На понятном языке

Иркутские музыканты дали уроки горлового пения шаманке из Перу

Двойная экзотика для Приангарья — горловое пение и гостья из Южной Америки. В марте в Иркутске гостила Мария Гарнет — целительница из Перу, которая борется за сохранность лесов на Амазонке. Также Мария занимается изучением этнической музыки, с этой целью она уже объехала полмира. В далекой Сибири Марию привлекло горловое пение. Через ролик в Интернете она услышала, как поет Александр Архинчеев из иркутской группы «Шоно», и девушке так захотелось у него по­­учиться, что она, недолго думая, прилетела на другой конец земли.

На пути к мировой славе

 На первый взгляд может показаться, что горловое пение — дело не самое сложное. Но, как признаются мастера, это тяжелейший труд. Для того чтобы овладеть древним искусством, нужно потратить много сил и времени. В Приангарье мастеров горлового пения практически нет.

— Горловое пение распространено среди народов, практикующих шаманизм: на Алтае, в Монголии и Тыве, — говорит Александр Архинчеев. — В Тибете ламы читают таким же образом мантры. В Бурятии сегодня горловое пение является умирающим видом искусства. Наша группа — единственная на два региона (Бурятию и Приангарье), которая использует горловое пение.

Александр родом из поселка Бильчир Осинского района. Рассказывает, что осваивать горловое пение начал совершенно случайно — десять лет назад, когда еще был школьником.

— Однажды мне попалась запись исполнителя горлового пения, — вспоминает Александр. — Мне понравилось. Я начал запираться в бане, уходить в лес и тренироваться. Позже, когда я уже выезжал на различные международные фестивали, то знакомился с именитыми горловиками, которые делились со мной своим опытом. Однако большая часть из того, чему я научился, это моя собственная импровизация. Ведь если можно показать, как играть на инструменте, то в горловом пении помогут только хороший слух и эксперименты. Такое пение идет вразрез со всеми методиками академического вокала, где надо расслаблять связки и разжимать горло. Здесь, наоборот, надо его зажимать и выдувать воздух под сильным давлением диафрагмы и легких. С непривычки после этого сильно болит горло.

После школы Александр принял решение поступить в музыкальный колледж в Улан-Удэ, на отделение бурятских музыкальных инструментов по классу мурин-хуур. После колледжа устроился работать в бурятский театр песни и танца «Байкал», работал также в филармонии. Параллельно он продолжал практиковаться в горловом пении. Бурятские песни под аккомпанемент мурин-хуура нашли своего слушателя, и однажды Архинчеева пригласили на гастроли во Францию. Так родилась идея создания группы «Шоно» («волк», по-бурятски).

— Изначально песни были более этнические, — говорит Александр, — но позже стало понятно, что мы можем получить мировую известность. Поэтому решили вводить другие инструменты — гитару-бас, барабаны.

У группы «Шоно», которая существует с 2014 года, вышел собственный диск. Часть из них — это народные бурятские песни в собственной аранжировке, а часть чисто авторские.

— Пою только на бурятском, — говорит музыкант. — Я сам с детства на нем говорю и уверен, что сегодня популяризация бурятских песен поможет его возродить.

 Сегодня «Шоно» — межнациональная группа. Большинство участников не говорят по-бурятски, что, впрочем, не мешает им заниматься совместным творчеством. Ведь музыка — универсальный язык. Это в очередной раз подтвердил визит гостьи из Перу, которая решила, что иркутские музыканты могут стать хорошими учителями.

Ольхон как место, где меняется судьба

— Горловое пение должно быть мощным, фундаментальным, а девушка звучит высоко, не совсем в тех тембрах, которые нужны, — с улыбкой комментирует Александр желание женщин заниматься горловым пением. — Но почему бы и нет? Тем более что сегодня в Тыве, Монголии и на Алтае уже появляются женщины, которые его практикуют.

Визит Марии Гарнет не был для иркутян неожиданностью — девушка еще прошлой осенью вышла с ними на связь. И все равно ее появление немного шокировало: слишком далеки друг от друга Южная Америка и Сибирь. Встреча же показала, что Мария — человек не только интересный, но и очень легкий в общении. Прежде всего она свободно говорит по-русски. Оказалось, что до 18 лет Мария жила в России, после чего вместе с семьей эмигрировала в Канаду (Гарнет — это ее псевдоним). Также она свободно владеет украинским, английским, испанским и португальским языками. Сегодня у Марии двойное гражданство — Украины и Канады, однако живет она в Перу.

— В Перу я основала национальный центр для исследования и поддержки традиционных культур — Канто Лус (от испанского canto — «петь» или «песня», и luz — «свет»), — объясняет Мария свой интерес к горловому пению. — Мы проводим обряды, во время которых избавляем людей от физических и душевных проблем. И во время ритуалов мы работаем именно со звуком. Песни, вибрации голоса могут влиять на здоровье на уровне тела. На Амазонке шаманы используют голос как раз для того, чтобы направлять энергию в нужное русло и лечить. То же самое происходит во время чтения мантр и во время горлового пения. Вот мне и захотелось освоить эту технику.

В Иркутск Мария приехала неспроста — здесь начался ее путь познания шаманизма.

— Впервые я приехала на Байкал в 2007 году, — вспоминает гостья, — посетила Ольхон. Это действительно энергетически мощное место! Именно после визита на остров события в моей судьбе начали разворачиваться так, что моя жизнь кардинально изменилась. В тот же год я поехала в Индию и встретила там человека, который и познакомил меня с шаманами с Амазонки, чьи интересы оказались близки и мне. Тогда я купила билет в Перу, где и живу уже последние семь лет.

Центр Канто Лус, который основала Мария, расположен в области Мадре де Диос, примерно в трех часах езды от города Пуэрто Мальдонадо. Это территория, окруженная 1500 акрами первичных тропических лесов, которые являются средой обитания многочисленных видов животных и растений. В этом лесу водятся тапиры, муравьеды, дикие свиньи, ленивцы, броненосцы и даже черный ягуар, а некоторым деревьям более 500 лет.

— Свои дома мы строим прямо на деревьях, — удивляет Мария. — Люди приезжают к нам лечиться со всего света, в том числе из России. Врачевание проходит во время обрядов и с использованием местных целебных трав. Шаманка Рейна, с которой я работаю, из тех людей, которых у вас называют травниками. Так что наша аптека — это все тот же лес.

Мария и ее команда занимаются также охраной тропических лесов Амазонки.

— Дождевые леса Амазонки, — рассказывает Мария, — являются самым большим природным ресурсом в мире — 1,2 миллиарда акров, но быстро исчезают. Наш Канто Лус охраняет от вырубки 600 га. Мы даем работу индейским племенам, отвлекая их от вырубки леса — самого легкого способа заработать. Есть у нас и культурные проекты. Например, индейцы амалака из соседней деревни уже потеряли свой собственный язык — они все говорят на испанском. Но есть другие деревни амалака, где родной язык сохранили. Мы сводим их вместе, после чего они обучают соплеменников своему языку.

К новым вершинам

С тех пор как Мария Гарнет впервые побывала на Ольхоне, прошло 9 лет. Гостья уверена, что это некий цикл, необходимо переосмыслить все, что было до этого.

— Однажды я проснулась и поняла, что нужно снова съездить на Байкал, — улыбается Мария, — открыть новый цикл. И тогда же пришло понимание, что надо заняться горловым пением. Сразу после этого я посмотрела в Интернете видеоролик, где Александр Архинчеев показывал азы этого пения. Я поняла, что это знак, и вылетела в Иркутск.

В течение всего марта шаманка из Перу репетировала вместе с иркутянами. Вместе они пели как бурятские, так и песни из южно-американского и северо-американского фольклора на всех языках, которые знает Мария. Себе девушка подыгрывает на шаманском бубне, который сделан из шкуры лося. Результаты совместного творчества вдохновили музыкантов на совместное выступление, которое состоялось в прошлое воскресенье.

В планах группы «Шоно» — гастроли по Иркутской области. А Мария вернется в свой тропический лес и продолжит практиковать горловое пение, которое потом будет использовать в лечебных обрядах.

Иллюстрации: 

Мария Гарнет считает себя русской, хотя у нее гражданство Канады  и живет она в Перу
Мария Гарнет считает себя русской, хотя у нее гражданство Канады и живет она в Перу