Калашников Иван

Иркутянин, придумавший «Автомат» и дослужившийся до высокого чина тайного советника

Мало кому известный факт: первый «Автомат» Калашникова вышел в свет отнюдь не в середине XX века, а более чем на сто лет раньше. Автором его стал тоже Тимофеевич, также рожденный под знаком Скорпиона (в ноябре), но не Михаил, известный во всем мире дважды Герой Социалистического Труда и Герой России, а Иван. Писатель-беллетрист. Уроженец Иркутска...

«Евгений родился на берегах Ангары. Величественная и задумчивая природа окружала его колыбель: грозные, неприступные, дремучие, неизмеримые леса, огромная бесконечная река. Рано лишившись матери, Евгений рос не столько посреди людей, сколько посреди дебрей...» Именно так начинается роман «Автомат», изданный в Санкт-Петербурге в 1841 году. Как полагают некоторые критики, образ главного героя автор произведения в какой-то степени списал с себя. А в уста придуманного персонажа вложил некоторые свои мысли и суждения.

Из «Жизни незнаменитого...»

Иван Тимофеевич — коренной сибиряк. Его прадед и дед происходили из служащих людей, были мелкими чиновниками в губернской канцелярии. Отец будущего писателя в свое время также не избежал соблазна попробовать себя на литературном поприще. «Жизнь незнаменитого Тимофея Петровича Калашникова, простым слогом описанная с 1762 по 1794 год» — так называлось вышедшее из-под его пера произведение. По отзывам критиков, стиль был «ясным и выразительным». По сути это были записки из жизни семьи Калашниковых — с их помощью можно было составить картину тогдашнего быта среднестатистической провинциальной ячейки общества, а также узнать о событиях, свидетелями которых оказался автор.

Из «Жизни незнаменитого...» узнаем, что в 1775 году Тимофей Калашников переезжает из Нерчинска (Забайкальский край) в Верхнеудинск (ныне Улан-Удэ), где он получил должность в местной канцелярии. В 1779 году он покупает дом и женится на местной жительнице Анне Григорьевне. В 1780 году у них появляется дочь Евдокия, а спустя два года еще одна — Авдотья. В 1783 году семья Калашниковых переезжает в Иркутск, где 2 ноября (по новому стилю) 1797 года на свет появился наследник, названный Иваном.

Учеба в гимназии

В 1805 году Иван Калашников стал одним из 30 учеников первой в Сибири гимназии, которая открылась в Иркутске. Надо сказать, что в учебном заведении была отличная библиотека, основу которой составляла коллекция книг, подаренных Екатериной II. В нее входили учебные сочинения русских и зарубежных авторов, в том числе и стоившая по тем временам баснословных денег (2000 рублей) «Энциклопедия» Д’Аламбера и Дидро. В гимназии преподавались разнообразные общеобразовательные предметы, в их числе российская словесность, математика, физика, общая история, естественная история, география, логика, статистика, рисование, французский, немецкий, греческий и латинский языки, танцы. По окончании учебного заведения юноши получали аттестат зрелости и право поступать в университет. В гимназии, в основном, учились дети гражданских и военных чиновников, а также купцов и именитых граждан города.

Иван Калашников блестяще окончил гимназический курс и поступил, по семейной традиции, на службу — подканцеляристом Иркутской казенной экспедиции, где прослужил тринадцать лет. Данная работа помогла будущему писателю познакомиться с жизнью Сибири, нравами и обычаями коренных сибиряков, в особенности с бытом местного чиновничества. В печати дебютировал в 1817 году с краеведческими очерками об Иркутской губернии. Одна из первых опубликованных его статей называлась «Тельминская фабрика».

Поручение от Сперанского

Судьбоносным для Калашникова стало знакомство с Петром Словцовым, назначенным инспектором сибирских училищ. Известный ученый, автор «Исторического обозрения Сибири», заметил и приблизил к себе талантливого молодого чиновника. Иван Тимофеевич очень уважал и любил своего учителя. Впоследствии он посвятит ему целую главу в своих «Записках иркутского жителя». Вот некоторые выдержки из нее: «Словцов был из тех сильных духом людей, которые своим личным достоинством исторгают невольное уважение. В самом изгнании, оставаясь без связей, без состояния, Словцов стоял выше окружающей его среды. Все, что было мыслящего в Сибири, искало, как почета, его знакомства... Ничего низкого не закрадывалось в его сердце, никогда лесть и ласкательство не касались его языка. Он ни в ком никогда не заискивал и никогда никого ни о чем не просил. Судьбу свою он совершенно предоставил воле провидения...»

В 1819 году Словцова позвал в свою команду выдающийся государственный деятель, в ту пору генерал-губернатор Сибири, Михаил Михайлович Сперанский — когда-то они вместе учились в Александро-Невской семинарии в Петербурге. Петр Андреевич воспользовался случаем и продвинул по службе своего протеже. Калашникова повысили в чине и дали особое поручение. Оно заключалось «...в историческом и статистическом описании поселений Иркутской губернии». Впоследствии Иван Тимофеевич вспоминал: «Когда я представил свой труд, Сперанский, со свойственной ему приветливостью, обласкал меня, благодарил, приглашал вступить в число чиновников его канцелярии, дал мне высшее место и впоследствии испросил мне высочайшую награду. Мои тогда обстоятельства не позволили мне воспользоваться его лестным предложением — служить под непосредственным его начальством...»

Калашников высоко оценивал деятельность Михаила Сперанского в крае. «В течение менее полутора лет пребывания в Сибири, — писал он потом в своих «Записках», — окончив разыскания по многосложным, многолетним и бесчисленным преступлениям по всем сибирским губерниям и написав также многосложные и огромные проекты (в том числе «Учреждение об управлении сибирскими губерниями», «Устав об управлении инородцами», «Уставы о ссыльных, о городовых казаках, о земских повинностях» и другие) для будущего устройства Сибирского края, Сперанский совершил истинное чудо, только одному гению доступное. Все обнял быстро и верно своим гениальным взглядом, всему дал жизнь и движение, везде положил твердые и верные начала, и когда же! — посреди беспрестанных переездов, так сказать, на лету, почти без всякой помощи!.. С приездом Сперанского жизнь в городе преобразилась. Создано дворянское собрание, в котором даются столь непривычные для иркутян балы, где молодые офицеры из свиты генерал-губернатора учат местных барышень новейшим модным танцам, никак не похожим на местные «восьмерки»...

По карьерной лестнице

В 1821 году Сперанского отзывают в Петербург, покидает Иркутск и Словцов, которого переводят в Тобольск. Чуть позже вслед за своим благодетелем отправляется Иван Калашников. Его назначают советником Тобольского губернского правления и награждают за усердную службу именными часами. А спустя год сибиряка переводят в Петербург на высокую должность столоначальника в Министерстве внутренних дел. Далее карьера Ивана Тимофеевича росла как на дрожжах. В 1827 году он — начальник I-го отделения в департаменте уделов, еще через три года — правитель канцелярии медицинского департамента. В отставку, в 1859 году, он уйдет в чине тайного советника. Для потомка мелкого чиновника из Сибири взлет просто невероятный...

Продолжение следует.

В «Табели о рангах», законе о порядке государственной службы в Российской империи, тайный советник — это статский чин 3-го класса (всего их было 14, самый высокий 1-й), соответствующий военным чинам генерал-лейтенанта и вице-адмирала. Лица, его имевшие, занимали высшие государственные должности. Например, министр или товарищ министра, руководитель крупного департамента, сенатор, академики Императорской академии наук, изредка он присваивался некоторым губернаторам, долго управляющим своей губернией, — в знак признания особых заслуг перед переводом с повышением в столицу.

Метки:
baikalpress_id:  14 044