Чужое преступление

Мать иркутянина считает, что ее сын Алексей, приговоренный к 23 годам за изнасилование и убийство четырехлетней девочки, невиновен

Иркутянин Алексей Р. прилетел в Петропавловск-Камчатский к отцу. Там окончил училище по профессии «автомеханик», устроился на работу в магазин водителем, познакомился с девушкой. И все было бы хорошо, если бы не этот самый особый случай: в мае 2007 года столицу Камчатки потрясло известие о том, что недалеко от угнанной накануне машины «Ниссан» обнаружен труп четырехлетней девочки. Она была изнасилована.

Не в то время, не в том месте

26 мая 2007 года 31-летний житель Петропавловска-Камчатского Виктор Ерохин со своим безработным приятелем 35-летним Владимиром Барсуковым почти весь день выпивали. Это не мешало Ерохину несколько раз выезжать в магазин за добавкой на своей машине. А когда надоело гонять туда-сюда, застолье продолжили в авто — так удобнее.

В один из очередных рейсов за алкоголем, когда Барсуков вышел за вином, Ерохин разговорился с Алексеем Р. — тот в это время у магазина пил пиво с девушками. Завязался спор о характеристиках «Ниссана». Когда вернулся Барсуков, Ерохин предложил Алексею показать, на что способен его автомобиль и парень не отказался. Поездка продолжалась не более пяти минут — Алексея вернули обратно к магазину.

Этот первый и последний раз, когда иркутянин видел Ерохина и садился в саллон «Ниссана», где позднее произошло страшное преступление. Этот случай стал для Алексея роковым. Его отпечаток, найденный следователями на внешней стороне автомобиля, стал основным доказательством обвинения. Причем множество других отпечатков внутри машины так и остались не идентифицированными...

Около 21.00, добросив Барсукова домой, пьяный Ерохин поехал в пекарню: там в ночную смену работала его бывшая супруга Наталья Карпова. Надо было забрать у нее и отвезти домой их общую дочь Ксению.

Никогда не разговаривайте с незнакомцами

В своих показаниях Ерохин признался, что дальнейших событий не помнит, поскольку из-за большого количества выпитого «был на грани сознания». Последовательность происходящего пришлось восстанавливать сотрудникам 5-го научно-исследовательского центра ВНИИ МВД России с помощью спецметодов активации памяти.

В материалах уголовного дела события описываются так: «Около трех часов ночи Ерохин с дочерью, уже спящей на сидении, едет по одной из улиц города. На обочине голосует мужчина. Ерохин останавливает машину. Неизвестный опирается левой рукой на крышу автомобиля, правая рука в кармане. Он одет в спортивный костюм темного цвета, кроссовки темного цвета.

Неизвестный: Привет!

Виктор: Здорово!

Неизвестный: Далеко едешь?

Виктор: За пивом.

Неизвестный: До 9-го подвезешь?

Виктор: Садись! (неизвестный садится в машину, в это время Ерохин перематывает кассету на песню «Белая роза» группы «Кабриолет»), не на себе везти! (пауза) Хочу нажраться сегодня!

Неизвестный: Я сегодня тоже отрываюсь — пришел с морей! (Виктор предлагает вино, отпивает сам, передает бутылку неизвестному. Неизвестный берет бутылку, отпивает, передает Ерохину, который снова отпивает и ставит бутылку в консоль.)

Виктор: Давай вместе пивка попьем, я забашляю.

Неизвестный: У меня тоже деньги есть. (Неизвестный смотрит на девочку). Твоя?

Виктор: Да, моя любимая дочь.

Машина ударяется днищем, Виктор матерится, автомобиль останавливается чуть дальше пивного ларька. Ерохин ищет мелкие купюры в портмоне, находит их, выходит из «Ниссана», закрывает дверь, на ходу кладет деньги во внутренний карман, подходит к ларьку».

В этот момент неизвестный перелазит на место водителя и угоняет машину вместе с ребенком. Ерохин пытается догнать автомобиль, просит помощи у стоявшего тут же таксиста, но тот отказывает. В ходе следствия свой отказ таксист объяснил тем, что мужчина был сильно пьян и вел себя неадекватно.

После этого Ерохин вернулся домой и ...лег спать. Наутро, проснувшись, Виктор отправился к Барсукову, чтобы сообщить о случившемся ночью. И только около 11.00 обратился в милицию. Примерно через три часа сотрудники нашли машину Ерохина. Она была брошена в грязи в районе лесополосы у озера Медвежье. В салоне разбросанная одежда Ксении. Сама четырехлетняя девочка, изнасилованная и задушенная, — в полукилометре от машины.

Раскрыть во что бы то ни стало!

Все силы местной милиции были брошены на поиск преступника. В течение 365 дней усилия оперативников не приводили к результату. Руководство ГУВД, прокуратура края и общественность били в набат — требовали невозможного. Что оставалось делать молодым и энергичным следователям, чтобы не пострадала их служебная репутация? Проще всего — задержать кого-нибудь и выбить из него признательные показания. Сказано — сделано. 30 мая 2008 года Алексея задержали прямо на рабочем месте. всего через пять часов на столе у прокурора края лежала явка с повинной.

Много ли моральных и физических издевательств нужно применить взрослым опытным сотрудникам милиции к 23-летнему парню, чтобы он согласился подписать что угодно? Иркутянин и во время следствия, и на суде заявлял, что после задержания его вывезли в лес, где в течение пяти часов привязывали к дереву, били, надевали на голову полиэтиленовый мешок — заставляли взять на себя чужую вину. Он прекрасно запомнил тех, кто это делал. Но суд не обратил внимания на заявление.

Алексея взяли лишь по единственному отпечатку ладони — на правой двери машины с наружной стороны. Но зачем было ждать целый год, чтобы арестовать преступника, если его отпечатки пальцев были в базе данных правоохранительных органов?

Без вины виноватый?

Дальнейший ход следствия не стал чем-то неожиданным: преступника уже взяли. Во время работы со свидетелями их допросы подгонялись под уже известный сценарий, под самостоятельно вынесенный милицией и прокуратурой без суда приговор: виновен.

Даже Ерохин и Барсуков после задержания Алексея стали менять первоначальные показания. Естественно, не в пользу задержанного. Суд во главе с судьей Камчатского краевого суда В.И.Гольцовым можно назвать всего лишь формальностью. Из большого объема материалов уголовного дела — экспертиз, свидетельских показаний — судья выбирал только те, что могли хотя бы косвенно свидетельствовать только против Алексея.

Суд или спектакль?

Прямых улик не было. Даже словесное описание внешности того, кто угнал машину с ребенком, и его фоторобот, составленный со слов Ерохина, когда к нему применялся метод активации памяти, и внешность Алексея — два разных человека.

Из материала справки-меморандума: «Установлено, что человек, которого Ерохин подсаживал к себе в автомобиль возле павильона до полуночи и тот неизвестный, угнавший впоследствии автомашину у Ерохина, — не одно и то же лицо» (т.5. л.д.93)

Во время следственных экспериментов Алексей путался в описании деталей и своих действий над девочкой в ту роковую ночь. Не потому что забыл. А скорее всего потому, что просто не мог знать, как совершалось страшное преступление на самом деле. Поэтому следователи прямо там же подсказывали ему, что и как говорить.

Позже, изучив приговор, кассационную жалобу и некоторые другие обстоятельства, специалисты московского Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях в г. Москве сделали свое заключение о невиновности Алексея. Генеральный директор центра, известный психиатр-криминалист, доктор медицинских наук, профессор психиатрии Михаил Виноградов заявил, что специалисты центра готовы подтвердить свои выводы о его невиновности в любых инстанциях и СМИ.

Точка

Суд приговорил иркутянина к 23 годам строгого режима по трем статьям уголовного кодекса: за угон автомобиля, изнасилование несовершеннолетней и убийство. Адвокат Алексея в кассационной жалобе подробно изложил нестыковки следствия, противоречия в выводах, все нарушения уголовно-процессуального законодательства, доводы в пользу предвзятости суда и прочее. Документ занял 13 страниц. Верховный суд РФ рассматривал его в течение ...трех минут. И оставил приговор без изменений.

Родные и близкие Алексея, которые уверены в его невиновности, уже более года пытаются развернуть существующую систему правосудия в сторону того, чтобы она признала незаконность вынесенного приговора. Они уверены: убийца до сих пор на свободе. И может совершить еще не одно преступление — поэтому никто не может быть спокойным за своих малышей.

Светлана, мать Алексея: — Страшно становится, когда таким образом решается судьба и жизнь человека. Когда мы будем жить в правовом государстве? Когда судьи будут нести ответственность за правомочность своих решений? Пытки в СИЗО — это реальность, и не многие их выдерживают. Суды — формальность, все боятся за свое кресло и карьеру. Любой человек может оказаться за решеткой, и никто от этого не застрахован. Показания, экспертизы фабрикуются и подгоняются под обстоятельства уголовного дела. Ведь главное — это показатели раскрываемости преступлений и стабильность обвинительных приговоров, а не истина. Моего сына осудили за чужое преступление.

Светлана приводит и два других довода, которые, правда, во время процесса не могли быть приняты во внимание, но довольно ясно характеризуют иркутянина.

Первый. Люди, которых тюрьма, слава Богу, обходит стороной, по рассказам знакомых, из печати и телевидения знают, что обычно случается с теми, кто обвиняется в насилии. Особенно в насилии и убийстве маленьких девочек. Такие отморозки не всегда выживают внутри тюремных стен и отношение к ним хоть и негуманное, но с обывательской точки зрения, справедливое. Сокамерники Алексея, отбывающие не один десяток лет и повидавшие за свою жизнь других преступников больше, чем любой законопослушный гражданин, убеждены: Рыкова подставили. И второй. В невиновности Алексея уверена и мама Ксении, Наталья. После вынесения приговора, она подошла к осужденному, задала всего один вопрос: «За что?». Алексей ответил коротко: «Вашу дочь я никогда в глаза не видел». Этого хватило, чтобы женщина усомнилась в справедливости вердикта. Чуть позже она рассказала Светлане, что если бы знала, как ее требования о скорейшем поиске убийцы отразятся на судьбе парня, она вела бы себя иначе. Более того, у Натальи и Светланы Фаустовой сложились доверительные отношения. Сейчас они продолжают общаться.

Точка?

Светлана Фаустова надеется обратить внимание общественности и добиться пересмотра дела. Алексей бороться уже не может. Он серьезно болен и сдает на глазах. Отсидеть положенный срок ему вряд ли удастся. Тем не менее суд состоялся. Виновный найден. Вопрос в другом: осужденный и убийца — это одно и то же лицо?

При подготовке использовались материалы уголовного дела, заключения экспертов, кассационная жалоба.

Метки:
Загрузка...