Ателье строгого режима

В иркутской исправительной колонии открыт швейный цех

Длинные торжественные речи здесь просто неуместны — специфика учреждения как-то не располагает. А потому выступление начальника ГУФСИН России по Иркутской области генерал-лейтенанта внутренней службы Павла Радченко было кратким: не скучать, побольше зарабатывать, и чтобы побыстрее заканчивался срок — с такими пожеланиями обратился он к работникам нового предприятия, открывшегося в ИК № 3. Далее по традиции прозвучал звонок, извещавший о начале первой рабочей смены, и шесть десятков новоиспеченных специалистов заняли места у аппаратов.

По прикидкам руководителей ИК, новый швейный цех даст работу более 200 осужденным. Цифра очень приличная, считает Павел Радченко, если учесть, что трудоустроить столько народу сейчас и на воле совсем не просто.

— Перед руководителями исправительных колоний в данный момент поставлена конкретная задача — обеспечить работой как минимум 50 процентов от числа всех осужденных, — говорит Павел Васильевич. — Обустройство данного цеха — это плод совместного труда сотрудников колонии и их подопечных. Всего за полгода старое заброшенное хранилище они превратили в комфортное здание. А благодаря нашим партнерам было закуплено современное оборудование — порядка 80 швейных машин-полуавтоматов и других сопутствующих данному производству агрегатов. Затрачено около 3 миллионов рублей.

Уже в ближайшее время, по словам генерала, будут утверждены образцы заказа от Министерства обороны и заключен первый большой контракт. Пока же работники цеха оттачивают свое мастерство на спальных принадлежностях да кухонных полотенцах.

— Работа нашим подопечным нужна не только для того, чтобы чем-то себя занять, — рассказывает заместитель начальника центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК № 3 подполковник внутренней службы Галина Звонкова. — Они зарабатывают деньги. О суммах, которые будут выплачиваться в новом цехе, пока говорить рано. Но, например, в обувном производстве, которое мы открыли 15 лет назад, зарплата заключенных очень даже неплохая — в среднем 16—18 тысяч рублей. Бывает и больше, когда срочных заказов много. Все заработанное переводится работнику на карточку, и деньгами он может распоряжаться по своему усмотрению. Правда, сначала из получившейся суммы вычитаются выплаты по различным долгам и присужденным искам, если таковые, конечно, есть.

Кроме денег находящиеся при деле осужденные зарабатывают себе и трудовой стаж. Тем, кто работает, при освобождении дается справка, где прописаны специальность, стаж, а также присвоенная квалификация.

Меж тем, признается Галина Васильевна, заставлять осужденного работать закон не позволяет. Дело это сугубо добровольное. — Впрочем, нам в этом плане, можно сказать, повезло, — продолжает подполковник Звонкова. — Ведь большинство наших подопечных люди грамотные — это бывшие сотрудники судов, органов внутренних дел, пожарные, военные, работники прокуратуры. Они понимают, что полученная здесь специальность может им пригодиться на воле, и поэтому идут учиться с удовольствием. Так, работники, которые сейчас заняли места у швейных машин, три месяца постигали азы профессии по специальной программе. На сегодняшний день мы имеем более 50 процентов вывода — то есть из 1500 наших заключенных трудоустроено больше половины. Планируем в короткие сроки достичь 80-процентного показателя. Главная сложность в том, что колония находится в черте города и поэтому ограничена в свободных площадях.

Отбывать наказание, не работая, очень тяжело, считает осужденный Рудик Баззаев. Он назначен бригадиром в новом цехе и знает, что говорит, ведь в местах не столь отдаленных бывший милиционер находится уже 12 лет, из них 10 — в ИК № 3. На свободу ему еще не скоро — как минимум через пять лет.

— Находиться в одном и том же помещении, видеть одни и те же лица — и все это на протяжении многих лет... Нет, уж лучше работать, — говорит заключенный. — Это вносит в жизнь хоть какое-то разнообразие. К тому же если чем-то занят, то и время быстрее идет. Ну и деньги лишними не бывают.

По словам Рудика, за время его пребывания в иркутской колонии уже сменилось три начальника. Кардинально изменились и условия жизни заключенных. Рабочих мест стало больше, отношение к людям — лучше. Есть свое кабельное телевидение, православный храм построили несколько лет назад. Сейчас в нем насчитывается полторы сотни прихожан, и с каждым днем их число растет.

— Однако тюрьма, даже если она золотая, все равно тюрьма, — вздыхает заключенный Баззаев. — Очень хочется на свободу... Но выйти нужно совсем другим человеком — с другим отношением к жизни, с хорошей специальностью. Чтобы сюда уже никогда не возвращаться...

Загрузка...