«Моему ребенку отрезали голову»

После тяжелейших родов в районной больнице женщина потеряла сына и здоровье 

36-летняя Ирина Еманакова забеременела, отбывая срок в колонии-поселении Казачинско-Ленского района. Женские и мужские бараки в поселении находятся рядом. Ирина познакомилась с мужчиной, между ними завязались отношения. Этот мужчина и стал впоследствии отцом ее ребенка. Когда в августе 2015 года будущая мама пришла на УЗИ, врачи сразу сказали, что роды будут трудными — у ребенка обнаружились патологии. Ирину предупредили: ближе к сроку рождения малыша ей нужно будет ехать в Иркутск, там ей сделают кесарево сечение. Но уехать рожать в Иркутск женщине было не суждено — у нее начались преждевременные роды, превратившиеся в зверскую пытку. 

— Были сильные боли в животе и пояснице. Я сначала думала — пройдут. Терпела. А потом поняла, что это схватки, — вспоминает Ирина. — Сначала меня отправили в Улькан, потом в больницу поселка Магистрального. Там врач Светлана Иванова пыталась приостановить схватки. Мне ставили капельницу — и вроде бы роды удалось остановить. Но через 40 минут схватки начались снова. Ребенок мой на тот момент был жив. Врачи проверяли — у него стучало сердце. Я ходила — на ногах, в движении мне было легче переносить боль.

— Когда врачи поняли, что роды не остановить, было принято решение, что я буду рожать в больнице Магистрального, — продолжает Ирина. — Раньше мне говорили, что я буду рожать с помощью кесарева сечения. Но тут мне сказали: «Будешь рожать сама». Для меня даже операционную не готовили, относились ко мне так, будто я не человек. Но ведь ребенок мой ни в чем не был виноват…

— Мне приказали тужиться, и я изо всех сил старалась, — вспоминает Ирина подробности самого страшного дня своей жизни. — Датчики показывали сердцебиение ребенка. Несмотря на эту боль, на тяжелейшие роды, я понимала, что мой ребенок жив и я должна сделать все, чтобы он появился на свет.

Но ребенок Ирины не рождался.

— Мне давили на живот, чуть ли не прыгали на нем. Меня терзали, резали, пытались ребенка выдавить.  Но появилась только голова, и все, больше ничего нельзя было сделать. Я начала терять сознание. Что было дальше, не помню. Очнулась в палате, на животе шов. Медперсонал сказал, что мой ребенок погиб. Причину смерти мне не сказали.

Андрей, гражданский муж Ирины и отец ребенка, попытался выяснить, что произошло с младенцем. Ему удалось узнать, что, сделав разрез на животе Ирины, врачи не могли вытащить ребенка — он застрял головой. И тогда было принято решение голову ребенка… отрезать.  

— Моего ребенка доставали по частям. У него были патологии внутренних органов, раздутый животик, и родить его естественным путем я не могла. Врачи это знали, но заставили меня пройти через муки ада и в итоге доставали моего ребенка по частям. Я слышала, что в этой больнице в первый раз такая операция проводилась. Врачи, видевшие отрезанную голову моего сына на подносе, едва ли не в обморок падали.

В итоге Ирина потеряла не только сына, но и здоровье. После пережитого на родильном столе ей потребовалось долгое и сложное восстановление — ее отправили в больницу в Усть-Орду. Сейчас она ходит с трудом, хотя раньше была вполне здоровой женщиной.

— После того, что я пережила, я долго не могла сидеть. У меня до сих пор болит спина, живу на обезболивающих. У меня постоянные кровотечения, высокое давление, проблемы с почками.

По данному делу следователь следственного отдела по Казачинско-Ленскому району проводил доследственную проверку и принял решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

— Я с этим категорически не согласна, — говорит Ирина. — Решение о том, что я должна родить сама, принимала главный врач больницы, акушер-гинеколог Надежда Кичайкина. Я полагаю, необходимо проверить обоснованность этого решения. Решения, которое меня искалечило.

К слову сказать, многие жители Казачинско-Ленского района недовольны уровнем медицинской помощи в районе. Люди даже готовы обратиться в передачу «Пусть говорят». 750 жителей района подготовили петицию, которую направили губернатору, в министерство здравоохранения и прокуратуру Иркутской области. В ней люди обращаются с убедительной просьбой прислать компетентную комиссию, которая проверила бы деятельность администрации местной больницы.

Жители района утверждают, что за четыре года работы главного врача Надежды Кичайкиной, которая приехала руководить районной больницей из Иркутска, покинули свои рабочие места медики, проработавшие в больнице много лет и заслужившие уважение и доверие жителей района. Такая медицинская услуга, как родовспоможение, вообще стала в районе больным местом. Женщин отправляют рожать в Иркутск и Братск, в то время как денег на такие поездки роженицам из небогатого района катастрофически не хватает.

При этом справедливости ради нужно заметить, что в Иркутске о Надежде Кичайкиной отзываются неплохо и считают ее хорошим специалистом.

Беременность была для Ирины Еманаковой долгожданной. Она мечтала о ребенке, строила планы на счастливую жизнь. Но вместо этого молодая женщина получила физические и психологические травмы, от которых не может оправиться до сих пор.
Беременность была для Ирины Еманаковой долгожданной. Она мечтала о ребенке, строила планы на счастливую жизнь. Но вместо этого молодая женщина получила физические и психологические травмы, от которых не может оправиться до сих пор.
Загрузка...