Хлеб со вкусом любви

На одном из дружеских застолий познакомилась я недавно с молодой парой. Ребята оказались милые, душевные, с юморком: встретились мы чуть ли не случайно, а как будто тысячу лет их знала. Семья Алены и Алексея Михайловых кормит Иркутск хлебом. Благодаря их сильным и умным рукам появляются на свет булки, караваи, батоны — те, что иркутяне каждый день расхватывают с прилавков магазинов большого города. Профессия хлебопека сама по себе вызывает уважение, и очень жаль, что по нынешним временам слишком редко мы вспоминаем о людях, стоящих у жаркой печи — и днем, и ночью, между прочим, ведь хлеб выпекают круглосуточно. Поэтому в гости к Михайловым я напросилась незамедлительно.

В большом городе

Принимали меня радушно — с чаем, печеньем, конфетами. Алексей вошел с чашками и сладостями на подносе, красиво сервировал столик, галантно подал молоко и сахар. Легко завязалась беседа.

В небольшой светлой комнатке малосемейного общежития, что в Ново-Ленино, — уютная обстановка. Стенка, телевизор, большое зеркало в деревянной оправе — его Леша сделал сам, для Алены; на окне — гардины с тюлем, на полу — палас. В углу в клетке шуршит Муся — белая крыса, местная обитательница, которую ненадолго заперли по случаю моего визита.

— Тесновато, конечно, — вздыхает Алена. — Но пока мы вдвоем — нам хватает. С Лешей, — с улыбкой добавляет девушка, — мне везде хорошо.

Ребята вспоминают времена, когда в комнате стояла всего одна табуретка (на ней ели) и диван (на нем спали) — больше ничего. Это было, когда Леша привел сюда хозяйкой Алену. Пять лет уже прошло, а Михайловы до сих пор как молодожены. Они, можно сказать, и не расстаются совсем: и работают вместе, в одном цехе, в одну смену, и отдыхают вместе — уезжают к Алениным родителям, в деревню Буреть Боханского района, в красивейшее место на самом берегу Ангары.

— Я родилась и выросла в Бурети, — рассказывает Алена. — В 2000 году поехала в Иркутск — учиться на бухгалтера. Мама у меня бухгалтер, всю жизнь в нашем заготзерне проработала, вот дочь и отправила. А я возразить не могла, но уже тогда не хотела — с бумагами возиться не по мне. Хотя техникум окончила хорошо и могла бы устроиться по специальности.

Оставшись в городе, Алена, душой по-прежнему деревенская, к Иркутску никак не привыкнет.

— Она в трех соснах, здесь, рядом с домом, обязательно заблудится, — смеется Алексей. — Ей GPS-навигатор нужен.

— Недавно вышла, во дворах у нас сберкасса есть, — продолжает Алена, — поставила холодец варить, думаю: быстро туда-сюда сбегаю. Обратно возвращаюсь — общежитие не вижу. Очутилась на конечной остановке Ново-Ленино: как туда дотопала — не знаю. Первое время в Иркутске вообще маленькими шажками из двора во двор с подружками гуляли — чтобы не потеряться. Зато мне с Лешей повезло, он город хорошо знает.

А как же ему не знать? Алексей ведь коренной иркутянин. Вырос в Верхней Лисихе. После школы поступил в кулинарный техникум.

— Моя мама нарадоваться не могла, — улыбается парень, — я в школе-то троечником был, а там учился на одни пятерки.

Исключая армию (а служил Алексей пограничником в Тыве), своей поварской профессии он не изменял. Делал салаты и варил супы, стряпал пельмени, позы и чебуреки, рубил мясные туши, крутил фарш и жарил котлеты... Работа в различных точках общепита, столовых, барах и кафе, научила многому. К слову сказать, в одной из шашлычных, где Алексей оказался однажды, повар-армянин поделился с понравившимся ему пареньком своим фирменным рецептом. Теперь многочисленная и дружная родня Алены только Леше доверяет приготовление шашлыка.

— Во всяком случае, — говорит молодая жена, — тарелки становятся пустыми очень быстро.

Познакомила печь...

В 2000 году Алексей Михайлов по совету знакомой заглянул в отдел кадров Иркутского хлебозавода — и вот уже скоро отметит круглый юбилей: 10 лет, как печет хлеб. Почти семь из них он простоял у раскаленной заводской печи, сейчас трудится тестомесом.

В прямом смысле с Алексея к иркутянам начинает дорогу самый важный на сибирском столе продукт. Какие булки и батоны — вкусные да румяные, а не кислые да рыхлые — достанутся горожанам, зависит от Алексея. Как замесит тесто, всего ли добавит, правильно ли собьет, вовремя ли остановит — мелочей в его деле нет.

Несмотря на романтику, работа хлебопека трудная: мало того, что все время дышишь горячим воздухом и прожариваешься так, что южное солнце потом кажется безобидной лучиной. Так еще и физические нагрузки немалые: за смену (с восьми до восьми) тестомесу приходится полторы-две тонны муки, просеивая, пересыпать. Одних батонов — разных «крепышей» да французских багетов — нужно до двух с половиной тысяч выпустить с конвейера. А сколько буханок хлеба всяких сортов! Впрочем, пока молодой, все нипочем, делится Алексей. Тем более рядом жена — красавица и активистка. Она кондитер (разделывает и формует тесто) и в коллективе бригадир, кстати.

— Я начинала в вафельном цехе укладчицей, — продолжает Алена. — Но мне все сильно интересно было. Сбегаю, посмотрю, как печки работают, на намазке, на упаковке постою — тоже любопытно. Потом — раз, человек уходит в отпуск, ставить некого. И меня на подмену. За 10 месяцев я всех так в отпуск поотправляла — потихонечку все операции освоила, но своего места у меня не было.

А в булочно-кондитерском цехе установили новые линии — роторные, и меня пригласили на место пекаря, я согласилась. Тут уже у нас с Лешей пошла здоровая конкуренция: он на старой печи, я — на новой. И ругались мы с ним, и плакала я из-за него. Тару не могли поделить: Леша все листы заберет, а мне тоже надо — обидно, я-то не могу как он.

— Поэтому приходилось мне за тарой бегать постоянно, — вспоминает Алексей. — И Алене, и себе прикачу.

— Между собой мы, конечно, поскандалить могли, а так чуть что — заступались друг за друга, — улыбается девушка. — Леша мне тогда уже очень нравился, и как-то он проводил меня до остановки...

Потом был романтический ужин при свечах, который приготовил Леша. Два года назад ребята поженились. Свадьбу отмечали тихо, по-семейному — в Бурети.

На деревню!

Алена скучает по родным местам. Чуть свободная минута — они с Лешей скорее туда. В Бурети у родителей, у бабушки с дедушкой большое хозяйство, надо помогать. А к физическому труду Михайловы с детства приучены.

— В деревне же как? Работа не кончается: в одном углу делаешь — в другом зарастает.

Помимо огорода Алена и корову доит, и стайки убирает, и лопатой машет: на селе женскому полу достается. Потому девушка она крепкая, сильная и ловкая — все умеет.

— Если честно, Леша у меня отнял мужскую часть работы, которую я раньше делала в деревне, — смеется Алена. — Я теперь с тряпкой в основном. На огороде само собой: летом с шести часов утра до полдесятого поработаешь и вечером леечку в руки — пошел грядки поливать...

У меня был период, когда я просила Лешу: давай в деревню жить уедем — свежий воздух, природа прелесть! Сапоги наденешь, от мамы до бабы с дедом близко, хоть не снимай. Люди у нас хорошие, жизнь их не озлобила, кто умеет и хочет работать — не бедствуют. А какой у нас хлеб пекут!

* * *

Крестьянские корни помогают в городской жизни, твердо держат на ногах. Заводской конвейер, где рождается пышущий жаром хлеб, можно сравнить с горячей сельской страдой — расслабиться некогда. Выдержит только тот, кто рук и сердца своего не жалеет — иначе доброй булки не получится. А вдруг тяжесть навалится — встает у Алены перед глазами родная деревня: красивейшее место, самый берег Ангары...

Рецепт от Алексея

Шашлык в красном перце

Рецепт очень простой: свиное мясо солишь и перчишь красным сладким перцем (сыпьте побольше — ничего страшного, но без фанатизма, конечно). И много-много лука. Перемешали, и пусть мясо постоит часа два-три. Затем на шампуры. Перец обгорает, остринка есть, но она придает пикантный вкус и не мешает.

Загрузка...