Надежда умирает под снегом

На полях Иркутской области под снегом лежат десятки миллионов рублей... в пшенице

Заглянувшая в начале октября на несколько дней зима по-настоящему огорчила сельхозпроизводителей, кардинально изменив их планы на урожай. Мощный снегопад уже похоронил зерновые на площади 15 тысяч гектаров. Ощутимые потери понесли хлеборобы Аларского, Зиминского и Балаганского районов — здесь не успели убрать и половину пшеницы. После мощного арктического циклона у фермеров затеплилась надежда, что снег быстро сойдет, колос обсохнет и тогда удастся поднять с земли хотя бы часть урожая. Но погода не баловала, переписывая каждое утро сценарий завершения уборочной на более пессимистичный.

— У нас в начале октября еще все цвело, — рассказывает Юлия Хоботова, глава
фермерского хозяйства из Аларского района. — В лесу даже верба повторно
расцвела! Но буквально на следующий день, после того как мы принесли из леса
этот осенне-весенний букет, начался жуткий снегопад. Благо мы успели убрать
ячмень и овес. Но почти вся пшеница до сих пор под снегом.

В этом году Хоботовы получили грант на развитие своего
крестьянско-фермерского хозяйства, в планах — развитие мясного скотоводства.
Весной хлеборобы планировали посеять побольше зерновых, осенью собрать, пустив
часть урожая на корм скоту, часть продать. Но не получилось так, как задумали.

Сейчас дорогу к ферме Хоботовых можно преодолеть разве что на хорошем
внедорожнике — сплошное месиво. Хлебные поля рядом с домом, но и до них дойти
можно, только утопая по колено в жиже.

Когда дома стали фазендами

Площадку в пяти километрах от поселка Ангарстрой (он, в свою очередь, был
образован после затопления местной территории Братским водохранилищем) Хоботовы
облюбовали в 1995 году. Раньше на этом месте не было ничего, кроме берез. Сейчас
помимо хозяйского дома стоят дома для рабочих, гараж, склады, свиноферма. Среди
берез Хоботовы посадили несколько десятков сосен.

В начале 90-х, когда только началась эра фермерства, а люди, насмотревшись
сериала о рабыне Изауре, стали называть свои домики фазендами, Василий Хоботов,
отец Юлии, работал директором совхоза в Ангарстрое. Юлия выучилась на
бухгалтера, и тогда на семейном совете решено было открыть свое КФХ.
Первоначально Хоботовы — отец, дочь, сын и зять — засеивали пшеницей 50
гектаров, потом начали расширяться, и сегодня они арендуют площадь в 20 раз
больше. К 2015 году они планируют обрабатывать уже полторы тысячи гектаров. Есть
у Хоботовых коровы и свиньи — больше 100 голов. Вот и грант на развитие мясного
животноводства получили — 18 млн рублей. Теперь будут строить кормовой двор, еще
закупать скотину.

— Техника у нас вся новая, — не без гордости говорит Василий Васильевич
Хоботов, — комбайны, тракторы, прицепной инвентарь. Есть свой экскаватор, КамАЗ.
Вот сушилку итальянскую приобрели, она мобильная, на колесах. В позапрошлом
году, когда осень также выдалась сложная, было много дождей, именно сушилка нас
спасла. Хотя многие фермеры не смогли создать продовольственный фонд. Причина та
же — слишком сырое зерно. Ведь многие вокруг работают еще на том, что от
коммунистов осталось, потому что все очень дорого. Так, цена одного комбайна
равна 6—7 млн рублей.

У природы есть плохая погода...

Увы, в этом году не помогает даже чудо-сушилка. Фермеры говорят: такого лета
они не припомнят с начала 90-х годов. Все началось с сильнейшей засухи.
Горожане, скажем, и не припомнят, когда в этом году в регионе пошел первый
дождь. А любого фермера среди ночи разбуди — сразу ответит: 4 июля. Ячмень и
овес сеют поздно, собирают рано, так что урожай этих зерновых в этом году
неплохой. А вот пшеницу сеют уже в начале мая, и отсутствие дождя не могло не
сказаться: большая часть семян стала прорастать только после обильного полива. В
результате в сентябре колос пшеницы стоял еще совсем зеленым.

— Первые всходы успели созреть, а все, что позже — нет, — вздыхают Хоботовы.
— По всему полю зеленые пятаки были разбросаны. А ведь, если мы созревшие
колосья вместе с зелеными убирать будем, получится фуражное зерно — на корм
скоту. Мы все ждали, до последнего надеялись, что зерно в колосе дозреет. Успели
выборочно убрать только 300 гектаров, и тут такой снегопад!

Что будет дальше?

 Созревшая пшеница лежит на полях, придавленная снегом. При этом
ситуация осложняется с каждым днем: снег не успел растаять и снова нет-нет да и
подсыплет. И пока снег не сойдет с полей, нет никакого смысла запускать
комбайны: их решетки забьются снегом, и пшеница, пройдя через комбайн, вновь
окажется на земле. Фермерам, которые, подобно Хоботовым, принимают участие в
инвестиционных программах Министерства сельского хозяйства, сейчас, пожалуй,
сложнее всего: с одной стороны, они получили денежную помощь на приобретение
техники и скота, с другой — вынуждены выплачивать огромные кредиты, взятые под
урожай. И пока на территориях работают представители минсельхоза, ведут
переговоры с банком о реструктуризации кредитов, хлеборобы все еще ждут хорошей
погоды: надежда, как известно, умирает последней.

— Снег — это не страховой случай, — грустно улыбается Юлия. — Поэтому
несколько миллионов, которые сейчас лежат под снегом, нам никто компенсировать
не будет. А ведь нам надо только четыре погожих дня! В хорошую погоду мы можем
по 130 гектаров убирать, а у нас не убрано осталось 400.

Увы, половину урожая фермеры Аларского района уже не смогут собрать. В
ближайшие дни синоптики прогнозируют похолодание — а стало быть, снег с полей не
сойдет. Несобранная часть урожая (а это около 60 тыс. гектаров) в лучшем случае
уйдет на корм скоту. По данным минсельхоза, до снегопада уборку урожая успели
завершить в Качугском районе. Близки были к финишу земледельцы Тулунского
(убрано 99% зерновых), Иркутского (98%), Нижнеудинского (97%), Жигаловского
(97%), Усть-Илимского (94%), Усольского (94%) и Баяндаевского (94%)
районов.

Загрузка...