Московщина: криминальное прошлое и надежда на будущее

Последнее время старинная деревня чаще всего упоминается в сводках происшествий

Московщина, расположенная недалеко от Иркутска, километрах в тридцати по Александровскому тракту, — небольшая и, на первый взгляд, ничем не примечательная деревушка. Всего несколько улиц, детский сад, ФАП и магазин — вот и все достопримечательности селения. В свое время здесь, как и везде, существовал колхоз, засевались поля, работала ферма, население было трудоустроено. Однако все это давно кануло в Лету. Благодаря близости к областному центру многие устраиваются на работу в Иркутске, а кто-то предпочитает жить личным подсобным хозяйством. Жизнь здесь течет неторопливо и спокойно. Впрочем, так было не всегда. Десять лет назад эту деревушку буквально захлестнула череда громких криминальных событий и о ней заговорила вся страна. Местные жители стараются не вспоминать то время, однако при любом упоминании волей-неволей вновь переживают каждый момент тех страшных дней. 

Тетя Клава 

Согласно историческим сведениям, Московщина образовалась в середине XVIII века. Правда, кто ее основал, чем занимались и как жили первые поселенцы, в деревне точно не знают, хотя предполагают, что свое название населенный пункт получил от фамилии Москвитин. Таких в деревне было несколько семей. Многие старожилы уже умерли, поэтому, к сожалению, собрать летопись из воспоминаний уже не представляется возможным.

Единственная, кто еще хорошо помнит и знает о прежних временах, Клавдия Зверева. Несмотря на то что в сентябре ей исполнилось 90 лет, в Московщине ее по старой привычке все от мала до велика величают тетей Клавой и всех любителей старины направляют сразу к ней. Несмотря на свой преклонный возраст, тетя Клава бодро управляется по хозяйству. Сейчас у нее во дворе остались только куры, хотя даже в 85 лет она все еще держала корову и поросят. Дома у бабушки абсолютная чистота. Любит она печь пироги с картошкой, капустой и черемухой.

— Я с детства приучена к труду, поэтому для меня просто сидеть сложа руки невозможно. Всегда найдется чем заняться. Как говорят, чем больше двигаешься, тем дольше живешь, — с улыбкой говорит Клавдия Александровна.

Она родилась в многодетной семье и была второй по возрасту среди своих братьев и сестры. Отец умер рано, когда Клаве было всего 14 лет, а самой младшенькой полтора года. Девочка окончила только три класса и стала помогать маме. Мама трудилась на полевых работах, в парниках. В деревне на полях сеяли пшеницу, ячмень, овес, высаживали капусту, помидоры и лук. Часть овощей также находилась в парниках, так что уже в мае в Московщине были свежие огурцы.

Все население работало в колхозе имени Ленина. Со временем его несколько раз переименовывали, однако на характере работ это никак не отражалось: все сводилось к тяжелому физическому труду. Ферма появилась здесь только в середине 50-х годов, а до этого времени стоял только дойный гурт из 12 коров и молодняка. Подростком Клаву вместе с остальными ребятишками на несколько месяцев перебрасывали на лесозаготовку. Там они трудились с ноября по апрель, пока не начинались сельхозработы. По несколько месяцев дети не видели своих родителей. Покидать трудовое место им не разрешалось, за это могли и судить. Отдых был кратковременный — и сразу назад, в лес.

— Вши нас заедали, поскольку мыться было негде. Условий никаких не было. Дадут деляну — и все, работайте. В то время мы все делали вручную: пилили лес, вывозили его на конях и за это ничего не получали. Привезут нам бочок черемши и три картошины на обед — вот и вся еда. Еще давали талоны на 400 граммов хлеба. Я его сразу в платочек заворачивала, в одежду прятала, а потом вечером в столовой обменивала на хлеб. Пока идешь назад, рука так и тянется корочку отломить, — вспоминает Клавдия Зверева.

Китайская пилорама и частные паи 

В то время в Московщине были колхозная контора, начальная школа, ясли, клуб. Несмотря на то что молодежь к вечеру буквально валилась с ног, все же ей хватало сил, чтобы бегать на танцы. Кто-то приносил гармошку, кто-то — балалайку. Вот и вся музыка. Тем не менее вечера всегда проходили весело, под песни и пляски. Рядом находилась воинская часть, и оттуда тоже приходили солдаты. Да и со всей округи съезжалась молодежь. А утром снова на работу. С 5 утра все уже на ногах.

Мальчишек прямо с лесозаготовок забирали в армию, а затем и на фронт. Много парней ушло из деревни на войну, а вернулись лишь немногие. Пока их не было, все работы взяли на себя женщины: пахали, обрабатывали, убирали поля, на тракторах, комбайнах работали, носили на своих спинах тяжелые кули, управлялись на ферме. Она состояла из двух корпусов, родильного отделения и телятника.

Клавдия Александровна два раза была замужем. С первым мужем прожили недолго, а со вторым 30 лет. Построили свой небольшой дом, подняли и воспитали двух сыновей. Большую часть своей трудовой жизни она провела на ферме и была там лучшей дояркой. Отличительный знак — вымпел — постоянно висел у ее группы. Дома у работницы также было большое хозяйство. Мальчишки с малых лет были приучены к труду и активно помогали маме в работе.

— Работы всем хватало, хоть и мало получали. Когда в 90-е годы ферма стала разваливаться, многие начали искать работу в городе. А здесь один частник стал держать молодняк, китайцы открыли пилораму. Теперь уже и свой скот людям пасти негде — все перекрыли. Те земли, что отдали в свое время на паи, многие уже огородили, колышки вбили. Так что с одной стороны теперь пилорама, с другой — частные земли на много верст вперед, — говорит баба Клава.

Было когда-то в Московщине свое знаменитое озеро, по которому катались на лодках. Однако со временем оно обмелело, подземные источники перестали подпитывать его водой. Озеро превратилось в пруд. Сейчас и вовсе осталось одно болотце. Воду население брало с колодцев, затем появились водокачки, а сейчас практически в каждом дворе есть собственные скважины.

Криминальное прошлое 

Большая проблема для Московщины — это отсутствие досугового центра для молодежи, где подростки могли бы собираться, заниматься полезными вещами: организовать различные кружки или спортивные секции. А пока этого нет, школьники предоставлены здесь самим себе. Сразу после занятий их из Урика на автобусе отвозят домой. А поскольку заняться подросткам нечем, они начинают шалить.

— Ребята стали пакостные, по огородам чужим лазят, — рассказывает один из местных жителей. — В старых домах околачиваются. Один раз подожгли старое строение. Хорошо, что сосед увидел и быстро вызвал пожарных. Пламя удалось потушить, а так огонь мог перейти на жилые дома. Им надо спортом заниматься, чем-то себя увлечь, а у нас возможности для этого нет. В Урике спортивные секции и кружки начинаются после занятий, а их к этому времени уже домой увозят. Вот они от безделья и мучаются.

Жители переживают, как бы в деревне вновь не пришлось пережить события, подобные тем, что случились здесь десять лет назад. В 2005 году эта маленькая неприметная деревушка всколыхнула все страну. Друг за другом здесь произошли два случая суицида местных парней и еще одна неудачная попытка свести счеты с жизнью. Однако эти так называемые несчастные случаи сразу вызвали подозрения у жителей. Они были уверены, что ребята были жестоко убиты. Родственники погибших ребят считали виновными в гибели своих парней таджикских гастарбайтеров, которые в то время работали близ деревни на производственной базе. Они дружили с местными, всегда приветливо улыбались. Те же в свою очередь, будучи лишены возможности проводить свой досуг другим способом, часто заглядывали на стройку, а по вечерам даже проводили там дискотеки. Кроме того, по словам местных, те предлагали и продавали молодежи наркотики — насвай и анашу.

Первая смерть произошла 8 марта, когда молодого жителя Московщины нашли повешенным на шнурке его собственной толстовки. Уже тогда у родных появились подозрения, что это был не несчастный случай, поскольку здоровый, жизнерадостный парень никогда не помышлял о самоубийстве, да и причин для этого у него не было. 

Вторая трагедия произошла буквально через 40 дней с близким другом погибшего. В отличие от погибшего Виталия, он дружбу с таджиками не водил и избегал шумных вечеринок. По словам его мамы, в тот вечер он пошел к другу, чтобы пригласить его на день рождения, и сразу собирался вернуться домой. Однако все случилось иначе. В пятом часу утра его обнаружила местная жительница повешенным на шнурке от собственного кроссовка. Причем поза, в которой его нашли, была абсолютна идентична той, в которой нашли его друга. Следствие сразу пришло к выводу, что это очередной суицид.

15 мая Московщину переполошило очередное ЧП. К счастью, на этот раз 14-летнего Сашу удалось вовремя вынуть из петли и вернуть к жизни. Его обнаружили неподалеку от жилища таджиков. Он и рассказал впоследствии, что накануне вечером вместе со старшим братом пошел на вечеринку к таджикам. Там он немного выпил, гастарбайтеры предложили ему покурить анаши, но он отказался. Затем они подсунули ему неизвестный чай в банке. Он сделал пару глотков, после чего ему стало плохо. Как сквозь туман, он помнит, что один из таджиков выдернул шнурок из его кроссовки и потащил парня в сторону. Саша потерял сознание. Обнаружил его брат. Вместе с товарищем он смог вовремя вынуть Сашу из петли. Обыск в доме гастарбайтеров ничего не дал.

После всего случившегося по деревне прошла волна народного гнева. Жители требовали отмщения. Хозяину производственной базы рекомендовали вывезти таджиков, чтобы спасти их от самосуда. Он так и сделал, однако вместо них привез узбеков. Директор ошибочно полагал, что местные смогут отличить одну нацию от другой. Однако все оказалось иначе. Дядя едва не погибшего парня и еще четверо жителей Московщины ворвались в сторожку, избили узбеков острием лопаты, отрезали конечности и подожгли. Два человека погибли, остальные остались калеками.

«Как бы все не повторилось» 

Участников этой расправы судили и приговорили к суровому наказанию. Главному зачинщику, Владимиру Авдееву, дали 25,5 года, остальным — от 16 до 21 года. Впрочем, история на этом не закончилась. В 2013 году трое осужденных из Московщины, в том числе Авдеев, сбежали из колонии. Какое-то время им удалось скрываться, однако все они были пойманы и получили дополнительные сроки. Одному из сбежавших до этого инцидента оставалось всего четыре года до освобождения по УДО, и родители с нетерпением ждали его дома. Даже взяли ему землю и надеялись, что он на ней построит дом и начнет новую жизнь.

После этих событий в деревне вновь стало тихо, но все же жители беспокоятся за новое подрастающее поколение. И для этого есть основания: четыре года назад один из местных парней, употреблявший наркотики, убил своего товарища. А сейчас подростки залазят в чужие огороды…

— Пакостят часто. И все из-за того, что здесь им нечем заняться. Один 14-летний мальчик у нас постоянно из дома сбегает. То в лесу живет, то в стоге сена. Мама справиться с ним не может. И другие каждый день блудят по деревне, оттого что заняться нечем. И с этим надо бороться, чтобы вновь не довести до беды. Мы не хотим повторения прошлых ошибок, — говорит один из местных жителей.

Из конторы сделали детсад

Неподалеку от деревни строится собачий питомник. Жители полагали, что его созданием занимается приют «К-9», и связывали с ним надежды на трудоустройство. Однако, как выяснилось, корпуса строились для государственного таможенного питомника. Так что о новом месте работы для населения пока говорить не приходится.

Многие уже давно ездят на работу в город. Единственное место, где еще есть работа, — это ФАП и детский сад. К слову, дошкольное учреждение здесь открыли в прошлом году. Когда-то в этом здании находились клуб и начальная школа, а еще раньше колхозная контора. Многие помнят то время, когда здесь висел флаг и выдавали зарплату. В перестроечное время полздания было разрушено и действовал только клуб. Детей с семи лет стали ежедневно возить в Уриковскую школу. Однако затем население принялось собирать подписи за то, чтобы на базе этого здания открыли детский сад. Все это время малыши находились дома с родителями.

Предложение было рассмотрено и поддержано местными властями. К этому времени от былого строения остались практически одни стены. Поэтому был проведен капитальный ремонт. За короткое время здесь вскрыли и постелили новые полы, поменяли крышу, укрепили и утеплили стены, провели отделочные работы, приобрели необходимый инвентарь, и в 2014 году дошкольное учреждение было готово распахнуть двери малышам. Сразу же была набрана группа из 27 детей. Учитывая то, что население деревни составляет всего порядка 300 человек, это достаточно весомая цифра. Рождаемость здесь остается на высоком уровне, так что сотрудники детского сада уверены, что их учреждение никогда не будет пустовать.

Сегодня в Московщине это самое красивое строение. Оно ярким пятном выделяется на общем фоне. На территории детсада находится белоснежный памятник воинам, павшим в Великой Отечественной войне. Ему уже много лет. Каждый год его обновляют: моют, белят и подкрашивают. Как только садик начал работать, сотрудники учреждения обустроили небольшой участок под огород. Посадили три ведра картошки и разбили несколько грядок под овощи.

— Если раньше многие жители уезжали из деревни, то сейчас все больше молодежи остается или возвращается, — говорит Татьяна Леонтьева, заместитель заведующей детским садом. — В городе жить тяжело, а здесь своя земля, дом. Плюс и в том, что до Иркутска недалеко — он в 25 минутах езды. Два раза в день ходит маршрутка, поэтому с транспортом проблем нет. Кроме того, поскольку наша деревня расположена на главной трассе, сюда можно добраться на любом автобусе. У нас сегодня много молодых семей. Они восстанавливают старые дома и строят новые. Так что я уверена, что деревня будет жить.

Загрузка...