Романтик из Тайтурки

Равиль Плотников может научить истории на примере автомата Калашникова

«Можно что угодно говорить о нашем поселке, но люди здесь живут просто золотые!» — восхищается земляками Равиль Плотников. Он только родился в Усолье, а в Тайтурке совсем свой. 21 год преподает в местной школе. Лауреат областного конкурса «Учитель года — 2012», в октябре Равиль Федорович получил премию президента России за многолетнюю работу: два десятилетия он почти ежедневно входит в класс, чтобы вести уроки истории у тайтурских ребят. Хотя когда-то выбрал другую профессию — инженер. Теперь можно добавить: детских душ...

Местная знаменитость

— Я в некотором роде знаменитость сейчас в Тайтурке, — шутит Равиль
Федорович, встречая журналистов у ворот шумной школы. Хотя что скрывать — нет в
поселке человека, который не знал бы учителя...

— С пятого по одиннадцатый класс — мои ученики. Первому выпуску — 17 лет.
Представляете, сколько лет этим школьникам! — говорит педагог. — Преподаю я
шесть предметов, все они около истории: правоведение, обществознание, плюс
второе направление — ОБЖ и военно-патриотический кружок.

Поэтому, конечно, не зря внук удивляется.

— «Деда, почему с тобой все здороваются?» — частенько спрашивает он, — с
улыбкой делится Равиль Федорович. А ведь Плотников мог в Тайтурской школе не
оказаться. Начинал с рабочих, потом в гору пошла партийная карьера: инструктор
Усольского горкома партии, в поселок приехал секретарем парткома на Бельсклес —
авторитет, по тем временам третья фигура после директора предприятия и главного
инженера. 1986 год. Помнит, какой встретила промышленная Тайтурка — чистой,
красивой, благоустроенной.

— Кстати, отличнейшая школа была — партком, многому меня научила, —
вспоминает Плотников. — Вот где я иммунитет получил к начальникам,
многочисленным бесполезным бумажкам: человеком я всегда чувствовал себя вольным.
Поэтому сейчас, когда наше министерство требует бесконечных отчетов — вместо
настоящего дела, работа есть или нет, неважно, лишь бы отписку подали, — мне это
напоминает 80-е годы, когда на каждом углу парадно кричали, что у нас все
хорошо. Мы и нынче в этом, к сожалению, живем — во всяком случае, у меня
серьезное впечатление складывается. Идеологическим убеждениям Равиль Федорович,
конечно, не изменил и свой партбилет сохранил, но ту перестройку принял душой —
как свободу. «Горбачев научил меня думать, заставил», — признается он. Впрочем,
работу пришлось поменять.

— 1991 год — эта дата о многом скажет: партия разваливается, совсем близко
путч — я его предчувствовал, — рассказывает Плотников. — Узнал, что в школу
нужен учитель истории, а ею я еще с детства увлекался. Решил попробовать — и вот
с тех пор тут. В школе 90-х, пожалуй, могли остаться только не случайные люди.
Учителя месяцами не получали зарплаты. Но учеников не бросали.

— Вообще, о зарплате мы как-то и не думали: работа есть работа — куда от
этого денешься... А насчет того, что надо было заработок получать, так,
извините, мы и боролись за это, — продолжает Равиль Федорович. — В частности, я
тогда возглавлял забастовочный районный комитет. Мы и у губернатора Ножикова
были. С чиновниками — где-то в контакте, где-то в дрязгах, не без этого, тем не
менее находили моменты, и пусть раз в полгода, но нам все-таки выплачивали
зарплату. Директор школы, тогда был Олег Иннокентьевич Низовцев, искал другие
способы. Нам в столовую привозили хлеб, потому что его не на что было купить.
Давали под запись — под зарплату. В любом случае как-то выкручивались:
огородики, подсобное хозяйство то се, худо-бедно — на селе попроще. О тех годах,
знаете, хочу вспоминать не ту нищету, что была: это приходящее-уходящее. Скоро,
может, тоже кризис какой-нибудь начнется — вполне ожидаемая вещь в рыночной
экономике. Вопрос другой — работа была интересная. Молодежь 90-х годов, мои
ученики, это действительно другие люди. Они отличаются от нас, старших, и от
тех, кто сейчас. К сожалению, сегодня замечаю одну тенденцию: пошло поколение
лентяев. Не разгильдяи, не дураки — а лентяи. Просто не хотят — хотя могут.
«Тройка? Ладно, мне хватит!» В кружок раз пришел — «Ой, здесь трудно, не
буду...».

— А как тогда учить, если учиться не хотят?

— Ну как? На уроках ОБЖ автомат положу — разобрать, собрать. Пожалуйста,
действуйте! А через автомат и история: откуда он взялся, почему такой. А еще
какие вопросы? Смотришь, и до Александра Невского дошли.

Все по любви

— Можно по-разному относиться к прошлому. Я благодарен, что жил в то время, —
продолжает Равиль Федорович. — Сегодня, к сожалению, наша свобода зиждется на
рубле. Обидно. Дети получают такие ценности и, извините, моральными уродами, что
ли, становятся. Единственное, что хорошо, — слава Богу, далеко не все. А жизнь
ведь всегда все расставляет на свои места, и ценности, на которых она держится,
давным-давно известны.

Лет десять назад мы одного ученика не допустили до экзаменов, хотя умница,
учился неплохо, но оторва был полный. Жалко, но не допустили. Года через
три-четыре он все равно в школу пришел: «Дайте возможность получить аттестат».
Мы разговорились, и, знаете, для этого молодого человека самым важным являлись
деньги — одно слово на уме, другого не было. «Разные мы», — сказал я тогда.
Расстались, ни о чем не договорившись. Встретились опять через несколько лет. И
вот тогда он мне ни разу про деньги не вспомнил — рассказывал о своем сыне!..
Видите, все встало на свои места.

Или патриотизм. Ведь что под ним понимать? Мы любим абстрактно — Россию. А
для меня родина — этот поселок и Усолье. Жена, дети. Мать, отец. Правда, их нет
уже давно... А то, что далеко где-то... Любить надо свое, что у тебя есть, тогда
это патриотизм. Может, поэтому, по любви, Равиль Плотников написал две книжицы —
«История Тайтурки» и «История Усольского района».

— Вторую дописал, — уточняет Равиль Федорович. — Это не полностью мой труд.
Начал ее мой коллега, белореченский учитель, но, к сожалению, он умер, и его
тетрадь попала ко мне. Коли я остался с этими материалами, решил довести дело до
конца: страниц семьдесят добавил — кое-что расширил, кое-что убрал. Советский
период дал немного поточнее, в частности о репрессиях ничего сказано не было — а
об этом надо говорить, как бы тяжело мне, коммунисту, это ни было. Великую
Отечественную подробно дал — посчитал, что это событие должен осветить серьезно:
единственное событие у страны, которое действительно почитают. Хрущевский период
расширил, последние 10—15 лет.

Сейчас у меня задумка — написать историю Усольского района в лицах. У нас
ведь огромное количество золотых людей. Конечно, есть материалы про Франтенко,
Сумарокова — это наши звезды, конечно, хоть и старики. А мне хотелось бы
все-таки рассказать о простых земляках — птичницах, доярках, пилорамщиках...
Франтенко-то все знают...

* * *

С восьми утра до шести-восьми вечера Равиль Плотников каждый день в школе. А
дома опять за уроки, с учебниками. И так 21 год. — На первый взгляд, изо дня в
день одно и то же, — соглашается Равиль Федорович. — Одни и те же темы по
истории, одни — по ОБЖ. Каждый год уже знаешь: такого-то числа такие-то
соревнования, такого-то — другие. Все рутина... Но ребятишки-то другие!.. А раз
они другие — и ты меняйся! А еще — ведь это вещь достаточно великая, сами
понимаете, когда у ребят на уроке глаза горят. Вот такой он, учитель-романтик...

— И надеюсь остаться таким до конца жизни. А иначе разве интересно? — говорит
Плотников. — Ткнешься, как поросенок, в корыто — ну и что? А смысл? Мы люди и
должны жить душой. И хотя я все-таки марксист, а Маркс призывал к материальному,
но вспомните последние работы Энгельса: одной экономикой нам
нельзя...

Метки:
baikalpress_id:  17 291
Загрузка...