На тот свет и обратно

Врачи «скорой помощи» спасли жизнь иркутянину Валерию Осадчему — мужчина пережил клиническую смерть

Совсем недавно у иркутянина Валерия Осадчего появился второй день рождения, с этого года он будет отмечать его наравне со своим первым. 26 октября, около 11 вечера, в результате обширного инфаркта у мужчины на несколько минут остановилось сердце, он умер. Так и оборвалась бы жизнь Валерия Осадчего в 44 года, если бы не реанимационная бригада «скорой помощи». О том, что заново родился, иркутянин узнал в больнице, куда его доставили. Валерий Демьянович сразу решил найти своих спасителей. Поиски он начал немедленно — после выписки из кардиологического отделения.

Пять минут на другом свете

Беда случилась внезапно. Поздним вечером 26 октября иркутянину Валерию Осадчему вдруг стало плохо: навалились тошнота, головокружение, слабость, стали неметь руки-ноги, по телу пошли судороги, начались мышечные спазмы.

— Вызвали «скорую помощь», — рассказывает Валерий Демьянович. — Она приехала быстро. Я живу на улице Лыткина, городская станция от нас неподалеку. Врачи наставили уколов, но, несмотря на это, облегчения не наступало.

Наоборот, мужчине становилось все хуже: в глазах затроилось, в груди огнем жгло, мышцы тянуло и выворачивало так, что кроме боли он ничего не чувствовал.

— Хотелось только одного — закрыть глаза и за- снуть, — вспоминает иркутянин. — Единственное желание, которое мелькало в голове, — чтобы меня никто не трогал.

Врачи понимали: медлить нельзя, и больному предложили срочно собираться в больницу. Но Валерий Демьянович отказался.

— Я написал отказ от госпитализации, подписал бумагу, — говорит он и объяснил: — Сам идти уже не мог, и мне показалось, что ребята со «скорой», такие молодые пацаны, меня просто до машины не донесут, — видите, я ведь довольно тяжелый, тучный. Да и по большому счету мне было уже все равно. Я лег на диван и потерял сознание. То, что происходило дальше, Валерий Демьянович знает со слов жены Елены Анатольевны.

— У меня стало останавливаться сердце. Положение складывалось крайне тяжелое. Жену попросили выйти из комнаты. Медики начали бороться за мою жизнь, принимать экстренные меры. Сначала мне, умирающему, сделали прямой укол в сердце. А когда не помогло — оно не хотело биться, — запустили «мой мотор» с помощью электоразрядов, как показывают в художественном кино.

Около пяти минут, по словам Валерия Демьяновича, он находился в состоянии клинической смерти. Все это время врачи «скорой помощи», которые могли уехать еще тогда, когда пациент отказался от госпитализации, возвращали его на этот свет. Буквально не отходили от мужчины, постоянно измеряли давление, пульс, внимательно следили за состоянием. Бригаду периодически вызывали на связь с городской станции — ведь шли другие вызовы, но они отвечали, что у них тяжелый случай и они не могут покинуть больного.

— Когда пришел в себя и открыл глаза, то чего-то особенного не почувствовал, мне просто стало гораздо легче, чем раньше, — говорит мужчина. — Я очнулся как будто отдохнувшим. Никакого тоннеля, как обычно описывают минуты ухода из жизни все, кто пережил клиническую смерть, я не увидел. Отключился — и все. А еще говорят, что в такие моменты вся жизнь за секунды перед глазами проносится. Но это, видимо, когда человек долго болеет и знает, что конец неизбежен. А если подобное случается неожиданно, внезапно, ничего почувствовать не успеваешь.

— О том, что пришлось побывать на том свете, я, конечно, ничего не знал, — продолжает Валерий Демьянович. — Мне об этом уже потом в больнице рассказали — что я везучий, в рубашке родился. Если бы не эти молодые ребята, которые меня буквально откачали, мне бы не жить сейчас. Хорошо еще, что они со мной дома остались, там меня отхаживали. По дороге я бы точно умер.

Бригада «скорой помощи» провела с Валерием Осадчим почти три часа — столько понадобилось времени, чтобы мужчина, придя в себя, смог собраться с силами и отправиться в больницу. Он даже до машины дошел сам, в здании самостоятельно добрался до лифта — до кардиологического отделения на втором этаже. Правда, больного бережно, под обе руки, не уставали поддерживать его спасители — люди, которые подарили ему возможность жить дальше. В городской клинической больнице № 1 на Волжской, куда доставили пациента с обширным инфарктом, встретили очень приветливо, хотя было уже около трех часов ночи.

— Несмотря на глубокую ночь, оперативно разместили в реанимацию, поставили капельницу, ввели лекарства, — делится Валерий Демьянович. — Персонал замечательный, лечение прошел прекрасное. Но я сразу решил найти докторов моей бригады «скорой помощи». Мне очень хотелось, чтобы об их благородном поступке узнали начальство, коллеги по работе, близкие. Ведь попади я в руки к другим специалистам, кто знает — хватило бы у них сил, и неизвестно, ходил бы я сейчас по этой земле или нет. А так, считаю, что мне повезло — настоящих людей встретил...

Выписавшись из больницы 16 ноября, Валерий Осадчий не стал откладывать дело в долгий ящик — тут же разыскал телефон городской станции «Скорой помощи», узнал имена врачей, что вернули ему жизнь. Позвонил в Департамент здравоохранения города Иркутска, в приемную начальника Ирины Губановой.

— Не успокоюсь, пока ребятам благодарность не объявят, а лучше — если дадут премию, — уверяет иркутянин. — Звонить буду часто. Хорошо, если про моих героев в газете напишут, а то все говорят о плохих врачах, о том, что они стали бездушными, жестокими, злыми. А их самоотверженную работу видеть перестали...

Спасать — обычное дело

По просьбе Валерия Осадчего «Копейке» удалось разыскать бригаду, которая в тот день, 26 октября, дежурила по городу и выезжала на вызов по улице Лыткина. Караулить доблестных героев пришлось прямо на станции, рядом с дежурной приемной, откуда операторы, принимающие звонки, бодро обещали горожанам: «Ожидайте!» Следом по внутренней связи по всему зданию раздавался голос: «Бригада такая-то, машина такая-то, на выезд!» Полчаса ожидания и... — А-а, припоминаю, был такой случай, — улыбается Дмитрий Яблоков, фельдшер реанимационной бригады. Он только что вернулся с очередного вызова — роженицу в роддом увозили — и собирался пообедать, но неожиданно для себя встретился с представителем прессы.

— Говорите, жив-здоров, уже выписался из больницы? Ну и замечательно! — радуется за Осадчего Дмитрий. — Обычно мы не знаем, что дальше происходит с нашими пациентами — доставим куда следует, и все — следующий вызов. Вообще, подобный случай для нас рядовой: в каждой бригаде в каждой смене с того света вытаскивают человека. И нас — из «скорой», как правило, после этого никто не ищет. Бывает, конечно, приходят — благодарят, но нечасто. В основном считают, что вроде так и должно быть.

Хотя и показалось Валерию Осадчему, что запускали его остановившееся сердце совсем молодые «пацаны», только-только после ординатуры, на самом деле Дмитрий Яблоков — фельдшер опытный, 15 лет в «Скорой помощи». «Станция — дом родной», — признается он. Несмотря на то, что работа тяжелая: по 15 вызовов в сутки — обычная история.

— Кто привыкает к этому бешеному ритму, уже по-другому не может, остается, — объясняет он. — Семья — жена и трое детей — давно знает, что сутки я на дежурстве, меня дома нет. Труд, конечно, нелегкий — не на праздники ведь в людям приезжаем. Но главное — делаем добро...

Сергей Зайцев помоложе — ему 29, но в работе совсем не новичок. На «Скорую помощь» пришел 11 лет назад, жизнь «понюхал» по-настоящему: начинал с санитара, потом работал фельдшером, выучился, окончил медуниверситет — теперь врач-реаниматолог реанимационной бригады.

— А так и надо, — уверен Сергей. — Не наоборот, как часто происходит. Я пришел еще санитаром, помню: сумки за докторами таскал, машины мыл... У доктора, конечно, работа самая ответственная, он в бригаде главный: принимает решения, как помочь больному. А фельдшер — его правая рука.

— Очень важно, кто рядом, — говорит Зайцев. — Когда понимаешь друг друга с полуслова. Особенно необходимо взаимопонимание в экстремальных ситуациях — когда умирает человек.

— Если бы мы не приехали, — признается Сергей Зайцев, вспоминая случай с Валерием Осадчим, — через полчаса он бы скончался... Можно сказать, что мужчине повезло. Мы — реанимационная бригада и к спасению людей должны быть готовы, все тяжелые вызова — наши: те, что связаны с острыми рисками, со срочностью, происшествиями на улицах, в подъездах, на рабочих местах, ДТП на дорогах, — мы выезжаем.

Если человек умирает, уже ни о чем не задумываешься, у тебя в голове наработанный алгоритм, ему и следуешь. Откачали, в больницу живого привезли — и хорошо. А нас уже ждут другие больные.

— Я очнулся как будто отдохнувшим. Никакого тоннеля, как обычно описывают минуты ухода из жизни все, кто пережил клиническую смерть, я не увидел. Отключился — и все.

Загрузка...