Надежда не оставит...

Жители поселка Забитуй просят помочь в строительстве церкви

Поселок Забитуй в Аларском районе когда-то был шахтерским. С тех пор как прекратилась угледобыча, а потом закрылся птичник, местные жители так и не могут оправиться. Пьют в деревне, многие не работают. Но недавно все-таки появилась надежда на возрождение — в Забитуе хотят построить церковь, уже заложили фундамент. Возводить православный храм собираются всем миром, на народные средства. Поэтому ждут: откликнутся земляки, кто хотел бы помочь своей малой родине начать трезвую жизнь.

Шахтерский поселок

Деревни, которые стоят на реке, совсем не такие. Эта, Забитуй, — с плохой
водой, в степном месте. С одной стороны, уткнулась в топкие озерца и железную
дорогу. С другой — в старые терриконики. Ветхие домишки, похожие на землянки,
покосившиеся серые заборы, давно не знавшие ремонта и покраски, — такие дворы в
Забитуе, конечно, не все. Но их много. Хватает и брошенных изб с заколоченными
окнами, и пустых участков, где бесхозные постройки, когда-то принадлежавшие
забитуйцам, просто растащили по бревнышку — ни сараев, ни стаек, ни сеновалов не
осталось. Очень тяжело пришлось деревне за последние десятилетия: сначала шахту
закрыли как нерентабельную, потом перестройка — развалился совхоз, птичник, где
300 человек трудилось, обанкротился. Распродали.

— Раньше-то шахтеры держали поселок, — рассказывает забитуйский фермер
Николай Криворучко. — Школа, стадион какой у нас был, скверик с фонтаном в
центре села — более-менее порядок.

Благодаря Черембасу жизнь в Забитуе, что называется, кипела. Шахта работала в
три смены, почти из каждой семьи мужчины отправлялись в забой — утром, днем,
вечером. Добыча не прекращалась даже ночью. Деревню делила пополам узкоколейка —
по ней, прямо между домами, паровоз тянул вагонетки: то с углем, то пустые. Само
собой, этих железных рельсов давно нет — разобрали на металл. Нет и работы для
всех — как раньше. Впрочем, кто ищет — найти может.

— О чем говорить-то? Кто ничего не делает, тому ничего не выгодно, — считает
Николай Степанович. — Надо заниматься делом — и все. Коллектив его фермерского
хозяйства, или базы, как называют в Забитуе дело Криворучко, небольшой — костяк
8 человек. На этих людей можно положиться: и старую технику заведут, и на поле
выйдут, и за скотиной присмотрят, а главное — в запое не сгинут. Фермер готов
взять из поселка любого: приходите — занятие найдется.

— Так ведь до первого аванса или зарплаты, — сетует сельхозпредприниматель. —
Деньги получат и сразу до ближайшего ларька. А потом какой из него работник?

База Криворучко

Николай Криворучко держит фермерское хозяйство с 2002 года — тогда он
зарегистрировал свое ИП.

— Я работал в совхозе, начинал оператором на птичнике, — вспоминает Николай
Степанович. — Потом в Забитуе поставили мельницу, был там замдиректора. А в
2004-м ушел: по лизингу взял свою мельницу. Сначала она стояла в Кутулике, а
когда мы остались без помещения, прибрели под нее склад на территории бывшего
забитуйского совхоза — с тех пор тут. Мололи пшеницу, продавали. Первое время,
пока своего хозяйства не было, закупали зерно по району. Аларь ведь житница
Иркутской области, по прошлому году район занял первое место — больше всех хлеба
произвели. Сейчас мы выращиваем собственную пшеницу.

Ну а дальше — больше. Завели скот — закупили овец, коров, потом, чтобы его
пасти, лошадей. В Нукутском районе, бывшем племсовхозе «Первомайский».

— Начали разводить потихонечку, — говорит Николай Степанович. — Так и
разводим. Коровы-симменталы, у нас 50 голов — это маточное поголовье, и
молодняк. Теперь не доим — только для себя, для рабочих на базе —
попоить-покормить. Сдавать молоко попробовали на Кутуликский маслозавод. Но
решили переходить на мясное животноводство: чтобы молочным заниматься, нужна
хорошая теплая ферма — ее надо строить и делать, это раз. А второе: если ферму
обогревать, электроэнергия очень дорогая — она просто разденет. Мельница
Криворучко продолжает крутиться — мелет урожай: у фермера сейчас 954 га посевов
— ячмень, овес, пшеница. Летом колосятся поля вокруг Забитуя — хорошо, если
осенью собирают 20 центнеров с гектара.

— Нынче дотянули, но еле-еле, — делится дочь Николая Степановича Марина. Она
в хозяйстве отца бухгалтерию ведет — свой специалист с экономическим
образованием. Вернулась в поселок, потому что здесь работа — и для нее, и для
мужа, и для ребятишек место в детском саду.

— Конечно, чтобы поднимать урожайность и была рентабельность, важно повышать
плодородие земель в первую очередь, — объясняет фермер. — Обрабатывать землю,
применять удобрения, гербициды соответственно с наукой, конечно. Но на
сегодняшний день минеральные удобрения очень дорогие.

— Да и погода у нас всегда «хорошая», —- шутит Николай Степанович. — По
прошлому году возьмите: сперва засуха была, потом дожди залили, а после снег
посыпал. Пшеницу мы успели полностью убрать. Серую культуру — да, шли уже по
снегу. Сложная была нынче уборка.

— Кто-то не убрал, кто-то мало убрал, кто-то сырое убрал — это все затраты,
вот и ответ на ваш вопрос, почему многие в свое время взялись за фермерскую
лямку, у кого-то не получилось, а другой — молодец, встал на ноги.

Сейчас на стенах конторы Криворучко тесно от грамот — за успехи в
сельхозтруде. Однако фермеру, у которого вроде стабильный достаток — коровы на
ферме мычат, барашки в загоне блеют и на столе жареная ярочка на косточке —
приходится каждую копейку считать. — Техника во всех хозяйствах в основном свой
ресурс выработала, новой мало, у нас совсем свежей нет, — делится Николай
Степанович. — Сегодня существуют инвестпроекты, но сложно в них войти. Нужно
обязательства держать, а условия заранее ставят трудновыполнимые. Поднимаются
заведомо высокие планки урожайности, на расширение площадей и так далее. В итоге
на поля выходим на старых тракторах, комбайнах — на чем же еще можно выходить?
За счет таких умельцев — наших восьми человек, они могут все сделать, так и
тянут... А как иначе? Если стадо положить, можно выручить, к примеру, миллиона
полтора рублей. А новый комбайн 3—4 миллиона стоит. Вот и вся арифметика.

Поэтому запасаются наши крестьяне покрепче терпением и только на себя
надеются.

— Надо реально исходить из того, что есть, — говорит Николай Степанович. —
Есть возможность — значит, закупаем, нет возможности — значит, не закупаем...

Может, опомнятся?

Забитуй для Николая Криворучко — пусть и многострадальная, но родина: здесь
родился, вырос, делом занимается. Грядки на даче разводить — это не про него. «В
городе для меня работы нету», — отрезает фермер. Поэтому ему не все равно, что
происходит в Забитуе, кто рядом живет.

— Когда часть шахтеров уехала, на их место стали перевозить с городов пьющих
людей — кто квартиру заложил за водку... Опустившихся, в общем, всех сюда. И
такой контингент в поселке очень большой, — рассказывает Николай Степанович. — У
нас детский дом в Забитуе — три поколения в нем: мамы выросли, детей отдали туда
же, государству на воспитание, а те своих несут: ну куда это годится?

— Получается, лучше пить, чем трудиться и жить по-человечески. Кстати, в
деревне что говорят: у фермера хорошо работать или нет? — интересуюсь я.

— А это кому как, — отвечает Николай Степанович. — Кому деньги нужны, тот
приходит и работает.

Вообще, своим в хозяйстве Криворучко помогают: хлебом, водой. Кто скот держит
— корма подвозят. На мужиков надеются и хорошей молодежи рады.

— Завтра в Кутулик на праздник (разговор наш был накануне Дня сельского
работника. — Авт.) повезем молодого механизатора Андрея Сенькова, 27 лет ему.
Сперва на старом тракторе маленько поработал, сейчас за «Беларусь» посадили, —
говорит Криворучко. — Мельник у нас молодой — Виктор Галинов, мы ему жилье
построили по программе «Молодая семья»: в программе участвовали, а дом поставили
силами хозяйства, хозспособом. Живет, трое детей, и у нас работает на мельнице.
Это кадры молодые.

— С 2009 года у нас новый глава поселка — Сергей Павлович Павленко, —
продолжает фермер. — Стало легче — когда руководитель понимает нужды предприятия
и идет навстречу. Для Забитуя Сергей Павлович много делает. Водопровод провели
через весь поселок. Сейчас будут строить клуб — 70 миллионов на него выделяется,
на старом месте, со спортзалом. Маленько дороги асфальтируют.

А сейчас своими силами мы хотим церковь построить. Уже начали. В центре
поселка поставили фундамент. Много народу на это событие пришло —
заинтересовались забитуйцы, небезразлично им, стало быть.

— Значит, надеетесь, что вера будет помогать людям? Пить станут меньше?

— Понимаете, на кого-то и не подействует, а кто-то, может, и задумается:
придет, опомнится. На данный момент мы вкладываем свои средства, но если есть
желание у земляков, которые хотят тоже что-то отдать, — пожалуйста. Кто родился
и жил в поселке Забитуй, богатые и бедные, — пусть помогут построить церковь, в
свою родину малую вложат какие-то средства. Кто рубль — ведь для кого-то он
дороже тысячи. А кто побольше. Любой сумме будем рады. Думаю, что без помощи нас
не оставят.

Метки:
baikalpress_id:  36 477