Дмитрий Пешков — казак

Более века назад выпускник Иркутского юнкерского училища проделал рекордный путь — от Амура до Балтики — на своем коне Серко

26 октября 1889 года простому казаку Дмитрию Николаевичу Пешкову исполнилось 30 лет. А спустя менее двух недель, рано утром 7 ноября, он отправился в дальний путь — на Запад, предварительно испросив у начальства отпуск на шесть месяцев. Под седоком был конь амурской породы по кличке Серко. Прославился сотник Пешков своим путешествием на всю Россию. Его знали и царь, и двор, и высшие чиновники, и генералы, и нижние чины, крестьянство, беднота. Ведь он по своей воле в одиночку за рекордно короткое время прошел конным путем от Амура до берегов Невы. «Поездка господина Пешкова, — утверждала петербургская газета «Свет», — единственный до сих пор опыт выносливости лошади и всадника. Все должны признать, что как сам Пешков, так и его конь Серый совершили в истории кавалерии небывалый поход».

Люди и кони — лучше европейских

Дмитрием Пешковым, вероятно, двигало то самое стремление, которое всегда не
давало покоя русскому человеку, звало на отчаянные поступки, чтобы испытать
себя, проявить силу духа и тела. Официально считается, что, отправившись в свое
рискованное путешествие, он последовал примеру корнета 26-го драгунского
Бугского полка Михаила Асеева. Весной 1889 года смелый драгун добрался из города
Лубны Полтавской губернии до Парижа, где в это время проходила Всемирная
выставка, преодолев за 33 дня 2633 километра. Ехал двуконь — на кобылах Влага и
Диана, демонстрируя этим пробегом высокие качества русской фронтовой и
офицерской лошадей. В Париже офицера из России встретили с восторгом. Диана и
Влага были представлены на Всемирной выставке — как и их портреты, написанные
тут же художником Илларионом Прянишниковым. Кстати, после возвращения в Россию
по высочайшему повелению поручика Асеева перевели в лейб-гвардии Уланский Ее
Величества полк.

У сотника Пешкова замыслы намечались более высокие, и путь ему предстоял
подлиннее да потруднее. Он мечтал доказать, что азиатские лошади («монголки»),
которые верой и правдой служили забайкальским и амурским казакам, гораздо
выносливее европейских породистых скакунов. В общем, хотелось ему и мир
повидать, и себя показать... Для путешествия верхом казак взял своего строевого
13-летнего коня по кличке Серый, или Серко.

Иркутского воспитания

Известно, что Дмитрий Пешков был потомственным казаком. Он рано потерял
родителей и воспитывался в сиротском доме в Иркутске. Затем окончил — по 1-му
разряду — Иркутское юнкерское училище. Службу нес в Амурском казачьем конном
полку, где исполнял обязанности казначея, заведовал оружием, хозяйством полка. В
служебных аттестациях Пешков всегда характеризовался как выдающийся.
Удивительно, но сохранилось и описание особенностей его четвероногого спутника —
Серко. При отсутствии породистости и незначительном росте в 1 аршин 14,5 вершка
в холке, то есть 135,6 см (по зарубежным меркам — пони), у коня был «...шаг
большой, свободный; рысь покойная и выдающаяся». Характер — кроткий.

Вместо беглого каторжанина

Исхлопотав шестимесячный отпуск и не придавая своей поездке официального
характера, 7 ноября 1889 года после молебна в Николаевской церкви Благовещенска
казак отправился в неблизкий путь, полный опасностей и приключений. По дороге он
вел дневник. Большую часть перехода — по Забайкалью и Сибири — двигаться
пришлось в трескучие морозы. Зима в том году, к слову сказать, выдалась не
просто суровой, а свирепой. Сорокаградусная стужа была обычным делом. Не
склонный к преувеличениям, Пешков выделил для себя всего три обозначения погоды:
«Мороз ужасный. Мороз убийственный. И мороз невероятный».

Дневник он заполнял каждый вечер. Несмотря на неудобства, заносил туда
дорожные достопримечательности, забавные случаи. Этот любопытный документ потом
был издан в столице, книга разошлась по всей России, а Приамурский
генерал-губернатор Корф распорядился укомплектовать ею все библиотеки Амурского
казачьего войска.

В Восточной Сибири, наполненной острогами и тюремными централами, Пешкова
неоднократно принимали за беглого каторжника, пару раз он просто спасался
бегством. Временами всадник сбивался с маршрута, так как места вокруг чаще шли
безлюдные, а от Верхнеудинска до Иркутска ехал совсем больной. В Томске его
арестовали, но, к счастью, неприятное недоразумение быстро выяснилось.

После Омска дорога стала спокойнее. Начиная с Казани — в Нижнем Новгороде,
Владимире, Москве, Твери — Пешкова уже встречали как героя и принимали с
почестями. К его особе стали проявлять интерес представители прессы. 3 мая
храбрец въехал в Москву. К нему вышел весь народ с иконами и хорами — встреча
была очень пышной.

Царская милость

В Петербург отважный казак вступил 19 мая 1890 года. Почти триумфальный прием
ожидал его перед въездом в Северную столицу на 12-й версте Московского шоссе.
Для торжественной встречи были выстроены два эскадрона лейб-гвардии Казачьего и
Атаманского полков с трубачами и хорами полковых оркестров. Здесь же находилась
кавалькада из нескольких сотен офицеров-кавалеристов, прибывших по собственной
инициативе.

Около месяца провел Пешков в Петербурге. В офицерском собрании в его честь
состоялся обед на 250 персон. 23 мая 1890 года он был представлен начальнику
Главного штаба генерал-адъютанту Н.Н.Обручеву. 27 мая на параде лейб-гвардии
Конно-Гренадерского и Уланского полков император Александр III вручил казаку
орден Святой Анны 3-й степени, затем беседовал с ним и осмотрел Серого. После
парада Пешкова пригласили на завтрак во дворец, где представили всем членам
Императорской фамилии. 8 июня герой-путешественник удостоился приглашения на
завтрак, устроенный августейшим атаманом всех казачьих войск, наследником
престола Николаем Александровичем. В этот день будущий император Николай II
принял в дар от Пешкова его коня Серого.

Беспримерное конное путешествие продолжалось 193 дня. 1169 часов Дмитрий
Пешков провел верхом на Сером. За это время Серко и его всадник преодолели 8283
версты, или приблизительно 9500 км. Средняя скорость в пути составляла 56 верст
в сутки.

После похода

Дальнейшую судьбу казака можно проследить по архивным документам. По
высочайшему повелению время, которое было потрачено на дорогу от Благовещенска
до Петербурга, было зачтено Пешкову как командировка с соответствующей оплатой —
двойные прогонные деньги составили сумму в 821 руб. 49 коп. Герой получил
шестимесячный отпуск и использовал его для путешествия по святым местам
Палестины. Вернувшись, он был зачислен в офицерскую кавалерийскую школу в
Петербурге, где успешно окончил курс по отделу эскадронных и сотенных
начальников. В 1898 году, уже находясь в своем Амурском полку, Пешков получил
чин есаула и принял участие в походе в Китай (1899—1900 годы), за что в 1901
году был удостоен двух орденов — Св. Станислава 2-й степени с мечами и Св.
Владимира 4-й степени с мечами и бантом. В конце 1907 года, уже имея чин
полковника, он был назначен командиром Амурского казачьего полка, но командовал
им недолго. Прибыв на место 20 марта 1908 года, он уже 15 августа подал в
отставку и 12 декабря выехал в Петербург.

О том, как нес службу Дмитрий Николаевич Пешков, свидетельствуют другие
награды: итальянский офицерский крест ордена Св. Маврикия и Лазаря, французский
кавалерский крест Почетного легиона. Конь Серко, чья кличка попала в историю как
символ выносливости и верности, остаток жизни провел в императорских конюшнях и
был похоронен в Царском Селе, на единственном в мире кладбище лошадей.

След в кинематографе

В 2006 году режиссер Жоэль Фарж снял франко-российский фильм о путешествии
Пешкова, который назвал «Серко». В его основу легла одноименная книга Жана-Луи
Гуро. Съемки этой масштабной исторической ленты проходили под Иркутском, в музее
«Тальцы», на Байкале, в Улан-Удэ. В иркутском лицее № 1 после этого даже
поселилась «актриса», которая сыграла главную роль в большом кинематографическом
проекте, — кобылка Фея. Ее подарили иркутянке — тренеру-инструктору Татьяне
Нешумовой. Из российских актеров в картине снялся Алексей Чадов, который месяц
учился ездить верхом. Об этом писала «Копейка».

Кстати, и сейчас, в наш век стремительных скоростей и широких технических
возможностей, рекорд простого казака Дмитрия Пешкова так и не побит.

Другие рекорды

Рекорд дальности ХХ века в конном пробеге установил пастух из Моллончхипа
Генри Г. Перри (Виктория, Австралия). Он проехал 22 565 км вокруг Австралии за
157 суток, начав путь 1 мая 1985 года и завершив 4 октября. За это время он
сменил шесть лошадей, преодолевая в среднем по 143,7 км в сутки. К сожалению,
нет сведений о породах лошадей, на которых ехал Генри Перри.

Рекорд продолжительной езды на арабских лошадях установили французы
Паскаль Франкони и Жан Клод Газад. 21 070 км проехали они по дорогам стран
Европы и Ближнего Востока. Путешествие длилось 2 года, 2 месяца и 13 дней и
завершилось в марте 1984 года в Париже.

В 1950 году жеребец Занос буденновской породы прошел под всадником за
сутки 309 км, что стало рекордом суточного пробега на лошадях. (По информации
сайта vindzor-horse.com)

Метки:
baikalpress_id:  36 503