Как в страшном сне

Трагедия, когда дети отравились ядохимикатами, для семьи из Бурети стала тяжелым уроком

Происшествие, которое произошло в селе Буреть Боханского района в июле этого года, не на шутку взволновало жителей области. Трагедия случилась в многодетной семье: семеро малолетних детей отравились ядохимикатами, которыми глава дома обрабатывал огород. В тяжелом состоянии пострадавшие были госпитализированы, однако одного ребенка, четырехлетнюю девочку, спасти не удалось. В начале августа стало известно, что всех малышей отправили в Осинский районный приют, а органы опеки начали готовить документы о лишении отца и матери родительских прав. Редакция нашей газеты решила узнать, насколько обоснованной и необходимой может быть эта мера, и мы заехали к пострадавшей семье. Негостеприимная встреча нас ничуть не удивила: состояние родителей, чей ребенок умер по их же собственной халатности, понятно — тут не до лишних разговоров.

Найти семью Паховых (имена и фамилия изменены), в которой произошла трагедия,
в селе не составило труда, ведь о случившемся знают все местные жители. И пока
мы искали нужный дом, нам успели рассказать о том, что трагедия для семьи не
прошла даром.

— Отец-то у них непьющий, а вот мать злоупотребляла, — сообщила одна из
местных жительниц. — Но только после случившегося они за ум взялись. Во всяком
случае, она больше не пьет...

Дверь нам открыла старшая дочь Паховых — Екатерина. Весьма бойкая молодая
девушка сразу заявила, что отец ни о чем с нами разговаривать не будет. И это, в
общем-то, оказалось чистой правдой: чуть позже глава семьи (немолодой уже и с
виду очень уставший мужчина) прошел мимо, даже не взглянув в нашу сторону. Пока
Катя держала нас возле калитки, во дворе дома можно было разглядеть детские
вещи, сушившиеся на веревке. На первый взгляд это были хорошие вещи, так что
семья, в которой до сих пор воспитывали 11 (!) детей, не производила впечатления
бедной. Мать вышла к воротам, держа на руках ребенка чуть старше года. Как
выяснилось, это один из двух ее внуков — сын старшей дочери. Собственных детей у
Нины Паховой было девять. Сейчас, после смерти четырехлетней Варвары, их стало
меньше. Кстати, погибшая девочка была из двойни, ее братик остался в живых —
всего у Нины Паховой две двойни.

— Теперь, когда все случилось, все на нас внимание обратили, — очень сердито
начала Нина разговор. — До этого куда только за помощью не обращались — никто
нам даже копейки не дал! А сейчас и материальная помощь, и внимание прессы...
Только Варю-то уже не вернуть... В тот день, когда случилась беда, отца
семейства не было дома — Николай работает на строительстве храма в Бурети. Нина
тоже отсутствовала. Сегодня женщина не признается, что она делала, говорит —
надо было отлучиться по делам. Дети, младшему из которых чуть больше года (при
этом внук Нины и ее младший ребенок примерно одного возраста), оставались
совершенно одни. Незадолго до этого огород обработали пестицидами, процедура
была привычной — из года в год в семье боролись за урожай именно этим способом.
Но в этот раз накануне произошло еще кое-что.

— Откуда мы знали, что это чесотка?! — в сердцах задает Нина риторический уже
вопрос. — Нам в Боханской больнице сказали, что это педикулез, а мы почему
должны были в диагнозе сомневаться? Кто посоветовал бороться с «педикулезом» с
помощью ядов, которыми обрабатывают растения, так и осталось неясным. Непонятно
также, кому из детей пришла в голову эта «светлая» мысль, но в результате семеро
из них обмазались оставшимся после обработки огорода раствором ядохимикатов.
Дальнейшие события развивались как в страшном сне: уже на следующий день
здоровье малышей резко ухудшилось. С диагнозом «химическое отравление» и в
тяжелом состоянии их отправили сначала в районную, а потом в областную больницу.
Сегодня Нина уверена — Варю можно было спасти.

— Ей было хуже всех! — горячо восклицает она. — Но именно ее до самого
последнего держали в районной больнице. Я знаю, что в Иркутске за ее жизнь
боролись по-настоящему, но было уже поздно... Так почему же во всем винят только
меня?

Сейчас, по словам Нины, органы опеки уже пообещали не лишать Николая
родительских прав, но ее саму в этих правах грозят ограничить. Что это может
дать, если по закону даже лишение родительских прав не освобождает родителей от
обязанности содержать своего ребенка, а вот право на льготы и государственные
пособия такие родители теряют? Скорее всего, ничего хорошего для самих детей.
Ведь очевидно, что, несмотря на случившееся несчастье, в этой семье о них
все-таки заботятся.

Загрузка...