Гесс Герман — химик

Ученый, чьим именем назван основной закон термохимии, несколько лет работал врачом в Иркутске; по учебнику, написанному им, учился Дмитрий Менделеев

Окончание. Начало в № 34

Великий химик швейцарского происхождения, всю жизнь проживший в России, Герман Гесс проложил себе путь в мировую науку в том числе благодаря исследованиям, проведенным им в Сибири. Несколько лет лучший выпускник медицинского факультета Дерптского университета по распределению работал в Иркутске, спасал иркутские уезды от редкой глазной эпидемии, выяснил причину порчи добывавшейся в губернии соли, описал Туркинские горячие минеральные источники около Байкала. В 1828 году Гессу присвоили звание адъюнкта Петербургской императорской академии наук и он смог вернуться в Северную столицу, где целиком посвятил себя химии.

Адъюнкт Петербургской академии

Как было записано в академическом уставе 1747 года, «всяк академик иметь должен при себе адъюнкта, который должность имеет помощника академику, а притом стараться должен как академик об адъюнкте, так и адъюнкт сам о себе, чтобы ему со временем заступить академика своего, по отбытии его, место».

Адъюнкты имели право участвовать в собраниях академии и подавать свои голоса. Прослуживший шесть лет «с отличным усердием» адъюнкт имел право требовать перевода в должность экстраординарного академика. Таким образом, адъюнкт примерно соответствовал современному члену-корреспонденту.

Действительно, в августе 1830 года Гесса избрали в академики — «экстраординарные» (до 1912 года это было промежуточное звание между адъюнктом и действительным членом). В этом звании Гесс разработал курс практической и теоретической химии для технологического института, в котором занял кафедру химии. Он преподавал химию в Главном педагогическом институте, горном институте, артиллерийском училище. В мае 1834 года Гесс был избран на высшую академическую должность — стал ординарным академиком. Россию до самой смерти ученый не покидал, разве что однажды коротко путешествовал по Европе. Его главной страстью и делом жизни оставалась химия.

Лучший учебник десятилетий

1831-й стал годом рождения «Оснований чистой химии» Германа Гесса. Книгу назвали самым удачным отечественным учебником по химии своего времени. Он был настолько замечательным, что выдержал семь изданий, последнее — в 1849 году. В каждое издание автор вносил необходимые изменения и дополнения. Именно труд Гесса служил основным учебным пособием для всех высших учебных заведений России в течение нескольких десятилетий, вплоть до 60-х годов XIX века. По этому учебнику обучалось целое поколение отечественных химиков, в том числе Дмитрий Менделеев и Александр Бутлеров. До Гесса учебника химии, который в доступной форме излагал бы предмет и освещал новейшие достижения науки, написать не смогли.

Ученый четко осознавал сложившееся положение вещей: «В России чувствуется более, чем когда-либо, необходимость изучать химию, и на это нужно тем более обратить внимание, что до сих пор не имелось ни одного хотя бы самого посредственного труда на русском языке, посвященного отрасли точных наук».

Это слова из докладной записки Гесса конференции Петербургской академии наук 7 октября 1831 года. Записка была приложена к экземпляру «Оснований чистой химии», только что увидевших свет.

Что же Гессу помогло написать действительно востребованный учебник? «Пусть дьявол пишет учебники по химии, ибо все меняется через короткий срок», — говорил крупнейший европейский химик Йенс Якоб Берцелиус, и он, безусловно, знал, о чем речь. Гесс еще в Иркутске внимательнейшим образом проштудировал многотомный учебник химии Берцелиуса — подлинную энциклопедию химических знаний того времени (уже одно это позволяло считать Германа Ивановича самым эрудированным химиком в России). Биографы Гесса высказывали предположение, что именно монография Берцелиуса пробудила у него честолюбивое желание взяться за свой труд.

Кстати, у Гесса мы находим высказывание, которое следует иметь в виду и нынешним авторам: «Кто у нас берется писать руководства по химии? Лица только читающие, но отнюдь не занимающиеся опытами и исследованиями, люди, которые нашлись бы в затруднении составить самый краткий прибор». В «Основаниях...» — довольном солидном издании более чем в 600 страниц — очень мало химических формул. Правда, те, которые есть, весьма непривычны для современного читателя. Книга написана простым языком, почти не отличающимся от современного, не перегружена терминами и понятна новичку. Несомненная заслуга Гесса — то, что в учебнике он использовал разработанную им русскую химическую номенклатуру. Она была дополнена Дмитрием Менделеевым и во многом сохранилась до настоящего времени.

В 1834 году Гесс издал и первый отечественный школьный учебник химии. Его объем по сравнению с учебником для студентов автор уменьшил почти в два с половиной раза. Однако при жизни Гесса химия так и не стала обязательным учебным предметом в гимназиях.

Уроки химии

Преподавателем Герман Иванович был от Бога, вспоминали современники. Профессор отличался большой способностью заинтересовать слушателя ясным и простым изложением мысли, умелым ведением лекций и практических занятий, говорили о нем. В педагогическом институте он завел лабораторию, а в горном произвел целый переворот в преподавании: ввел систематические часы по химии, на которую в институте почти не обращали внимания, и вскоре добился того, что ее сделали одной из главных дисциплин в расписании. А в артиллерийском училище, пользуясь репутацией лучшего и притом, так сказать, лабораторного химика, Гесс повел занятия почти только практически и уже в 1839 году открыл для этих целей новый офицерский класс.

Помимо всего он, уже будучи ординарным академиком, инспектировал петербургские частные школы и пансионы, преподавал химию цесаревичу Александру Николаевичу. Гесс вообще был неутомим: он принимал участие в снабжении столицы невской водой при помощи водопроводных труб; в 1849 году ездил на юг России для осмотра только что основанных сахарных заводов и все это время, будучи членом многих ученых обществ, не переставал усиленно работать над неразрешенными вопросами химии. Он стал известен как один из основоположников термохимии и автор носящего его имя закона. При этом, чтобы вспомнить то, что Гесс сделал для науки, одной газетной публикации будет недостаточно: например, описал состав бакинской нефти.

Профессор из будущего

Петербургский климат, к которому Гесс так и не привык, погубил его в расцвете сил — он скончался на 49-м году жизни. Его памяти посвящалось много прочувствованных слов. Непременный секретарь Академии наук П.Н.Фус писал в некрологе: «Гесс имел характер прямой и благородный, душу, открытую для возвышеннейших человеческих наклонностей... Будучи слишком восприимчив и скор в суждениях, Гесс легко предавался всему, что казалось ему добрым и благородным... Гесс имел от природы колкий ум и пытливый темперамент...»

У него была дружная семья: супруга Женни Эне и четыре дочери — Лунда, Анна, Аделаида и Эмма. В гостеприимном доме его немногие избранные друзья собирались вечером по вторникам — беседовать о различных ученых предметах.

...Но шли годы, имя ученого окутывалось пеленой забвения. Среди отечественных химиков не нашлось достойных приверженцев термохимии. Фактически у Гесса не было учеников. Да и откуда им было взяться, если русская химия только-только начинала становиться на ноги. Европейское научное сообщество также безразлично отнеслось к наследию Гесса. В конце концов о его законах совсем забыли.

Лишь в 1889 году о Гессе вспомнил Вильгельм Оствальд. Человек исключительной широты интересов, он немало внимания уделял истории науки. Оствальд основал серийный выпуск публикаций «Классики точных наук». Трое российских ученых получили доступ в «Классики»: М.В.Ломоносов, Д.И.Менделеев и Г.И.Гесс. Уже само попадание имени Гесса в этот ряд говорит о многом.

В посвященном Гессу выпуске «Классиков» (1890) воспроизводился текст «Термохимических исследований». Оствальд дал к ним следующий комментарий: «В этой работе, отмеченной гением, мы видим общий план развития современной термохимии; последующие исследования должны осуществить программу, намеченную здесь». Впрочем, не найдя должного признания в России, исследования по термохимии переместились во Францию. Первую термохимическую лабораторию при МГУ организовали только в 1891 году.

В 1948 году было опубликовано двухтомное издание «Люди русской науки». Но среди химиков, которым посвящались статьи, Германа Ивановича Гесса не было. Лишь в середине 1950-х годов его термохимические работы были переведены на русский язык и вышли в свет в академической серии «Классики науки». Так имя Германа Ивановича Гесса все-таки вернули истории отечественной и мировой химии.

Использованы статьи: Гесс Герман Генрих // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона; И.А.Леенсон. «О чем мог прочитать Петрушка в учебнике химии», «К 200-летию Г.И.Гесса. «Характер прямой и благородный...».

Раньше Пастера

Из учебника «Основания чистой химии»: «Многие способы употребляются для сохранения яств, как то: сушение, соление, квашение. Они отчасти не требуют объяснения, отчасти еще не могут быть удовлетворительно объяснены. Я сообщу здесь только один способ, который менее употребляется, нежели сколько он того заслуживает. Если вскипятить молоко, налить его потом в жестянку и запаять ее совершенно, так, чтобы воздух не мог в нее проникать, то через это молоко не сохранится еще от порчи. Но если запаянную жестянку погрузить в кипячую (так у автора. — Ред.) воду и продержать ее в кипятке в продолжение 20 минут, то молоко может сохраниться в ней неопределенное время, 20 и более лет, не подвергаясь ни малейшей порче, лишь бы только наружный воздух не проник в нее. Причина этого явления еще не известна, но факт не подлежит сомнению...

Подобно молоку можно сохранять мясо, овощи и все не очень кислые яства, которые могут быть варены; готовые супы, соусы и пр. сохраняют в полной мере даже весь аромат положенных в них кореньев... Жестянки для лучшего их сбережения окрашивают снаружи масляною краскою, чтобы предохранить их от ржавчины. Когда хотят открыть жестянку, то, чтобы ее не испортить, обводят по краям крышки раскаленным паялом: крышка отстает, и жестянка снова может быть употребляема по-прежнему». Заметим, что Луи Пастер опубликовал основные положения теории брожения, решающую роль в которой он отвел живым организмам, лишь в 1876 году, через 26 лет после смерти Гесса.

Интересно

Наряду с химическими исследованиями Гесс занимался литературной деятельностью. В Петербурге он подружился с Владимиром Федоровичем Одоевским. Вместе они печатались в журнале «Современник». Гесс пытался популяризировать химию как науку в России. В фантастической повести «4338» ученый пророчески описывает электричество, воздушный транспорт, электромагнитный телеграф и атомную энергию.

Метки:
baikalpress_id:  15 274