Берег медведей: жизнь среди зверья (есть видео)

Сотрудники Байкало-Ленского заповедника Сергей и Наталья Шабуровы в этом году, как и обычно, большую часть времени провели на мысе Покойном. Следили за порядком на территории, наблюдали зверей. Многие обитатели дикой байкальской природы попали в объектив их фотоаппарата. Новые редкие кадры хозяина тайги — косолапого — на память о прошлом полевом сезоне теперь хранятся в архиве Шабуровых. Не зря место, где они живут, называется Берег бурых медведей.

Льды для нерпы

Прошлый сезон для Сергея Шабурова, участкового госинспектора Байкало-Ленского заповедника, начался, как всегда, ранней весной. Старожилы Покойного очень любят это время —- апрель, май, июнь. День длинный, ночь короткая: свет, краски яркие, контрастные, и можно многое успеть поснимать. На этот раз первым делом Сергею удалось побывать на Ушканьих островах — посмотреть и пофотографировать байкальских нерп.

— Со мной был сын шамана — местный житель из поселка Онгурен, — рассказывает Сергей. — Он прекрасно знает Байкал, и я от него многому учусь. Буряты традиционно занимаются нерповкой: испокон веков охотятся на тюленей, используют их в пищу — жир, мясо. А я как бы корреспондентом присоседился, полюбоваться знаменитым на весь мир лежбищем.

Когда мы попали на Ушканьи острова, на лодке, то увидели гигантское нагромождение льдов. Стоял уже конец мая, и, со слов моего спутника, который всю жизнь прожил на Байкале, подобную картину он видел впервые. Могучие ледяные торосы необыкновенных форм сохранились до середины июня — такое случается крайне редко.

Нерпа всегда уходит за отступающими льдами. Застать ее в июне и тем более заснять невозможно: в это время она на островах не остается. Поэтому 2011 год был абсолютно не похож на все предыдущие: в начале лета мы вели съемку нерпы. Хотя снимать скопище лежащих тюленей, которые выглядят на фотографиях как узкие темные полоски среди белых льдов, сложно. Снимки не отображают всей действительности — нужны панорамы. Или смотреть вживую.

Впрочем, на Ушканьих островах, полностью изолированных от материка, где у нерпы нет врагов, кроме человека (медведь здесь не ходит), тюлень ведет себя достаточно спокойно. Есть возможность подойти поближе. Наталья Шабурова показывает фото, сделанное мужем.

— Видите, лежат рядом: очень старая, крупная особь и тут же нерпа-малыш — скромно, с краешку. А взрослый тюлень по-хозяйски занял льдину, конкурентов у него нет, человека не боится, потому что по большому счету охотнику такие переростки не нужны — промысел идет только на молодых нерп.

— Так что можно подъехать и, как Сергей шутит, за ушком почесать, — смеется Наталья.

Хитрости фотографов

А что же мишки?

— Проснулись косолапые как обычно, — делятся Шабуровы. — Первый медведь (мы отмечаем это в летописи каждый год) после 20 апреля появляется на берегу, основная численность подходит к июню.

— В этом году он проснулся, показался, что встал, и исчез, до июня не было, — удивляется Наталья. — Мы не видели его на моренах, скучали: закончился май — медведя очень мало, нету, Боже мой!.. Но потом пришел. — С мишками нынче было очень весело, и пофотографировать получилось, — продолжает Сергей. — Численность его в наших краях очень большая. Медведь вел себя раскованно, человека не стеснялся, подходил к кордону. Но слишком с косолапым не повеселишься: даже если он небольшой, все равно остается хищником.

Есть у нас, конечно, фото медведя, сделанные вплотную — средь бела дня, из окна избушки. Но, как правило, мы проводили съемки в специально оборудованной будке — с крепкими дверями, металлическими ставнями, которые закрываются в случае необходимости.

Расположение смотровой будки выбираем с определенных позиций — в месте, где пересекаются интересы всех животных, куда часто заглядывают копытные.

— Когда я однажды сидела в смотровой будочке, мишки не пришли — зато появились изюбри, но я была рада, — вспоминает Наталья. — Одной, без Сережи, оставаться страшновато: понимаешь, что ты мало чего успеешь сделать, если вдруг... Но на изюбрей я насмотрелась.

— У нас есть, конечно, свои технические хитрости, чтобы медведя привлечь, — делится Сергей, — органика, накопившаяся за зиму в Байкале, погибшие животные — их выкидывает на сушу. Медведи, зная об этом, весной начинают бродить вдоль берега, чтобы найти себе пищу. Поэтому если мы обнаруживаем выброшенную нерпу, просто подтаскиваем ее к тому району, где стоит смотровая будка, и тогда больше шансов, что мишки попадут в кадр.

Медведь и скворечник

— Вообще, историй по прошлому году можно рассказать очень много, — улыбается Сергей. — Допустим, забыл я закрыть дверь, приехал забрать стульчик — с катера оставил. Начал приближаться, а из смотровой будки выходит медведь: по третьему году ему, небольшой, но вполне достаточно, чтобы расстаться с жизнью.

Когда медведь часто видит человека, привыкает, постепенно теряет страх и начинает дистанцию сокращать: подпускает на близкое расстояние. Это, конечно, не за один день и не за два — за пару месяцев происходит. Наталья уверена:

— Если медведь тебя встречает и провожает, хозяйничает в будке, надо уходить и съемки прекращать: недолго и до беды.

Но так свободно ведут себя далеко не все — как правило, косолапая молодежь. Более взрослые и серьезные представители медвежьей братии поступают осторожнее — появляются в темное время суток, после 10 часов вечера, и заснять их непросто.

— Вообще, у медведей имеются ярко выраженные индивидуальные отличия, как у человека, — продолжает Сергей. — Есть трусливые мишки, есть наглые, есть хитрые. Единственное, что их отличает от нас, — у медведя нет мимики: на мордочке не написано, что он сделает в следующую минуту.

Кадры, сюжеты природы, остановленные фотокамерой, подтверждают. — Смотрите: вот два медведя, потом третий подошел, — поясняет Наталья. — Они не конфликтовали, борьбы и драки не было, но третьему показали: ему здесь делать нечего. И он удалился. На другом фото мишка ползет вверх по дереву к домику, который напоминает скворечник.

— Тоже снято из смотровой будки, — объясняет Сергей. — Деревянные домики крепятся на высоте для водоплавающих птиц — гоголя. В европейской части подобное давно практикуют, и птицам нравится такое жилье. Но надо учитывать: в Европе нет медведей. Когда мы попробовали поставить похожие «скворечники» у нас в заповеднике — сделали порядка 40 домиков, в течение первого года наши потери составили 30 процентов. Мишка, как только заселяются эти домики, четко понимает ситуацию. На фотографии видно: медведь, достаточно крупный, поднимается по стволу на вытянутых лапах. Культурно залез, понюхал и сразу определил: домик пустой. Не стал его трогать. Если там есть кладка, мишка легко — как бы ты жестко ни крепили «скворечник» к дереву — сбрасывает его, снимает крышечку и съедает все, что там есть.

Домики висят высоко — и на пяти, и на шести метрах над землей, но медведи свободно до них добираются.

— Раньше Наталья спасалась от медведей как? Влезала на деревья, — хохочет Сергей.

— Очнешься, когда уже на сосне сидишь, — признается Наташа.

— Иногда я ее терял, потом находил — над собой, — еще заразительнее смеется Сергей.

— Когда я увидела, что мишка легко и просто залезает на деревья, я поняла, что там мне тоже спасения нет, — разводит руками Наталья. — Нужно быть просто рядышком с мужем.

Кто не умеет позировать

Многие звери — как есть в дикой природе — смотрят с их фотографий. Наталья очень любит снимать птиц. На цветных карточках, собранных в альбом, черный коршун расправляет крылья — давний сосед Шабуровых, который совсем не любит сниматься: без фотоаппарата к себе подпускает, а стоит поднять объектив — сразу улетает; орлан-белохвост — краснокнижный хищник, позировавший Сергею издалека; желна — черный, самый крупный дятел.

— Уж я караулила его, ползала на коленях, — рассказывает Наталья. — Видимо, так ему надоела, что он сделал вид, будто не заметил, как я его сфотографировала, — занимался своим делом.

Или забавная парочка: цапля и ворона объединились на коряжке. Ядовитый щитомордник всегда готов к съемкам: он спокойно уживается с людьми, обитает под вагончиком и регулярно приносит потомство. Хозяев не обижает, нападает только на молодых собак, но сами виноваты — больно любопытны.

Кадры один ценнее другого. Но, как считают Наталья и Сергей, самые дорогие те, которые не сделаны. Лисица, бегающая вокруг проруби и караулящая чирков, никак не попадет «на мушку»: слишком юркий зверек. Наталья вспоминает медведицу с медвежатами. Семейка вышла на морены, три малыша — все разноцветные: бурый, как мама, белый и серый. Фотоаппарата под рукой не было — только бинокль. Или в начале апреля на заливе появилась пропарина, а в ней лебедь — пролетный белый кликун, синяя вода и дальше льды...

— Окошечко в смотровой будке одно, а желающих с фотоаппаратом бывает больше, — рассказывает Сергей. — Нынче туристы-французы снимали, как рысь шла по берегу. А у меня всегда было дикое желание увидеть эту кошку в природе, вживую, при хорошем свете очень сложно. Очень хотелось дорогих гостей подвинуть, но... было нельзя. Поэтому французы рысь сняли, а у меня кадр остался в памяти.

Видеосюжет можно посмотреть по следующей ссылке: Берег бурых медведей

Метки:
Загрузка...