Кырма: территория Крайнего Севера и диких зверей

Местные жители хранят память о своем Герое Советского Союза и выращивают путинских овец 

Для тех, кто никогда не был в Баяндаеском районе, название Кырма ничего не скажет. И если кто-то даже предположит, что, возможно, так называется какая-то деревушка, окажется не прав. Кырма — это целая местность, которая охватывает четыре населенных пункта. Расположены они в шаговой доступности от дремучей тайги, поэтому и лесные дары для жителей вполне обыденная пища на столе. Единственный существенный минус от такого соседства — это периодические набеги на селения волков и рысей. Из-за голода и пожаров они все чаще выходят к людям и нападают на домашний скот. Бороться с ними мужчинам приходится собственными силами. Еще одна особенность этих мест — лютые зимние морозы. Как правило, здесь температура воздуха на десять градусов ниже, чем, к примеру, в областном центре. Именно поэтому Кырму в свое время приравняли к районам Крайнего Севера, а ее жителей можно назвать настоящими северянами. 

Племя эхиритов

Центральной усадьбой Кырменской долины испокон веков является Байша. В этом селении проживает около 300 человек, а в самой маленькой деревушке Малан — всего 20. Однако, несмотря на расстояние, можно сказать, что живут они все большой семьей, поскольку всегда знают, что нового произошло в той или иной деревне, кто где гостит, у кого сколько детей, где учатся, чем занимаются. Неожиданным гостям они рады, охотно делятся новостями, рассказывают о своем житье-бытье и интересуются событиями столицы Восточной Сибири.

К слову, когда-то к Кырме относились еще три деревушки: Холбот, Лапхай, и Тотха, но сейчас они нежилые. Впрочем, и те, что есть сейчас, особенно не радуют прибавлением. Молодежь уезжает в более крупные селения или города, а дома остаются пенсионеры. Рабочие места здесь представлены только бюджетной сферой, но и то — только в Байше, где работают администрация, девятилетняя школа, детский сад, клуб. Все остальные трудятся на личном подсобном хозяйстве, а самые предприимчивые занимаются фермерством.

Как говорят старожилы, кырменский род относится к племени эхиритов. Местные жители почитают своих легендарных предков, Хэрмээн-тоодэй и одноглазого Хамнагдая. Как гласит легенда, название местности пошло от имени Хэрмээн-тоодэй. Шла она со стороны Лены, было пасмурно, и вдруг выглянуло солнце. И это место назвали Нартай (Нагатай), что значит «солнечный». В Байше она остановилась — байшо. В Холботе связала свою судьбу — холбоогоо — с мужем. В честь Хэрмен-тоодэй забивают барашка и просят ее, чтобы она охраняла благополучие дочерей Кырмы, выданных замуж на чужбину.

Другая легенда рассказывает об одноглазом Хамнагдае, сыне Хазухая. У Хазухая было шестеро сыновей. Он был хорошим охотником, но с некоторых пор его жена стала замечать, что муж приносит из тайги меньше добычи. Однажды, когда Хазухай собрался на охоту, жена привязала к хвосту его лошади белую нитку. Идя по этой нитке, она прошла вглубь тайги. Там она увидела чум, а в чуме своего мужа с молодой хамниганкой. «Как ты нас нашла?» — удивилась хамниганка. Женщина рассказала про свою уловку и потом предложила им вернуться в улус вместе. Хамниганка родила сына, которого назвали Хамнагдай. Он вырос богатырем, и когда враги напали на кырменцев, Хамнагдай обратил их в бегство. В сражении ему выбили глаз. От Хамнагдая пошел род кырменских бурят. Есть и другие версии происхождения кырменцев, но все же эта считается основной.

Телевидение имени Олимпиады 

Благодаря тому, что Кырму окружает вековая тайга, здесь всегда есть дичь, ягоды, грибы, орехи. Также местность богата лугами и сенокосными угодьями. Самым знаменательным событием начала ХХ века для местных стало строительство начальной школы. Кулак Иосиф Балдаруев на свои средства организовал строительство учебного заведения и привез учителей. Первым учителем был русский — политзаключенный по имени Константин, его жену звали Валентина.

В это же время по всей стране начали создаваться первые сельхозартели, товарищества, коммуны. В Кырме организовались товарищества: мелиоративное в Нагатае, машинное в Холботе, зерновые в Тухуме. Сельхозартели появились в Байше, Холботе и Лапхае. Затем начались многочисленные реорганизации, присоединения, пока в четырех селениях не образовались четыре колхоза. Население полностью занималось сельскохозяйственным трудом, успевая работать как в общем коллективе, так и на своем домашнем подворье. Во время войны население сократилось на 30%. Весь труд пришлось взвалить на плечи женщинам, детям и старикам. Практически вся производимая продукция сдавалась государству.

Сразу после войны, как только вернулись домой выжившие фронтовики, Кырма вновь ожила: начали расширять пашни, строить дома и фермы, разводить скот. Поскольку в Нагатае, Тухуме и Холботе работали только начальные школы и более 100 детей не могли получать дальнейшее образование из-за отдаленности и бездорожья, в Кырме открыли семилетнюю школу. В 50-м году колхозы объединились в один — имени Борсоева, а затем в совхоз памяти Борсоева. Он являлся подшефным хозяйством Иркутскавтотранса. По улицам ездили новенькие КамАЗы, приезжали автолавки, в которых продавались товары повседневного спроса. Врачи из Иркутска бесплатно консультировали больных.

В ту пору были построены отдел связи, контора, больница, маслозавод, клубы и колодцы. Появлялись новые улицы и собственная метеостанция. По местному радиоузлу передавали кырменские новости, была построена новая дорога, по которой начал курсировать рейсовый автобус, всегда наполненный пассажирами. В год московской Олимпиады, чтобы жители могли увидеть спортивные состязания, в Кырме появилась телевизионная вышка. И многие жители сразу стали покупать черно-белые телевизоры «Рекорд».

Годы перестройки пагубно отразились на этих местах. Совхоз прекратил свое существование, и единственным местом работы вплоть до настоящего времени осталась бюджетная сфера.

Командир Красной армии 

Когда речь заходит о Кырме и ее достопримечательностях, то местные сразу с гордостью называют имя своего земляка, Героя Советского Союза Владимира Борсоева. Его имя сегодня носят учебные заведения в Байше, поселке Усть-Ордынском, названы улицы в Улан-Удэ и Львове. На родине ему поставлен памятник в центре Байши, а в школе, на самом видном месте, установлен большой портрет.

Имя этого героя вписано золотыми буквами в историю Отечественной войны. Владимир Борсоев родился в улусе Холбот (ныне Кырма) Баяндаевского района Иркутской области в семье бедняка. В шесть лет он остался сиротой. Однажды зимой в 1919 году в улус вступил красноармейский отряд Николая Бурлова. Население оказывало отряду помощь: снабжало продовольствием, подводами, принимало на постой. Красноармейцы беседовали с людьми, совместно с местными активистами формировали советские административные органы управления — хошунные и булучные советы. Знакомство с бойцами Красной армии произвело огромное впечатление на местную молодежь, особенно на юного Владимира Борсоева. Кырминцы полагают, что именно тогда у него зародилось желание стать военным.

В 1932 году он направился в Ленинградское артиллерийское училище им. Красного Октября, которое успешно окончил в 1934 году. Сбылась заветная мечта Владимира — он стал командиром рабоче-крестьянской Красной армии.

Великая Отечественная война застала Владимира Бузинаевича в ауле Ермоловка, недалеко от Грозного. Капитан Борсоев отражал наступление немецко-фашистских захватчиков в боях у городов Фастов за Днепром и Красный Луг в Донбассе.

Однажды Борсоев придумал такую «шутку». В районе селения Хрустального, в глубокой балке, он приказал подготовить ложные огневые позиции: вместо пушек поставить колеса от старых телег и положить на колеса бревна. Всю эту «артиллерию» замаскировали сетками. С этого места ночью наши открыли ураганный огонь по боевым позициям врага, а затем снялись с ложных позиций. Рано утром появился немецкий самолет-разведчик и обнаружил «огневые позиции». Гитлеровцы два часа молотили по нашим ложным батареям и этим обнаружили свои огневые точки. Когда они прекратили стрельбу, Борсоев открыл смертоносный огонь по засеченным артиллерийским позициям. Немецкие батареи были полностью уничтожены.

Владимир Борсоев погиб 9 марта 1945 года при наступлении с Одерского плацдарма. За боевые заслуги он был награжден орденами Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной войны I степени, орденом Ленина и американским орденом «Легион заслуженных» офицерской степени. К 20-летию Победы ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Радость кырменцев в связи с этим событием была безграничной. На собственные деньги они установили ему памятник. Каждый житель для этого пожертвовал половину зарплаты. Брат героя привез с могилы Борсоева во Львове землю и рассыпал возле мемориала. Все, кто приезжает в Кырму, обязательно останавливаются у памятника.

Из дацана построили клуб 

Еще одной достопримечательностью местности является единственный в Баяндаевском и Эхирит-Булагатском районе субурган — священная ступа. Много лет назад близ Тухума находился большой дацан. Он был построен выдающимся буддийским деятелем Агваном Доржиевым. До 1780 года в Кырме жил его дед Ухин, поэтому он навещал этот таежный уголок. Разрешение на строительство дацана было получено от императора Николая II в 1913 году. По мнению жителей, это был один из самых значимых дацанов в Усть-Ордынском округе. Он был виден издалека, и чтобы попасть на его территорию, нужно было пройти или проехать через высокие ворота, обшитые серебром. На солнце они блестели так, что резало глаза.

— Сам дацан был трехэтажный, рядом находилось длинное общежитие, в котором жили ламы, отдельно стояли столовая, кухня. Мы ребятишками часто туда бегали играть, места там было вдоволь. Ламы были все приезжие, я думаю, что из Бурятии. Всего их было семь человек. Когда начались гонения на церкви, храмы и другие религиозные общины, ламы сразу, в одну ночь, собрались и уехали. Дацан после этого почти сразу разобрали, увезли его в Баяндай и построили из него клуб, однако он впоследствии сгорел. Общежитие тоже перевезли, сделали из него жилой дом, хотя говорят, что это большой грех. Люди быстро разорили это место, каждый нес то, что мог. В земле даже нашли ящик, в котором хранилась папирусная бумага с нанесенными иероглифами. Пахари потом делали из них портянки, — рассказывает Савелий Пронькин, местный житель.

Однако даже много лет спустя этот дацан не был забыт. Уроженцы Кырмы и представители традиционной Буддийской сангхи России решили на месте бывшего дацана возвести субурган — священную ступу. И их желание не разошлось с делом. Несколько лет назад он был возведен и стал настоящей реликвией всего Баяндаевского района.

В прошлом году его посетил и глава буддистов России — XXIV Пандито Хамбо-лама Дамба Аюшеев. Он прочитал четырехчасовой молебен и призвал кырменскую молодежь не покидать родную землю. Хамбо-лама выразил надежду на то, что из Кырмы в Иволгинский дацан приедет учиться способный парень, который, став ламой, вернется на малую родину и восстановит былое величие Кырменского дацана.

Путинские ярочки 

Во время визита в Кырму глава буддистов посоветовал местным активнее заниматься овцеводством. И пообещал подарить жителям 100 голов из той 10-тысячной отары, которую ему подарил президент России Владимир Путин.

Свое обещание Дамба Аюшеев исполнил, и в ноябре этого года из села Зурган-Дэбэ Селенгинского района Бурятии были привезены овцы породы буубэй. За ними лично ездил глава МО «Кырма» Василий Хушеев. Молодые ярочки оказались выносливыми и хорошо перенесли дальнюю дорогу, несмотря на снег и морозы. На новом месте они адаптировались сразу и сейчас живут в нескольких кырменских семьях. По словам Василия Хушеева, отара должна была прибыть в Баяндаевский район еще полгода назад, но из-за пожаров, засухи, недостатка кормов они уже хотели было отказаться от животных. Но потом подумали и решили все-таки забрать овец.

— Хамбо-лама выразил желание не разделять овец, нанять чабана, чтобы присматривал за животными, не допускал смешивания с местными овцами. На следующий год ярочки подрастут, окрепнут и будут способны давать потомство. Не исключена вероятность того, что глава буддистов подарит и породистого барана, — говорит Василий Хушеев.

Однако пока стадо все же решили разделить по десять голов и раздать по домам, чтобы хоть таким образом продержаться до весны, поскольку сегодня все население переживает трудные времена. Из-за засухи запасов кормов удалось заготовить немного. И все же в следующем году овец планируют передать в одни руки — согласно пожеланию Дамбы Аюшеева.

От местных овец они практически не выделяются, разве что специальными бирками на ушах.

— Они совершенно неприхотливые, очень выносливые и в целом такие же, как наши, кырменские. Даже чуть поменьше. Хотя, я думаю, вес они наберут еще. Просто дорогу им пришлось преодолеть длинную и сложную. А в еде они неприхотливые, едят все, что мы им даем — обычный для овец корм, — рассказывает обладательница «путинских» ярочек Вероника Варнакова.

Бродят волки и рыси

Много лет назад Кырма была приравнена к территории Крайнего Севера. И это не случайно. Температура здесь, как правило, на десять градусов ниже, чем, допустим, в областном центре. Поэтому в ноябре здесь уже стояли 40-градусные морозы. Жители к таким холодам привыкли с рождения и относятся к ним как к вполне обыденному явлению.

Единственные, кто страдает от таких перепадов, — это дети. Даже сейчас им порой приходится учиться, спрятавшись в зимнюю одежду. С прошлого года ребята учатся только на втором этаже школы, который удалось утеплить. На первом этаже стоит жуткий холод. Кырменской школе обещали выделить средства на капитальный ремонт, однако финансирование так и не поступило. Тем не менее учителя готовы работать, а дети — учиться, лишь бы не лишиться единственного селообразующего учреждения. Впрочем, даже в сильные морозы ребятишки во время перемены предпочитают не сидеть в теплых кабинетах, а бегать на улицу играть в снежки, лепить снеговиков. Так что к морозу они также адаптированы неплохо.

В целом, по словам жителей, в их деревнях живут мирно и спокойно, никакого криминала здесь не происходит. Единственные, кто нарушает местный покой, — дикие звери. Все чаще из тайги к людям выходят волки и рыси. При этом они не боятся посещать хозяйственные постройки и нападают на домашний скот даже в подворьях.

— Осенью они часто ходят близко от деревень, да и сейчас мы уже ждем, что они вот-вот появятся. Из-за отсутствия кормов и пожаров звери вынуждены перебираться ближе к людям. Ищут корм здесь. Обычно это волки, а в прошлом году видели рысей. Они напали на трех овец прямо в подворье. Хозяин их увидел, но убить не смог — они тут же скрылись, — говорит Эдуард Бартанов, житель Байши.

Удручает жителей и постоянный отток населения. Из-за отсутствия работы молодежь уезжает, дома пустеют, однако местные не теряют оптимизма. Держат в большом количестве домашний скот и надеются на то, что у их деревень еще есть будущее.

Сейчас здесь активно развивается фермерство, обрабатываются поля. Кырменцы уверены, что тайга и земля их всегда прокормят.

Загрузка...