Да обойдут тебя лавины...

История одной спасательной операции, состоявшейся два десятка лет назад

Произошло это в мае 1993 года. Их было трое. Один из них имел большой опыт горных путешествий, высокую самооценку, уверенность в своих возможностях и силах. И было двое менее опытных, согласившихся идти вместе с ним. Путь был недлинный — от горячих источников вверх по Правому Шумаку к его истокам и далее на перевал. Там их ждала Тункинская долина и дорога домой. До перевала они не дошли — исчезли на подходах. Все следы стерла огромная снежная лавина, сошедшая со склона. Она пронеслась по долине к огромной мульде (яме) и там остановилась.

Наш вертолет нырнул в узкое ущелье Правого Шумака. Облетев горный цирк, мы увидели с высоты огромную лавину. Выбрали место для посадки на скальной террасе, которая была значительно выше. Место хорошее и не лавиноопасное. Быстрая выгрузка спасателей, снаряжения, продуктов... Затем сразу вылетели в сторону перевала. На борту — руководитель поисково-спасательной службы Иркутской области Валерий Красник, несколько спасателей и женщина-экстрасенс, которая отправилась с нами по требованию родителей исчезнувших туристов. Еще до полета она утверждала, что пропавшие живы и сидят в снежной яме.

Подлетаем к перевалу, вещунья вдруг требует вернуться на 20 метров назад — вроде как обнаружила под снегом туристов. Вертолет завис, спасатели прыгнули на снег, но ничего указывавшего на присутствие людей не обнаружили. Полетели дальше — за перевал. Женщина вновь указывает место возможного нахождения пропавших. Копаем, заранее зная, что здесь их быть не может — никаких следов. Куда дальше? Горе-экстрасенс не знает. Борт уходит к базовому лагерю, высаживает спасателей и увозит несостоявшуюся предсказательницу в Иркутск.

Быстро поставили палатки, со склонов собрали весь сушняк для костра, благо граница леса была относительно недалеко. Уже вечер, горит костер, в котлах заварен крепкий чай. Напиток из того же снега, под которым в лавине лежат трое погибших туристов. Темнеет в горах стремительно быстро, но мы успеваем увидеть неповторимую по своим рериховским краскам вечернюю зарю. Тишина. Мы сидим вокруг костра, вспоминаем предыдущие поисково-спасательные работы, намечаем мысленно места в лавине, где могли бы находиться тела пропавших.

Я вспомнил, что за несколько лет до этой трагедии самый опытный из пропавших, будучи в этой долине в мае, точно сфотографировал место своей будущей гибели. Этот снимок был опубликован в сборнике Валерия Федоровича Красника, где рассказывалось о туристических маршрутах в Саянах.

Звездная ночь с теплым ветерком из долины. Гаснет костер, все расходятся на короткий отдых по своим палаткам. Утром — хороший майский мороз, позволивший нам, не проваливаясь, ходить по снегу. Быстрый завтрак. Разделяемся на поисковые группы и спускаемся на лавину. Борис Ханин осуществляет общее руководство, он по рации держит связь с Иркутском.

Торопимся, работаем зондами, пробивая на всю глубину толщу снега, в надежде найти погибших. Но вот выходит солнце, у него своя задача: поскорее прогреть и растопить горные снега, превратить их в стремительные весенние ручьи. К обеду снег, как каша, начинает расползаться под нашими ногами.

То здесь, то там со склонов съезжают небольшие оползни. Они пока не доходят до нас. Но вот один из них срывается и мчится со злобным шипением в нашу сторону. И, побросав лопаты и зонды, мы бежим прочь из опасной зоны. Тело первого погибшего нашли у подножия перевала, второго — в самом опасном месте, в мульде (яме). Прогретый за день солнцем снег за ночь уже не смерзается и утром плохо держит нас. При подходах к месту работ проваливаемся. Поиски усложняются. Есть реальная угроза, что наша группа спасателей может попасть под серьезную лавину. В Иркутске, пока мы копаем тяжелый весенний снег, обсуждаются все возможные варианты предотвращения несчастного случая.

Обстрелять бы снежные склоны из орудий, да их нет. Можно использовать для этих целей минометы из полка, базирующегося под Усольем-Сибирским, но они, оказывается, лежат на складах в разобранном виде и в масле — потребуется несколько дней для подготовки. Есть предложение бросать пакеты взрывчатки на лавиноопасные склоны прямо с борта вертолета, но это запрещено техникой безопасности. Белое безмолвие давит своей неизбежностью...

Гениальное решение предложил Иркутский авиазавод. Истребитель Су завтра, выполняя тренировочный полет, пройдет над нами на предельно низкой высоте и выйдет на сверхзвук. От этого грохота должны сорваться все снежные склоны, представляющие опасность. 12 часов дня. Ждем. Слышится гул двигателей самолета. Его еще не видно, а мы уже бежим подальше от лавины. Скорее, скорее из этой ямы в сторону палаток. Рев двигателей достигает максимума — как грохот тысяч орудий. Такого в мирное время не услышишь. Кажется, что даже горы трясутся, мечется эхо в долине. Внезапно все затихает. Поворачиваемся в сторону перевала. Но склоны цепко держат свои снежные шапки, приберегая их, видимо, на особый случай.

По связи передали в Иркутск о несбывшихся надеждах. На следующий день назначается повторная попытка сбить нависшие над нами снега сверхзвуком истребителя Су. До его прилета находим тело третьего погибшего туриста, выносим в безопасное место и готовим к транспортировке. Ровно в 12 часов дня — знакомый рев. Я бегу к палаткам, падаю в снег. Встаю, смотрю на перевал. Но горы будто говорят: еще не время.

Задача выполнена. Поисковые работы закончились. Вертолет прибудет на следующий день, но всем хочется быстрее выбраться из смертельной ловушки. Решили уходить в шесть вечера вниз по каньону Правого Шумака. Надеемся, что к этому времени снег затвердеет. Собираем рюкзаки, палатки, допиваем чай. Звучит гитара, на прощание тихо поем песню про барбарисовый куст. Смотрим на горный массив, на котором висят тысячи тонн мокрого майского снега. Какая-то необыкновенно зловещая тишина... Поднимаем рюкзаки, и в этот момент Борис Ханин вдруг объявляет об отмене выхода. Почему он принял такое решение? Наверное, помогла интуиция.

А буквально через несколько минут высоко в горах, чуть ниже вершин и гребней перевалов, появилась трещина на снегу, которая стала стремительно разбегаться в стороны и расширяться. В полной тишине гигантская масса снега устремилась вниз по склонам. Лишь оказавшись внизу, лавина злобно зашипела и с глухим ревом ударилась о подножие нашего склона.

Это была наша лавина! Как точно, почти до минут, рассчитали горы нашу судьбу. Именно в этот момент мы должны были войти в ущелье Правого Шумака. Когда шок прошел, рванули к лавине: огромные бугры снега высотой четыре, пять и более метров. Карабкаемся наверх и наблюдаем потрясающую картину: ущелье Правого Шумака по самый верх забито плотным бетоноподобным снегом на расстоянии многих сотен метров... Каждый из нас в эту минуту подумал, наверное, об одном: белая смерть пощадила нас, позволила нам дальше жить и ходить в горы.

Метки:
baikalpress_id:  33 766
Загрузка...