Геласимов Андрей — писатель

Наш земляк сочиняет национальные бестселлеры. В 2009 году его роман «Степные боги» получил престижную литературную премию

Андрей Геласимов родился в Иркутске в 1966-м. Папа был военным, и семья переезжала. Высшее образование — филологическое — получил в Якутске, в ЯГУ, знает языки, переводит. По другим данным, окончил Иркутский иняз. Отправился в Москву, поступил в ГИТИС — на режиссуру. Стажировался в Великобритании, в Халльском университете, защитил кандидатскую диссертацию, жил в США. Первая повесть — «Фокс Малдер похож на свинью» (кстати сказать, о первой любви) — вышла в свет в 2001 году. А в 2009-м Геласимов — лауреат премии «Национальный бестселлер», за роман «Степные боги». Писатель, чьи книги сейчас экранизируют, потому как они очень кинематографичны, рассказывая о себе, часто вспоминает Иркутск, свое детство, школу, учительницу по литературе. Город из его нового романа «Дом на Озерной» похож на Иркутск, а герои (люди из российской глубинки) — на иркутян. В этом Геласимов признается сам.

О фамилии

— Конечно, ее часто коверкали. Эта фамилия староверческая, казацкая, ее много в Забайкалье. До раскола в православной церкви встречалось много иноков с именем Геласим -— от имен двух римских пап: Геласим I и Геласим II. Но после раскола все эти люди ушли в скиты, в самосожжение, стали бродячим людом, прибились к казакам, фамилия исчезла из имперского центра. Я находил ее в Донском казачьем войске, среди терского казачества. Так что фамилия распространенная, но оказалась под спудом. Что касается коверканий — я всегда хохочу, когда говорят Герасимов.

О детстве

— В свое время я пытался поступить в военно-морское училище. Не прошел по здоровью. У меня отец много лет на подводной лодке прослужил, капитан 2-го ранга. Я тоже хотел быть морским офицером — не получилось. Я много в детстве слышал всяких историй, которые происходили в Совгавани. Совгавань — небольшой город под Владивостоком, где стоит наш флот, в том числе база подводных лодок.

— Я много читал в детстве: Жюля Верна, любил Кира Булычева, вообще фантастику и приключения. Как и любой нормальный мальчишка. Детей не нужно заставлять читать классику. Я к своим детям относился лояльно. Мой старший сын прочитал Достоевского раньше, чем я в возрастном отношении. Он на него сильно подсел лет в семнадцать. Я сердцем услышал ритм Достоевского только лет в 26 и тогда понял. Надо было какой-то опыт страдания пережить, чтобы понять, какие ужасы описывает Федор Михайлович.

Об Иркутске

— В «Доме на Озерной» — собирательный образ сибирских городов, в одном из них я родился, в Иркутске. Но это не только Иркутск. Скорее западно-сибирский город — может быть, в районе Красноярска. Мне не хотелось конкретизировать. Тогда мне бы пришлось сделать подетальное исследование этого места. Надо было бы ехать туда.

О премии «Нацбест»

— Я не знаю, почему ее получил. Жюри было очень разношерстным, они были не ангажированы литературой, не успели сговориться и выбрали книгу, которая им честно понравилась. Я даже не хотел ехать в Питер — был уверен, что не дадут премии, поскольку я давно далек от литературных процессов, не курю с генералами литературы. Я поехал, потому что организаторы мне сказали, что если я выиграю и не приеду, то не получу приз. Мне стало жалко этих небольших денег.

О популярности и конкуренции

— Мне кажется, вообще, не существует литературы для избранных. Есть книги, написанные хорошо и плохо. Этим и стремлюсь заниматься. Ни Пелевин, ни Сорокин не стремятся к популярности. Они не делают медийных ходов. Они не дают интервью, не привлекают внимания общественными акциями. Они заняты написанием текстов. Очень правильно делают. Да и вообще, писателю вести себя как медийное лицо — поставить на себе крест как на художнике.

Вопрос о конкуренции в современной литературе по своей сути не должен задаваться писателю. Литература не похожа на спорт. Премии не определяют современную литературу.

Про сюжеты

— Про современность писать очень сложно, многих писателей сносит в историю, утаскивает. История героическая, мифологическая, там есть яркие персонажи. Или писать фантастику. В современности нельзя воображать. Хотелось бы, чтобы о ней писали больше. Не так легко в этом найти поэзию, а если художник не нашел поэтического шага, после которого взлетит, он писать не сможет, это будет скучно.

Про войну и «Степные боги»

— Это была война моего деда. Мне нужно было найти материал, с которым я имел бы тесный контакт. Каждый пишет как он дышит — этой военной темой я дышал. Как любой мальчишка, воспитанный в 1970-е. Мне снились сны про войну — я воевал с немцами. Время подошло об этом сказать, мне нужно было это выписать — для себя.

Мальчики по-особому воспринимают военную историю и медали. И то, что во многих семьях есть деды, которые воевали, — это нас объединяет. Нас многое разъединяет, а это — объединяет.

Помню не только Великую Отечественную. Я живу в Томилинском лесопарке, рядом со мной есть Николо-Угрешский монастырь. Я туда вдоль Москвы-реки езжу на велосипеде. И местный монах мне показывал: вот здесь собирались русские воины перед Куликовским сражением. Здесь. У меня мурашки по коже бегут. Я помню! Для меня это место крайне важно. Я туда приезжаю, и сыну говорю: здесь собирались.

Мне все равно, другие помнят или нет, — я до сих пор воспринимаю гибель русской эскадры в Цусимском сражении как личную трагедию. Это моя личная драма, когда весь флот погиб за два-три часа боя. Мне не важно, отмечают люди или не отмечают, — я отмечаю, внутри себя. Я думаю о них.

О русском народе и о Западе

— Было ощущение в 1990-е, что мы фрики. Я же иняз окончил — у меня в этом смысле сдвинутое сознание, очень много английской культуры и американской литературы. Все время происходило сопоставление: в стране коррупция, развал... Меня это парило конкретно. Сейчас все нормально. Мы просто другие.

Мы не европейцы. Блок правильно написал: «Мильоны — вас. Нас — тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте сразитесь с нами!» Эта фраза многое открывает. Я, когда писал «Степных богов», понял одну штуку: я принадлежу к народу, который очень трудно или вообще нельзя победить. И мне от этого на сердце хорошо.

Учусь у Фолкнера. Как он описывает юг США, деревенскую жизнь: вот они самогон гонят из кукурузы, вот воруют, вот контрабанда, вот кого-то зарезали. Все это с такой любовью к почве, soil, такая сила. И это очень правильное отношение к своей земле, своему народу. Он, кажется, в нобелевской речи сказал: писателю достаточно почвы размером с почтовую марку, просто на ней надо прочно стоять.

О будущем России

— Я крепко верующий человек. Все, что случается, случается по воле Господа. Значит, так было надо. Так говорили самураи: если надо умереть — значит, так надо. Это входит в общую концепцию мира. Господь так решил, значит, это надо принять. Все, что происходит в России сейчас — коррупция, национальные и государственные проблемы, возрождение имперского сознания, — я все принимаю. И позитивное, и негативное. Это как любовь: человек, которого вы любите, может вам изменить. Это входит в общий game play.

Он написал:

«Нежный возраст» (1995), «Фокс Малдер похож на свинью» (2001), «Жажда» (2002), «Год обмана» (2003), «Рахиль» (2003), «Степные боги» (2008), «Дом на Озерной» (2009).

Он получил:

Премию имени Аполлона Григорьева (2003), премию журнала «Октябрь» (2003), премию «Студенческий Букер» (2004), Prix de la Decouverte au Salon du livre de Paris (2005), «Национальный бестселлер» (2009).

Снимается кино

Закончены съемки фильма по роману Геласимова «Год обмана», в главных ролях — Алексей Чадов и Екатерина Вилкова, режиссер Александр Котт («Конвой PQ-17», «Герой нашего времени»). Написан сценарий по повести «Жажда».

Вышел на экраны фильм «Дом на Озерной» под подзаголовком «Антикризисная комедия», со звездным актерским составом: Василий Лановой, Ирина Купченко, Никита Высоцкий, Наталья Гудкова, Елена Панова, Илья Носков, Лев Прыгунов и другие.

О чем «Степные боги»

Действие книги происходит в забайкальской деревне Разгуляевке летом 1945 года — между победой над немцами и началом боевых действий против Японии. Главные герои — десятилетний Петька Жуков и пожилой врач-японец Хиротаро, добровольно оставшийся в русском плену, чтобы оказывать медицинскую помощь своим соотечественникам, работающим на шахте рядом с деревней.

Метки:
baikalpress_id:  13 821