Что случилось с Центром Дикуля?

Заложниками ситуации, когда именитое медучреждение перестало получать финансовую помощь по линии обязательного медицинского страхования,оказались инвалиды

Вроде бы совсем недавно, в 2009 году, иркутский Центр Дикуля отметил солидный юбилей — 20-летие. Иркутск по-настоящему радовался празднику: звучали поздравления, газеты и новостные каналы рассказывали об уникальных методиках, позволяющих если не поднимать на ноги, то заметно поддерживать больных с травмами позвоночника, лишенных возможности ходить; помогать детям со страшным диагнозом ДЦП. Но не успели отзвучать здравицы, как жизнь Центра и его пациентов резко изменилась. Инвалидов просто вынудили отказаться от помощи учреждения, которую за долгое время его существования можно было получать бесплатно. С 1 января 2010 года за все услуги в иркутском Центре Дикуля надо платить. Прекращено финансирование за счет средств обязательного медицинского страхования, из областной казны, городского бюджета. Знаменитое медучреждение, его стационар, практически простаивает: пустуют комнаты для проживания, тренажерные залы, физиокабинет, без дела — опытнейшие специалисты. Уходит драгоценное время, которое могло бы спасать людей, облегчать их горькую инвалидную долю, в которой «...только четыре стены, кровать да коляска».

От имени инвалидов

Братчанка Наталья Гаврина обратилась в «Копейку» от имени инвалидов Иркутской области. Женщина много лет прикована к инвалидной коляске, но не жалеет сил — пишет письма в Министерства здравоохранения, социальной защиты и опеки областной администрации, обратилась к премьер-министру Владимиру Путину. В них стон и мольба — спасти и вернуть людям иркутский Центр Дикуля, а значит, не дать обездвиженным сгнить заживо в своих квартирах.

— Пятнадцать лет назад меня лично коснулась эта сложная жизненная ситуация, — рассказывает Наталья Егоровна. — Раньше я была обычным человеком, полным сил и энергии, руководила крупным ДК в Братске. В 1995 году, тяжело заболев, перенесла операцию на позвоночнике и оказалась в инвалидной коляске. Первые полгода благодаря маме я прошла очень хорошую, активную реабилитацию в Омске. Результаты были отличными, перспектива — самостоятельное передвижение, хождение. Возвратившись в свой родной Братск, столкнулась с реальностью — отсутствием специалистов и условий, необходимых для полного восстановления, для обучения хождению. Не было ЛФК, профессионального массажа. То, что приемлемо при лечении людей без нарушений двигательных функций, совершенно не подходит парализованным. Почти два года я провела дома, в квартире, без помощи и тем самым потеряла «золотое время».

Когда, все-таки не опустив рук, с трудом узнала о реабилитационном Центре Дикуля в Иркутске, получила вызов, прошла первый лечебный курс реабилитации, когда мое состояние здоровья стало уже не тяжелым, — радости не было предела. На протяжении 13 лет один раз в году я являлась пациенткой Центра.

Все нуждающиеся жители области и города Иркутска, по необходимым медицинским показаниям, имели право на реабилитационное лечение — бесплатное, два месяца в году, в этом нашем замечательном Центре Дикуля. Я видела, как многие вставали на ноги после тяжелейших травм головного и спинного мозга, учились заново ходить, облегчали свои тяжелейшие физические боли, начинали жить с чистого листа.

— Представляете, привозят человека — он не просто не может двигаться, он ходит под себя, голова—ручки—ножки — больше ничего, дома не знают, что с ним делать: лежит обузой, пролежни зарабатывает, погибает в общем, близкие ревут от горя, — делится Наталья Егоровна. — За несколько месяцев больному возвращают элементарные навыки. Когда он уезжает, то уже многое умеет, хотя бы за собой ухаживать, — потому что его научили.

Каждый «опытный» пациент отдавал все свои накопленные знания другому, Здесь многие нашли себе друзей, круг общения. Руководство организовывало нам досуг: мы выезжали в выходные на концерты, в цирк, на экскурсии, на Байкал. Инструктор Центра дьякон Игорь Бакшеев летом вывозил желающих на отдых в Большое Голоустное, в Усть-Баргузин, в Листвянку. С ним инвалиды на колясках съездили в Израиль по святым местам.

Для больных людей, с которыми жизнь обошлась так жестоко, часто одиноких, никому не нужных, от которых отказываются семья и близкие, Центр Дикуля стал вторым домом — родным, незаменимым. — И вот, как гром среди ясного неба, с 1 января 2010 года Центр прекратил свою работу для стационарных больных — бесплатно, за счет средств ОМС. И это сразу после юбилея — 20-летия работы! Все вдруг разом отказались выделять средства на лечебную реабилитационную программу инвалидов.

От чердака до европалат

Мы вспоминаем историю появления в Иркутске учреждения, которое было гордостью Иркутска, а теперь стало его огромной проблемой. — 20 с лишним лет назад молодой иркутянин Павел Шапошников, получивший травму руки и вылечившийся по методике Дикуля, лично познакомился с Валентином Ивановичем. Увидев и узнав, как он помогает людям, решил создать подобный центр в Иркутске. Нашел, собрал единомышленников, спортсменов. Арендовал 5-й этаж в гостинице по адресу ул. Култукская, 9а, и открыл Центр Дикуля. — У меня была цель, силы, мне казалось, я горы могу свернуть, — признался «Копейке» Павел Анатольевич.

И ведь сворачивал.

— Зал ЛФК соорудили в чердачном помещении — отремонтировали и оснастили оборудованием, тренажерами, — продолжает Наталья Егоровна. — Специалисты прошли обучение в Москве у Дикуля. Каждый день с пятого на шестой этаж инструкторы ЛФК практически на руках поднимали и спускали на инвалидных колясках пациентов на занятия, иногда и не по одному разу. Курс лечения составлял три месяца. Результатов достигали превосходных: с коляски на ходунки, с ходунков на костыли и на трости, а потом самостоятельное передвижение. Методика Дикуля уникальна тем, что на разработанном им тренажере восстанавливает работу парализованных мышц — от здоровых.

Городские власти не стояли в стороне. В 2000 году Центру отдали в долгосрочную аренду здание по адресу Лызина, 44а. До этого там работал Дом ребенка для больных детей-отказников — им было предоставлено отремонтированное здание с бассейном в Иркутске-2. Поначалу помещение совершенно не было приспособлено для проживания и лечебного процесса взрослых инвалидов-колясочников. Большие комнаты удобны для детских групп из 20 и более человек, а взрослым, которые находились на лечении в течение двух месяцев и жили по восемь человек, нужны были палаты с удобствами на 2—3 человека. Директор Павел Шапошников начал реконструкцию большого здания. Ремонта там не было долгие годы: прокопченные потолки с обсыпающейся штукатуркой, во многих помещениях полы проедены грибком, в окна зимой задувал ветер.

За несколько лет центр стал неузнаваемым. Меняли сантехнику, ставили перегородки в комнатах, делали новые полы, душевые санитарные комнаты. Появились долгожданные палаты на 2—3 человека, отремонтировали спортивные залы, кабинеты для врачей, массажистов — в одном из кабинетов массажа есть многофункциональный стол с пневмоподъемником: парализованного больного не нужно поднимать и пересаживать обратно на коляску, стол меняет высоту до необходимой для инвалида. Но так как эти столы дорогие, то такой есть только в одном кабинете. Капитально перестроили физиокабинет: раньше в помещении пол прогибался под колесами коляски. Было холодно, не хватало оборудования — сейчас там настолько комфортно, тепло и уютно, такие современные физиоаппараты, что хочется находиться там подольше. Обустроено несколько тренажерных залов.

Открылись две европалаты, с новой современной мебелью, бытовой техникой для платного лечения иногородних пациентов. Двадцать лет Центр работал бесперебойно: Павел Шапошников, его коллеги и друзья прикладывали для этого все силы, знания и опыт. Сами изготавливали мебель, койки и тумбочки на подаренном станке, который до последнего служил пациентам стационара, обустраивали территорию. Строили подъезды-съезды, пандусы: инвалид на коляске, не то что человек на ногах, — ходить не может.

Кстати, плотник сначала работал в самом здании, потом для него сделали теплый ангар на улице, а его помещение отремонтировали под компьютерный класс. Мэр города Владимир Якубовский подарил несколько компьютеров для обучения инвалидов. Надо сказать, что Владимир Викторович очень часто бывал в Центре, помогал чем мог в его работе, потому что понимал значимость такого учреждения для Иркутска, гордился тем, что сюда приезжают за опытом иностранцы. Конечно, понятно, почему сейчас, когда Центр практически стоит, иркутские колясочники, привыкшие к тому, что они получали лучшую реабилитацию в Европе, вышли к областной администрации и готовы объявить голодовку. Правда, вместо того чтобы добиваться открытия Центра Дикуля, они выдвигают иные лозунги, мечтая, скорее, о призрачном — создании в городе нового государственного реабилитационного учреждения для инвалидов.

— То, что колясочники объединились и заявили о себе, — замечательно, — тем не менее считает Павел Шапошников. — Вместе всегда легче...

Тяжелый аргумент и тишина

...В Центре Дикуля тишина, лишь на вахте скучает дежурный охранник, изредка вздрогнет телефон. Несмотря на внешний покой, в это учреждение и сейчас рвутся тысячи пациентов, но их не принимают. Точнее, принимают по прейскуранту — курс реабилитации стоит 70 тысяч рублей в месяц. Два года как Центр прекратил лечить инвалидов бесплатно — и вряд ли чтобы подзаработать на слабых и больных: в большие коммерческие аппетиты руководства Центра мне верится с трудом. Причина банальна, и о ней уже писала пресса: на это нет денег! С 2010 года учреждение перестало получать финансирование по линии обязательного медицинского страхования. Безусловно, не без оснований.

Как рассказал «Копейке» директор Территориального фонда обязательного медицинского страхования граждан Иркутской области Сергей Шойко, при очередной контрольной проверке расходования государственных денег, выделенных Центру Дикуля, обнаружены серьезные финансовые нарушения — нецелевое использование средств. Недостача, по подсчетам ревизии, — шесть с лишним миллионов рублей!

Аргумент тяжеленный — как в известном фильме тот самый пистолет, который все «улики» перевесит. А если продолжать аналогии в духе знаменитых цитат Глеба Жеглова: наказания без вины не бывает и народные деньги, если их дают, нужно использовать по назначению — кто же спорит... Но попробуйте лечить тяжело больных людей по расценкам нашего уважаемого государства. Помнится, было время, когда средств, которые поступали в медучреждения, хватало только на градусник да зеленку.

— Представляете, сеанс массажа в Москве стоит 1200 рублей. Нашим массажистам платили по 8 рублей 50 копеек — по государственным расценкам, — говорит Наталья Гаврина. — А ведь массаж парализованного, когда перед тобой лежит ватное тело, руки-ноги ничего не чувствуют, — это не то, что для обычного человека. Чтобы дать импульс мышцам, разбудить нервные окончания, специалисты в Центре Дикуля освоили особенный массаж — он включает в себя элементы классического, дренажного, сегментного, точечного. И ведь спасибо им — делали за копейки, и на сторону не уходили — работали.

— Чтобы реабилитировать инвалида, с ним надо активно заниматься в течение всего дня, — объясняет мне Павел Анатольевич. — Утром — гимнастика на тренажерах, массаж, физиопроцедуры, затем — обязательная прогулка на улице, без воздуха нельзя. Вечером — все сначала. Государственных денег хватало только на первую половину дня.

Но Павел Шапошников как-то выкручивался. Ну вот и довыкручивался... И кто теперь вспомнит, что не для себя старался — для других? Да еще и бросят вдогонку «доброжелатели»: Центр-то не государственный, частный, Шапошников — хозяин, капиталист. А наш «капиталист» по-прежнему ищет деньги, чтобы Центр, которому 20 лет, продолжал служить людям. Может, и отчаялся уже, да сильно виду не подает, говорит о современном переоснащении, о новых тренажерах, о клубе, где встречались бы его давние пациенты.

— Хоть и тяжело нам иметь дело с госзаказом — требования большие, но в 2013 году будем стараться опять войти в систему ОМС, — надеется он. — Ищем различные фонды, которые могут взять на себя расходы — чтобы целевыми деньгами рассчитываться за лечение людей, которым необходимо восстановление в нашем Центре. Почему бы с нами на такой основе не работать военным — но у них свое ведомство...

Впрочем, кому сейчас вообще нужны инвалиды? Каким фондам? Скажу больше: средств на реабилитацию обезноженных и обездвиженных наше государство никогда не выделяло. Сергей Шойко в беседе с «Копейкой» подтвердил: по линии ОМС денежные перечисления в Центр Дикуля шли по тем же самым статьям, что и в обычные лечебные учреждения города и области: поликлиники, больницы. Специальные, пусть и уникальные, методики государственному бюджету не по карману. Их существование — дело неравнодушных энтузиастов.

Может коснуться каждого

А Наталья Егоровна продолжает стучаться во все чиновничьи двери, недавно отправила письмо в Заксобрание. Время от времени получает ответы, правда больше они походят на отписки. Предположу, что власть сама не знает, что делать с этой армией инвалидов, которая находилась под заботливым крылом опального ныне Павла Шапошникова и теперь осталась беспризорной, никому не нужной. Оттого и отчаянно заявляют колясочники о себе (кто может, конечно) на митингах у «серого дома» — мы есть и у нас беда. Они знают, что потеряли.

— Нам стали предлагать лечение в медучреждениях по месту жительства, — возмущается Наталья Егоровна. — А какое может быть лечение на месте для парализованного человека — жителя какого-нибудь отдаленного поселка нашей губернии, где в лучшем случае есть только фельдшерский пункт? Районные и городские больницы, их кабинеты не приспособлены не только для специализированной помощи инвалидам-колясочникам. Туда просто заехать на коляске нельзя. А уколы, как нам советуют чиновники, конечно, можно сделать и дома, что мы и делаем, но разве это лечение?

Тысячи инвалидов, остро нуждающихся в комплексной реабилитации — занятии на специальных тренажерах, в массаже, физиопроцедурах, лечебной гимнастике, остались без помощи. А ведь число потенциальных пациентов Центра, к сожалению, только увеличивается — стоит лишь взглянуть на статистику ДТП: почти ежедневно из покореженных авто выносят молодых парней и девушек с перебитыми и расплющенными руками, ногами, позвоночниками, внутренними органами. Если они останутся жить, какое у них будущее? У них нет надежды научиться ходить, стоять, двигаться самостоятельно, хотя бы с ортопедическими приспособлениями, стать полноценными, активными.

Я считаю, закрытие Центра Дикуля — преступление перед больными людьми. Наработанный за 20 лет уникальный положительный опыт вдруг стал невостребованным — это безобразие. Два года Центр, остро необходимый жителям Приангарья, и не только (к нам ехали лечиться совсем издалека, например из Украины), не работает полноценно. Зато ежедневно из средств массовой информации мы узнаем, что очень многое делается для инвалидов, — сокрушается Наталья Егоровна.

К сожалению, наши обращения к власти не приводят к результатам. Губернатор области Дмитрий Федорович Мезенцев ни разу не побывал в Центре Дикуля, не видели там и мэра Виктора Кондрашова. Но куда же исчезли доброта и забота о людях? Наша беда может коснуться каждого. Мы умоляем, просим руководство области — помогите.

***

От редакции:

Не появись 20 лет назад в Иркутске Центр Дикуля, сегодня не было бы и печали: ни у нынешних властей, ни у инвалидов, которые просто не знали бы, что можно жить по-другому. Но Центр Дикуля есть. Пока есть...

Загрузка...