Афганистан: воспоминания шурави

Совсем недавно мы отметили 20-летие вывода советских войск из Афганистана. 15 февраля 1989 года красные дивизии покинули многострадальную мятежную страну. Более 15 тысяч солдат, погибших и пропавших без вести, — цена бесславной авантюры, развязанной недалекими политиками... Вот уже много лет на афганской земле идет война. А ведь были времена, когда страна не воевала, а строила. Помогали дружественному народу советские специалисты — геологи, строители, инженеры. Иркутянин Анатолий Демин четыре года проработал в Афганистане, прошагал сотни километров от Кабула до Кандагара — искал золото, бокситы, руды, открывал новые месторождения. В 1970-м, когда Анатолий Николаевич уезжал обратно в Советский Союз, ничто не предвещало, что его труды, как и славные дела многих его коллег, пойдут прахом.

Первая экспедиция

Когда Анатолий Демин выбирал профессию, геологи были нужны стране как воздух. В то время по наказу правительства и Министерство геологии СССР геологические маршруты на территории Советского Союза работали на расстоянии до двух километров друг от друга.

В свою первую экспедицию выпускник Иркутского госуниверситета Анатолий Демин ушел по родным местам. Юг Байкала, Култукская партия, самый физически тяжелый в его жизни маршрут. Вспоминая, геолог сейчас признается: «Нигде потом мне не приходилось так трудно, как на Хамар-Дабане». Отдышался — и снова в дорогу: через два года Присаянье, затем на север Иркутской области — Северо-Байкальское нагорье, 120 км к юго-востоку от Киренска. Анатолий отвечал за успех всей Чечуйской партии — был ее начальником.

— Где мы работали — ни жилья, ничего, одни горы да лес, — рассказывает Анатолий Николаевич. — Строили базу. Из транспорта только олени, на лошадях не пройти. В 1962 году впервые применили вертолеты — это было очень удобно.

Лишения изыскатели терпели не зря — полезные ископаемые они обнаружили немалые. Это сейчас Демину можно открыто поделиться такой информацией — в советские времена эти данные скрывали под грифом «секретно».

— Мы нашли три интересных и перспективных урановых рудопроявления с первичными минералами, такими как урановая смолка и т. д.; а также проявления титана, бериллия и колумбита.

Экспедицию посчитали очень удачной. По ее результатам Анатолий Демин защитил во Всесоюзном институте геологии лист-карту по Северному Прибайкалью, которую издали в Ленинграде.

— Если геолог обработал и защитил лист — это уже серьезно, вроде как женился, — смеется Анатолий Николаевич.

Поэтому, когда в отдел кадров Иркутского геологоуправления спустили разнарядку на специалистов для работы в Афганистане, сомнений не было: кого же отправлять, как не Демина?

Кабульский скорпион

Вопросом, ехать или нет, Демины (а у Анатолия Николаевича к тому времени уже была семья, подрастали сыновья) не задавались. Жена, Тамара Васильевна, тоже геолог-полевик — к кочевой жизни привычная. Мальчишек решили взять с собой. Быт изыскателей беспокоил мало. Главное, что выяснил сибирский геолог, уезжая за тридевять земель от Байкала, — у него будут топографические карты для поисковых работ. В середине мая 1967 года семья прилетела в Кабул.

— Первоначально мы жили на частных квартирах. Когда приехали, нам дали небольшую неубранную комнату: пыль, грязь, старые кровати. Помню, подняли палас, типа коврика невзрачного, а там... скорпион! Первое слово жены было — «Толя, едем домой!» Что поделаешь, женщина...

Через пару месяцев нас переселили ближе к центру. Большущую комнату мы побелили, перегородили — устроились нормально. Переждали лето, и нас перевели в новый микрорайон Надиршах со всеми удобствами — в панельные дома. Прекрасно! Там было много специалистов — наши строители, врачи, военные. Здесь же жили китайцы, поляки, болгары. Кстати, в первый день, как мы заехали в микрорайон, в Кабуле выпал снег — такого, удивлялись старожилы, не было 50 лет. Мы на радостях слепили снежную бабу и даже сфотографировались с ней на память.

Что касается продуктов, круглый год на нашем столе были зелень, овощи, фрукты. Возили нас на рынок на автобусе через день: 30 минут — и абсолютно все, что надо, мы закупали на базаре! Мясо свежее, парное, фрукты брали ящиками. Готовили по-сибирски — и борщи, и пельмени. На базаре нам, русским, частенько кричали вслед: «Господин Качалу!» или — «Мистер Качалу!» В переводе с афганского «качалу» — картошка. Ее, конечно, в основном брали советские специалисты.

Рядом с караванами

Как и в Союзе, с мая по октябрь геологи находились в поле.

— Мы работали в горной местности Центрального Афганистана, — продолжает рассказ Анатолий Николаевич. — В нашей партии было всего три специалиста из Союза: я, старший геолог, и два техника-геолога, остальные афганцы, выпускники Кабульского университета — единственного в стране вуза. (Позже, в 1969 году, в Кабуле открыли второе высшее учебное заведение — политехнический институт, построенный Советским Союзом, там училось чуть больше 1500 студентов. — Ред.).

Первый год мы общались через нашего переводчика, а потом сами. Языков (и народностей) в Афганистане много, самым простым для меня оказался дари (фарси-кабули). Я его разговорно одолел и даже сейчас кое-что помню. В основном бытовую лексику: машину надо, лошадь надо, продукты заказать, куда пойти, зачем... Часто приходилось напрямую договариваться с руководством и рабочими.

Работали — не мерзли, потели в три ручья. Афганистан страна горная, Кабул стоит на 1800 метров над уровнем моря. Если в столице относительно жарко бывает с месяц — в июне-июле, то в районе Кандагара, где мы вели работы, доходило до 45 градусов. Заниматься делом можно было только с пяти утра до двенадцати дня. Потом уже ничего не соображаешь, хочется только одного — пить! Приходим в лагерь, чаю хлебнем — и сразу в реку. Затем забираешься под кроны винограда и ждешь прохлады.

В полевом лагере мы жили втроем в десятиместной палатке. У каждого раскладушка, вещмешок. Для нас готовил повар. Лагерь мы всегда планировали и строили так: из него ушли — туда же вернулись. Приезжали-уезжали на машине или автобусе, которые нам предоставляла афганская сторона.

Не раз мимо геологов проходили караваны — в Афганистане много кочевых племен, для них нет границ. На зиму они перекочевывают в Пакистан — долго-долго бредут по песчаной пустыне, время от времени разбивая шатры и отдыхая около источников воды. Как только начинается весна, бесконечно тянутся обратно. «Я все это видел много раз», — делится Анатолий Николаевич.

На хозяина

Как жила страна, Анатолий Демин знал не понаслышке.

— Объехал я много, — рассказывает Анатолий Николаевич. — Весь Центральный, Юго-Восточный Афганистан, часть Северного. Страна очень бедная, безграмотная — грамотного населения (и тогда было, и сейчас) всего 10 процентов, а 90 процентов жителей не умеют ни читать, ни писать. У нас в Советском Союзе в те времена труд был механизирован, на полях гудели тракторы, комбайны. Орудиями труда афганских крестьян были серп, тяпка и лопата. Мы много раз наблюдали, как они молотили пшеницу. Вот урожай созрел. Расчищают ровную площадку, мажут ее глиной, забивают в центр столб. Серпом снимают пшеницу и слоем кладут вокруг столба. К нему крепят жердь. К жерди привязывают волов. Волы медленно ходят по кругу и копытами мнут колосья в мякину, труху. Веют зерно, подбрасывая лопатами.

Земля, пригодная в хозяйстве, принадлежала в основном феодалам. Человек, который ее обрабатывал, из общего урожая получал лишь десятую часть: девять мешков хозяину и только один работнику.

Братская республика

Отсталой аграрной монархии, во многом живущей по законам общинно-родового строя, активно помогал Советский Союз — государство рабочих и крестьян. Начиная с 1957 года был разработан 25-летний план (по пятилеткам), по которому в Афганистане стали строить благоустроенные дома, фабрики и заводы, электростанции и ирригационные сооружения, прокладывали дороги и добывали полезные ископаемые, учили инженеров. СССР не пожалел денег — выделил огромные кредиты.

— До советских специалистов что там в основном разрабатывали? — говорит Анатолий Николаевич. — Соль, каменный уголь и рачительно лазурит. Что нашли по-крупному наши геологи ? Они обнаружили богатое месторождение железа в Хаджигаке, подсчитали запасы, полностью подготовили необходимую базу для литейного производства — флюсы, пески. Однако до дела не дошло — помешала война...

Наша группа западнее Кабула провела разведку крупного месторождения меди. Если бы не война, должна была начаться его разработка в третьей пятилетке. Севернее Кандагара было обнаружено два крупных месторождения флюорита и бокситов, проведены разведочные работы с подсчетом запасов. На известных месторождениях золота (Заркашанское и Кундулянское) мы провели разведку и подсчитали запасы металла.

Дальше, к западу от нас, другая группа наткнулась на месторождение ртути. На севере Афганистана открыли месторождение газа (Шабарганская структура), бериллия.

Мы занимались афганским лазуритом — это сине-голубой декоративный минерал. Всего таких месторождений в мире два — Бадахшанское в Афганистане и наше Малобыстринское, на Байкале. Больше нет. Или есть проявления — совсем чуть-чуть. Если бы не война...

Встреча с королем

— В конце 60-х что-нибудь предвещало будущие военные действия? — спрашиваю я Анатолия Николаевича.

— Тогда у нас с Афганистаном были отношения самые теплые — никаких предпосылок к войне! За время пребывания там ничего не могу вспомнить плохого. Где бы я с афганцами ни встречался — в основном мы работали с фарсами, хазарийцами и пуштунами, — относились к нам доброжелательно: как маршрутные рабочие, так и жители горных селений. Мы, конечно, получали инструктаж, нам не рекомендовали ходить по Кабулу по одному — как минимум по два-три человека. Но были случаи, что ходили, и ничего...

Условия жизни у нас были чудесные во всех отношениях — во всех! Работа у меня была интересная, со стороны властей Афганистана очень уважаемая. Неоднократно для нас устраивал встречи президент Департамента геологии и промышленности Афганистана господин Мирзад. В новогоднем бале-маскараде, куда мы были приглашены, принимали участие все советские специалисты. В Тирине в своем поместье нас, геологов, угощал богатый землевладелец, музыканты играли и пели до трех часов ночи, без перерыва. Анатолий Николаевич лично жал руку королю Афганистана Мухамеду Захир Шаху.

— Король знакомился с жизнью народа. Нашу группу он встретил перед перевалом Кундули в Малистане в Центральном Афганистане. Остановился, понял, что приличная публика, поинтересовался работой. Мы рассказали, какие полезные ископаемые намечаем открыть, показали образцы — золото, бокситы, флюорит. Король внимательно выслушал. Я попросил через начальника охраны разрешения сфотографироваться с монархом. Захир Шах любезно согласился. Прощаясь, пожал руку.

— А какое у нас было посольство! — восклицает Анатолий Николаевич, — Красивое, удобное, с прекрасной столовой, богатой библиотекой, большим бассейном, кинозалом. Туда приезжали как домой. Можно было в любое время зайти пообедать, в библиотеке позаниматься, поиграть в бильярд, искупаться в бассейне — пожалуйста, и бесплатно!

«Интернационал» для афганских товарищей

Благодаря политике и пропаганде СССР в Афганистане, конечно, распространялись коммунистические настроения.

— При нашем посольстве существовал культурный советский центр, где была самая разнообразная агитационная литература, сколько хочешь бери, — вспоминает Анатолий Николаевич. — Мы были знакомы с ребятами из Народно-демократической партии Афганистана. Хорошие парни, они прекрасно знали русский язык, интересовались жизнью в Советском Союзе. Один из них — Карим Мисак — мне особенно был симпатичен. Он работал бухгалтером, писал короткие рассказы.

Однажды вместе с другом он зашел к нам в департамент. Я изучал в кабинете горные породы под микроскопом, со мной был москвич Анатолий Кочетков. Карим Мисак попросил нас продиктовать им «Интернационал» — дайте, мол. Мы переглянулись (признаться, мы и сами-то плохо знали текст). Но кое-что вспомнили. Афганцы записывали слова под нашу диктовку. Так что, возможно, мы первые, от кого афганские коммунисты услышали: «Вставай, проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов...»

В 1973 году в Афганистане свергли короля Мухамеда Захир Шаха. Власть в стране захватил Мухамед Дауд, бывший премьер-министр правительства. В 1978 году, после очередного переворота, режим Дауда пал. Президентом Афганистана, провозглашенного республикой, стал лидер Народно-демократической партии писатель Нур Мохаммад Тараки, горячо поддерживаемый Советским Союзом. — Потом я узнал, что Карим Мисак при Тараки был министром финансов, — вспоминает Анатолий Николаевич. — Видимо, текст «Интернационала» учил не зря...

Дорога под танки

К 1979 году, когда начались масштабные военные действия, наши геологи в стране уже не работали. Афганистан захлестнула гражданская война, которая продолжается до сих пор. В том, что произошло, немалая «заслуга» Советского Союза, попытка с помощью автоматов спецназа навести порядок в чужой стране — так считает Анатолий Николаевич.

— Знаменитую трассу Кушка — Герат — Кандагар, 1200 км крепкого железобетонного полотна, советские специалисты сработали на совесть. Мы шутили: по этой дороге могут даже наши танки пройти, выдержит. Что, к несчастью, на самом деле и случилось.

Вся эта затея с войной — ненужная, никчемная, и для нас она оказалась пагубной, — заключает умудренный жизнью геолог. — Мы потеряли не только добрые отношения с афганским народом, но и в конечном счете понесли огромные людские и финансовые потери.

* * *

Супруги Демины в 1970 году вернулись в Союз. Анатолий Николаевич сразу поступил в аспирантуру МГУ, защитил диссертацию по Афганистану. Его оставляли в столице, но геолог не согласился — уехал в Сибирь, продолжал заниматься любимым делом...

Той знойной экзотической страны, которая так гостеприимно принимала сибиряков 40 лет назад, уже нет. Но осталась память. В альбоме — на фотографиях. В образцах пород и до сих пор не забытых словах на чужом языке. В услышанной от старого афганца легенде о лазурите: про то, как люди спрятали кусочки воздуха в горах — подальше от злых духов, задумавших уничтожить небо. Эту легенду Анатолий Николаевич и сейчас рассказывает своим студентам.

Кстати

Западные державы, которые осенью 2001 года ввели свои «миротворческие» войска в Афганистан, в течение всех этих лет не построили там ни одного предприятия, ни одного ирригационного сооружения, ни одной современной дороги, ни одной электростанции, ни одного института. Тандем США — НАТО заинтересован в этой стране прежде всего как в военном плацдарме, а отнюдь не в восстановлении и развитии афганской экономики.

Сейчас, по оценкам региональных экономических комиссий ООН (2007—2008 гг.), почти на 70 процентах афганских сельхозплощадей выращиваются наркорастения, а свыше 70 процентов трудоспособных афганцев занято в наркосфере.

Кредиты СССР

Результатами помощи и сотрудничества СССР Афганистану к 1970 году стали различные народнохозяйственные объекты — построенные (34) и строящиеся (28):

* «Дорога жизни» Кабул — Гиндукуш — Шархан (Саланг) — 70 млн руб. (высокогорное шоссе через хребет Гиндукуш с трехкилометровым тоннелем Саланг на высоте 3300 метров над уровнем моря)

* Дорога Кушка — Герат — Кандагар — 65 млн руб. Всего построено автодорог 1200 км. Дороги, аэродромы — 490 млн руб.

* Кредиты СССР: в первой пятилетке (40%) — 80—90 млн руб., во второй (45%) — 100 млн руб., в третьей — 45—50%.

* Газопровод Шиберган (к границе Таджикистана) в СССР поставлял газа ежегодно 300 млн куб. м, всего должны были поставить 58 млрд куб. м. Стоимость 1 куб. м — 5 руб. 4 коп.

* Джелалабадская ирригационная система — 25 млн руб.: а) орошено 25 тыс. га; б) убрано галечника и глыб — 14 млн. куб. м; в) завезено чернозема 10 млн куб. м.

* Собрали первый урожай пшеницы — 2500 т, урожай цитрусовых.

* Построен завод азотных удобрений в г. Мазари-Шариф (объем — более 100 тыс. тонн карбамида в год).

* Микрорайон Надиршах — 35 тыс. кв. м полезной площади.

* Ремонтный завод Джангалак на 300 тыс. ед. ремонта автомашин в год.

* Построено: фабрика красок, стекольный завод, завод кирпича, карбидный завод, 3 бойни, завод пива, завод фруктовых вод, завод коньяка, текстильная фабрика, завод хлебобулочных изделий, фабрика шелка, фабрика обуви, фабрика кожи, шерстеочистительная фабрика, дубления, фабрика минеральных вод.

* Намечалась разработка крупного месторождения меди Айнак. Взаиморасчетами со стороны Афганистана служили: поставка природного газа в Таджикистан (Шиберганские газопромыслы), фруктов и сухофруктов, орехов миндаля, шерсти, ковров и каракуля.

Эти цифры приводили советским специалистам, работающим в Афганистане, чтобы они знали о масштабе идущих в стране перемен.

Метки:
baikalpress_id:  35 037