Рождение нового жанра

Подписи к снимкам фотограф Игорь Глушко заменяет своими стихами

Выставка работ Игоря Глушко, фотохудожника из Улан-Удэ, которую во второй половине августа принимал Иркутский дом-музей Виталия Рогаля, вызвала неподдельный интерес у зрителя. Снимки обсуждали как профи из фотографического общества Иркутска, так и простые зрители. Творческий отчет Игорь смело может записать себе в актив. Вниманием выставка не была обделена — и это в «мертвом» августе и без всякой рекламы. Отличительной особенностью данной экспозиции стали стихи автора, заменившие обычные подписи под снимками. Возможно, кстати, даже родился новый жанр в фотоискусстве.

Монолог Игоря Глушко в ответ на дежурный вопрос «Как ты стал фотографом?»
прочно ассоциируется с... фотопленкой. Каждое предложение — законченный кадр.

— Азы фотопроцесса — от заправки пленки до глянцевания готовых фотографий —
научился в фотокружке, куда попал третьеклассником, — говорит Игорь Глушко. —
Много читал специальной литературы, общался с фотографами старшего поколения,
художниками. В ту эпоху черно-белой фотографии всегда мечтал о цветной. Но
дороговизна и сложность обработки делали такой вид фотосъемки недоступной
широким массам. И только в начале 80-х я попробовал проявлять цветные слайды.
Это был прорыв! Наконец-то цвет! Потом появился «Полароид» с его мгновенными
снимками, и я подумал, что фотография умерла. Канули в Лету проявочные бачки,
увеличители и глянцеватели, а вместе с ними и таинство процесса. Теперь каждый
мог нажать кнопку спуска и получить готовую фотографию. Но прогресс не стоял на
месте — появилась «цифра». Опробовав первые цифровые фотоаппараты, я был приятно
удивлен открывающейся перспективой. Схема работы над изображением словно
вернулась на тридцать лет назад, правда инструменты на три порядка стали
совершеннее. Место пленки в аппарате заняла флеш-карта, а лабораторию с красным
фонарем и ванночками с химреактивами заменили графические редакторы. Поэтому и
сейчас я продолжаю получать удовольствие как от самого процесса съемки, так и от
обработки фотографий. Остаются востребованными знания, полученные мной в прошлом
веке.

— Между Иркутской областью и Бурятией лежит Байкал, который снимают фотографы
обоих субъектов. Насколько, на твой взгляд, интересны иркутянам, уланудэнцам
виды Байкала? Или среди обилия снимков по-прежнему мало по-настоящему хороших?

— Снимать Байкал можно бесконечно — ведь ему миллионы лет и он всегда разный!
Доступность фотоаппаратов и простота получения изображения позволяет получить
каждому свой Байкал на память. Но далеко не каждый снимок затронет душу другого
человека. Такие кадры по-прежнему редки.

— С приходом «цифры» резко расширились возможности фотографа, который может
нащелкать за час две тысячи кадров, а потом мучается вопросом, зачем это сделал
и как выбрать нужный кадр... Сталкивался ли ты с такой проблемой и как ушел от
соблазна щелкать все подряд?

— Да, после жестко ограниченных 36 кадров пленки новые возможности кружат
голову. Но школа пленочной фотографии приучила экономить и думать о
результате... И от такой привычки не стоит избавляться. Бывает, и я привожу из
поездок тысячи кадров. Потом безжалостно удаляю в несколько этапов. Сначала —
явный брак, потом «не цепляющие» кадры... Дело в том, что эмоциональный подъем
от реальной картинки буквально заставляет давить спуск. Но то, что казалось
интересным в реале, не всегда интересно смотрится на экране монитора или в
распечатанном виде. Поэтому приходится отбирать удачные кадры. И если из этих
тысяч мне удаются два-три кадра, за которые не стыдно, то это очень хорошо.

— Игорь, насколько востребован в эпоху Интернета такой формат творческого
отчета, как выставка?

— Интернет позволяет «обкатать» кадр, понять, нравится ли он только тебе или
многим. Позволяет заявить о себе, но... Это все виртуальное и существует только
до тех пор, пока по большому счету есть электричество. Выставка — это живое
общение. Мне нравится находиться на выставке самому, рассказывать посетителям
истории создания того или иного кадра, интересоваться их мнением...

— Известный российский фотограф Сергей Максимишин считает, что Россия самая
неснятая страна в мире. По его мнению, соотечественники стараются побывать в
фототурах в других странах и упорно не рассматривают в качестве объекта свою
малую родину. В этом смысле ты составляешь скорее исключение, посвящая много
времени Бурятии. Как удается в обычном, казалось бы, пейзаже разглядеть что-то
привлекательное, донести это до зрителя?

— Мне доставляет удовольствие общаться с природой во всем ее разнообразии.
Пожалуй, в каждом регионе есть места широко известные и разрекламированные.
Такие места, конечно, можно и нужно фотографировать. Но ощущение такое, будто
наша Земля немного в обиде на нас — все пытаемся ухватить «лакомые кусочки»,
лежащие на поверхности: пирамиды в Египте, Стоунхендж и прочее. А ведь в любой
деревушке местный житель сможет вам рассказать и показать что-то уникальное. И,
мчась куда-то вдаль за готовыми «шедеврами», мы совсем забываем о том, что
находится рядом. Я, хоть и родился, и вырос в Бурятии, все еще не побывал во
всех ее уголках. И мне доставляет особое удовольствие то, как она постепенно
открывает для меня свои потаенные уголки. И есть еще один момент. То, что для
нас, живущих у Байкала, обычный пейзаж, для жителей других регионов — экзотика.
Вот я и стараюсь смотреть на все глазами гостя.

— Из всех фотографов, выставляющих свои работы в Иркутске, зрители, к своему
удивлению, прочитали рядом с твоими фотографиями еще и стихи. Как давно пришла
мысль дополнять снимки таким вот образом и сложно ли сочинить стих на заданную
тему?

— Как только начал размещать свои работы в Интернете, сразу встал вопрос о
варианте комментария к ним. Считаю, и отзывы посетителей подтверждают это, что
зрителю интересно знать, что заставило автора сделать тот или иной кадр. Ну а
стихи стал писать после того как попытался подобрать к своему кадру строки из
Интернета. Увы — точного соответствия чужого стиха своему кадру практически
невозможно найти. Решил попробовать сам, и кое-что сейчас получается. Но
специально написать стихотворение практически не удается. Иногда четверостишие
приходит само целиком — остается только успеть записать, а иногда только
одна-две строчки, и тогда ждешь, когда стих созреет.

Метки:
baikalpress_id:  36 387
Загрузка...