехать в Монголию, а втайне переживал, что придется «делиться» такими красотами: я-то все это видел, а они — нет. Мне казалось, что северную часть Монголии, а точнее Прихубсугулье, я изучил достаточно хорошо. Во всяком случае, с точки зрения рыболова-любителя и почитателя спокойного, умиротворенного отдыха в относительно безлюдной местности. Господи, как же я ошибался!

Честно говоря, я и раньше не причислял себя к приверженцам экстрима, а сейчас и подавно: темперамент, наверное, не тот, да и годы уже далеко не юные, чтобы отправляться в авантюрные путешествия. В принципе, наша компания, наезжавшая на Хубсугул достаточно регулярно, всегда благоразумно дозировала приключения: в непролазные чащи не забиралась, своих железных коней, среди которых, как правило, преобладали полноприводные «паркетники», особо не напрягала, рыбу ловила без фанатизма — словом, наслаждалась чудными видами озера, тишиной и спокойствием.

Два года назад я заболел новой, неведомой мне Монголией и потрясающим путешествием в таежную часть страны, в верховья Енисея. Друзья привезли забойное видео, кучу фотоснимков и, разумеется, массу впечатлений. К слову, они и меня звали с собой, но дела из Иркутска тогда не отпустили. Я собирал из отснятых материалов «кино» и завидовал мужикам черной завистью. Еще бы — они ездили в неизведанные дали за тайменем! Я точно заболел, хотя был вполне уверен, что уж к подобного-то рода хвори у меня полнейший иммунитет. Оказалось — нет. И когда в начале нынешнего лета меня снова позвали в «затерянный мир», я уже знал, что меня ничто не остановит.

Как известно, серьезные путешествия не терпят дилетантства. А в том, что наше трофи будет сверхсерьезным, я убедился достаточно быстро, практически с первого же дня пребывания в Монголии.

Надо заметить, что на этот раз я попал в компанию людей солидных во всех отношениях — не только опытных в рыбацком деле, но и подкованных технически (из тех, что могут разобрать и собрать машину по винтикам с закрытыми глазами), имеющих за плечами огромный опыт скитаний по прихубсугульским дебрям. Но самое главное — одержимых мальчишеской жаждой приключений, неподвластной возрасту.

На все про все у нас было десять дней. С учетом того, что наш автопарк состоял из проверенных суровыми условиями абсолютного бездорожья машин — фордовского «Рейнджера» и лифтованного, «обутого» в новую вездеходную резину сафаря, мы рассчитывали потратить три-четыре дня на дорогу, а неделю посвятить рыбалке. Какими же мы оказались наивными! Все получилось с точностью до наоборот: борьба с бездорожьем отняла у нас шесть дней, на охоту за тайменями в чистом виде ушло дня три.

Естественно, в поселке Ханх, на базе отдыха «Саян-Радиан», мы взяли с собой монгольских проводников: отправляться в таежные дебри без местных сопровождающих было бы полнейшим безумием. Более того, даже наш друг Баярхуу, которого мы в шутку называли Сусаниным, не мог порой определить единственно верное направление, в котором следовало двигаться, чтобы преодолеть глубокий брод или объехать коварную трясину. На помощь пришли его друзья, которые ориентировались на местности без всякой карты и при необходимости помогали нам вытаскивать машины из непролазной грязи.

Итак, наш путь лежал на юго-восток от Хубсугула. Спустившись вдоль озера километров на 120 (успев при этом насладиться великолепными видами младшего брата Байкала), мы ушли в сторону от оживленного тракта, соединяющего северную оконечность озера с южной. Причем слова «оживленный тракт» смело можно (и нужно!) писать в кавычках, ибо эта единственная магистраль, соединяющая Ханх с Хатгалом, пригодна для передвижения автомобильного транспорта весьма условно. Да и то лишь в сухую погоду. В ненастье отважиться на 180-километровый бросок могут либо навороченные джипы, либо КрАЗы-лаптежники, убивающие раскисшую дорогу, либо местные шоферы-виртуозы, управляющие уазиками ничуть не хуже, чем выносливыми монгольскими лошадками.

Утро второго дня, после ночевки на берегу Хубсугула, встретило нас дождем. Ждать у моря погоды было, естественно, некогда, и мы пустились в путь. В телепрограммах про экстремальные путешествия режиссер обычно пускает в кадр титры: дескать, повторять подобные трюки не советуем — это опасно для вашей жизни. Доля истины в том есть: отправляясь в длительное и сложное путешествие, нужно четко представлять, что тебя ждет. И разумеется, быть готовым к любым неожиданностям. К тому, например, что после дождя разольются обычно мелкие речки и, чтобы перебраться с одного берега на другой, вам придется «плыть» по руслу не одну сотню метров (когда вода скрывает колесные арки, это особенно щекочет нервы!). К тому, что, остановившись на ночлег в 30-градусную жару, вы можете проснуться утром под снегом. К тому, что в баке вашего железного коня может внезапно кончиться солярка — езда на «понижайке», на форсаже по бесконечным болотам и каменистым перевалам, по зыбучим пескам и таежным серпантинам, где габариты машин едва вписываются в просветы между вековыми лиственницами, не способствует экономии горючего. И еще много к чему. Но если это не пугает, монгольский экстрим — для вас. Скажу честно: мне наше путешествие в затерянный мир пришлось по душе. Более того, я открыл для себя совершенно иную, потрясающую Монголию, которую, наверное, невозможно описать словами, хотя я и пытаюсь это сделать.

Лучше все увидеть своими глазами.

…К исходу второго дня мы добрались до реки Ур-Гол, где была намечена первая рыбалка. В потемках не успели как следует, разглядеть окрестности — лишь поохали при виде багрового заката над темными стремительными водами да впечатлились нависшими над берегом огромными скалами. Зато утром дали волю своим чувствам: буйство красок, пение птиц, сводящие с ума запахи диких трав, прозрачная вода не давали ни малейшей возможности ощутить реальность всего происходящего. Нет, это была совсем не та Монголия у северного берега Хубсугула с ее суровой, сдержанной красотой. Это был настоящий рай, хотя и без пальм и смоковниц.

А потом была рыбалка. Вооруженные спиннингами, мы разбрелись по плесам и перекатам в поисках большой рыбы. Через пару часов усердного прочесывания реки, после смены доброго десятка блесен грешным делом вспомнил слова некоторых «знатоков» о том, что рыбу в Монголии не может поймать только ленивый. Среди моих друзей ленивых точно не было, да и сам я, выискивая подходящие места, исходил берег на протяжении нескольких километров — рыба не брала. А в том, что она здесь, в ямах у скалистого «прижима», есть, не было никаких сомнений: три-четыре раза мы ощущали мощные поклевки и даже успевали согнуть в дугу удилища, но рыба бросала блесну. Когда же мы на лодке переплавлялись с одного берега на другой и по ходу хлестали воду блеснами, то отчетливо видели большие тени, скользившие за приманкой. Как мудро заметил самый опытный участник нашей экспедиции — Анатолий Данько, это тот случай, когда надо проявлять свое рыбацкое мастерство. Он, кстати, проявил его первым, вытащив на берег ленка. Впрочем, к концу дня обрыбились почти все. Я добыл своих ленков уже на закате, уйдя от лагеря на пару километров за поворот реки. Но тайменя не было. Нельзя сказать, что мы были сильно огорчены этим обстоятельством, но все-таки…

На следующий день нам предстояло пройти самый тяжелый участок пути. Правда, мы об этом еще не догадывались. Не знали, что придется не единожды сидеть на «брюхе» в грязи, вытаскивать машины с помощью лебедки, вызволять колеса из глубокой, вязкой колеи с помощью «хайджеков» (с другими домкратами там было бы нечего делать!), убирать с пути стволы рухнувших от старости лиственниц. Мы не могли себе представить, что 30 км можно преодолевать 10 часов! А таких участков, к слову, было предостаточно. Правда, чем дальше мы ехали, тем быстрее проходили всякого рода препятствия, да и команда работала все слаженнее и сноровистее. Даже некогда было обдумать вертевшуюся в голове фразу: «Куда вас, сударь, к черту занесло?..»

Вечером третьего дня наших таежных скитаний мы наконец прибыли в искомую точку — на берег Эгийн-Гола, по-своему уникальной монгольской реки, аналога нашей Ангары: она, единственная из местных рек, вытекает из Хубсугула. Здесь нас ждала настоящая рыбалка, ради которой мы, собственно, и терпели тяготы и лишения. Впрочем, про все трудности пути мы моментально забыли, как только увидели потрясающей красоты пейзажи и, тем более, когда пошла настоящая путина.

Первый таймень, хозяин здешних вод, был выловлен, конечно же, нашим мэтром Анатолием Данько: скоротечная, завораживающая борьба (с высокими «свечками» и отчаянным сопротивлением речного хищника) завершилась тем, что 4-килограммовый красавец оказался на галечном берегу. Я своего тайменя выудил на следующий день на тихом плесе возле самого лагеря. Все произошло так быстро и неожиданно, а мое желание добыть трофей было так велико, что я даже не дал рыбине как следует покуражиться…

…Обратная дорога (та же самая) показалась намного легче. Может, опыта поднабрались, может, эмоциональный подъем сказался. Во всяком случае, едва ли не все препятствия мы преодолевали ходом, уже не опасаясь коварных ловушек в виде уходивших из-под ног кочек или незнакомых бродов. Правда, посидеть в болоте нам все-таки пришлось — когда намертво засадили в грязи «Рейнджер». Выручила нас монгольская смекалка. Баярхуу показал, как надо вызволять машину из болотного плена, когда в радиусе сотни метров нет ни одного дерева, чтобы зацепить лебедку. Принесенное из ближайшего леса бревно, на котором закрепили трос, мы горизонтально вкопали прямо в уходивший из-под ног дерн, а дальше, как говорится, все было делом техники и мастерства нашего водителя.

К вечеру девятого дня путешествия мы были на базе «Саян-Радиан», где нас ждали баня и добрый ужин. Усталость? Да про нее забыли, как только замолкли двигатели наших машин. Остались одни эмоции, которые хотелось, не расплескав, сохранить как можно дольше. Как минимум — до следующей экспедиции. А в том, что она непременно будет, я уже ничуть не сомневаюсь. Потому что иммунитета от этой болезни нет. В этом я убедился в полной мере.

А еще вспомнились слова мудрого Дидро: «Лучше изнашиваться, чем стареть!» Хороший девиз для нормальных мужиков!

  • Для тех, кого не устраивает диванный уют или утомительные путешествия по маршруту «пляж — ресторан — отель», сообщаем: организацией отдыха на Хубсугуле и в его окрестностях, в том числе и подобных экстремальных экспедиций, занимается совместное монголо-российское предприятие «Саян-Радиан». Контакты — на сайте www.sayan-radian.ru
baikalpress_id:  96 834