Имени последнего кавалера

В Ангарске на улице, названной в честь ее легендарного мужа, живет бывшая партизанка Юзефа Косова, женщина с двойным именем и необыкновенной судьбой

Ангарчанка Юзефа Иосифовна Косова из породы тех людей, которые не перестают удивлять даже в преклонном возрасте. Сейчас пенсионерке 88 лет, но у нее до сих пор прекрасная, почти феноменальная память. Юзефа Косова прошла всю войну, входила в состав подполья и партизанского отряда. Ее мужем стал легендарный артиллерист, полный кавалер ордена Славы Анатолий Косов. Теперь его именем названа небольшая улочка в городе нефтехимиков.

В семье, где воспитывалось 18 детей, был обычай давать двойные имена. Людмилой девочку назвал папа, а Юзефой — мама-полька, зафиксировав это в паспорте. Девять детей семьи Енученко стали участниками войны, и все, кроме отца, дожили до Победы.

— Наш папа очень любил детей, — рассказывает Юзефа Иосифовна. — Он родился в 1882 году, прошел революцию, Первую мировую, общался с Владимиром Лениным. А умер он в 44-м, от разрыва сердца. В самом начале войны они с мамой и двумя младшими сыновьями по заданию партии перегнали коров в Удмуртскую ССР. Там же, в деревне Верхней Чуре, он и остался, работал животноводом. О судьбе детей ничего не знал и все разыскивал нас, посылая запросы в Москву. И вот 25 февраля пришло ему письмо с нашими адресами. Сердце его и не выдержало счастья... Жили Енученко в Белоруссии, в городе Полоцке. Людмила-Юзефа окончила школу в 1940-м, устроилась на железную дорогу счетоводом. В воскресенье, 22 июня, население города собиралось на массовые гуляния. На городской площади были запланированы концерты, бойко шла торговля. Вдруг по радио выступил Молотов, объявил о нападении Германии на СССР.

— Уже к вечеру над нами летали самолеты — по 15—20 штук, бомбили окрестности, — вспоминает Юзефа Иосифовна. — Мне было страшно, я не понимала, что происходит. К вечеру половины нашего города уже не стало, а окрестные поля были синими от немецкой формы.

 В первые же дни войны немцы создали три концлагеря — два для военных и один для евреев. Молодежь 1920—1925 годов рождения стали увозить в Германию. Юзефа попала в одну из первых партий.

— Нам повезло: на вокзале мой одноклассник Коля Максимов успел открыть три вагона, в одном из которых была и я, — рассказывает ветеран. — Мы разбежались, а Колю за это расстрелял собственный отец, который вместе со старшим братом пошел в полицаи.

Приказано выжить!

— Знаешь, в первые дни войны работать на немцев уходили семьями. Захватчиков встречали хлебом-солью, самогонкой угощали. Как следствие, началась охота на коммунистов и комсомольцев. Председатель и секретарь сельсовета скрывались в лесу с первых же дней, но потом все равно их выдали и расстреляли прямо возле дома. У секретаря дочь была — моя одноклассница. Над ней так издевались немцы, ужас! От издевательств она и скончалась. И жен их расстреляли.

Вспоминает Юзефа Иосифовна и другую свою одноклассницу, с которой сидела за одной партой, Тамару Хуткову. Она продалась немцам и работала в жандармерии переводчицей, по ее вине в Смоленской и Витебской областях уничтожены сотни людей. Был еще такой Красин, работник железной дороги. Юзефа Иосифовна вспоминает, как по его доносу повели расстреливать женщину с детьми. Дети погибли, а ей пуля попала в щеку — она выжила, после чего сумела добраться до партизанского отряда. В отместку немцы провели массовые растрелы, уничтожив всю деревню — 200 человек.

Людмила-Юзефа вместе со старшей сестрой Анной нашла приют у начальника станции и подпольщика Рудакова, а вскоре стала связной. Уходя на задание, Енученко брала у дочери Рудакова голубенький аусвайс — документ, который выдавали немцы. Ей доверили обеспечивать связь между городской организацией и партизанами, доставлять продукты. Сами питались чем могли — грибами, ягодой, рыбой. Бывало, всего раз в сутки ели. Между явочными квартирами в деревнях Полоцкого района приходилось по 60—70 километров проходить по лесу.

 К осени 1942 года подполье оказалось разгромленным, и 26 октября Юзефа вместе с уцелевшими подпольщиками ушла к партизанам. Ее определили в диверсионную бригаду под командованием Прудникова — в ней было 10 отрядов по 150—180 человек. В задачи отрядов входили подрыв мостов, дорог, мелких гарнизонов врага, а также получение разведданных.

— Я иногда лежу ночами в кровати и думаю: надо же, сумела я выжить! — говорит бывшая партизанка. — Одно ранение было только — в левую ногу. Это когда немцы в феврале 1943 года блокировали наш район, бросив целую армию на уничтожение партизан. Большие бои тогда были. Низко летали самолеты. Иногда казалось, что вода и та горит. Партизаны ушли в соседний район, а в ноябре 1943 года соединились с нашими войсками. Юзефа Иосифовна вспоминает, что с 7-го по 17 ноября партизаны никак не могли перейти линию фронта. С одной стороны немцы, с другой наши «катюши» стреляют. Фашисты на колючую проволоку навешивали банки: как они застучат — открывают огонь. Многие тогда погибли...

— Вызвалась и я, а со мной два парня — два брата. Пошли вдоль реки. Тут я чувствую — с правой стороны тянет русской махоркой. Братья не поверили, а у меня всегда обоняние было хорошее. Оказалось, что с той стороны тоже разведчики шли, чтобы партизан провести. Так в течение ночи все перешли реку и линию фронта.

Легенда о солдате и партизанке

После объединения женщин направили в город Калинин, на военный завод, там Людмила-Юзефа занималась разгрузкой взрывчатки. 4 июля 1944 года дали команду возвращаться на восстановление Полоцка — Белоруссию к тому времени уже освободили. А 13 августа Людмила Енученко познакомилась со старшим сержантом Анатолием Косовым.

— Я снова работала на железной дороге. В тот день возвращалась с работы, увидела возле дома, под березкой, парня. Оказалось, что он лечился от ранения в госпитале и уже ждал отправки на фронт. Попросил постирать его форму. На другой день пришел забирать и говорит моей маме: «А что вы скажете, если я к вашей дочери посватаюсь?» Мама ответила: «Ну что ж, если люба...» И я согласилась. Видишь ли, я до этого в партизанском отряде гадала и мне этот парень под березкой привиделся. И мне Анатолий Васильевич потом рассказывал, что во сне меня видел... На третий день знакомства они поженились. Зарегистрировали брак в местном отделении милиции, которое располагалось в землянке. Штамп о браке Анатолию поставили в красноармейскую книжку, а Людмиле — в трехмесячное удостоверение личности. Вечером того же дня новоявленный муж уехал на фронт. К тому времени Анатолий Косов уже был награжден орденом Боевой Славы III степени. Потом, в ходе сражений под Берлином, получил еще ордена — II и I степени. Это был настоящий воин, за которым закрепилось прозвище Истребитель «Тигров», потому как награды он получил за подрыв немецких танков.

Встретились супруги летом 45-го, через год съездили в Томск и забрали из детдома дочь Анатолия от первого брака — Тамару. Девочке тогда было 9 лет. В том же году у них родилась дочь Галина, через год — Надежда, а в 1954-м — Любовь. В это время они жили в Карелии. Но старшую дочь Тамару после окончания учебы по распределению направили в Ангарск, и супруги Косовы после рождения внучки приехали помогать. Это было в апреле 1964 года.

Вместе с матерью в Ангарске находятся Тамара и младшая дочь Люба. В браке Косовы прожили 57 лет, у них 3 внука, 4 внучки и 7 правнуков. В 2000 году Анатолий Васильевич заболел, а через два года умер. В 2006 году одной из ангарских улиц присвоили имя Косова, и его Люся-Юзефа по-прежнему живет в доме по этой улице, где она провела с мужем последние 30 лет.

Метки:
baikalpress_id:  35 845