Потомки Ершова

О том, что учителя литературы Елена и Софья — внучки известного сказочника, не знали даже на работе

Окончание. Начало в № 5

В прошлом номере «Копейка» рассказала, что с нашим городом связано имя Петра Ершова, автора сказки «Конек-Горбунок». В Иркутске жили и работали внучки Петра Павловича — Елена и Софья, дочери младшего сына поэта, Александра. Потомки, ведущие родство с известным сказочником по этой линии, — наши земляки, многие из них и сейчас проживают в областном центре.

Кстати сказать, долгое время о том, что у сестер-учительниц Елены и Софьи такой знаменитый дедушка, знали только их родственники и близкие друзья. Даже в школе, где Елена Александровна Ранская преподавала русский язык и литературу, ни сном ни духом не ведали, что она внучка Ершова. Того самого....

Елена . Итак, первые родственники Ершова появились в Иркутске в 30-х годах ХХ века: Ранские (Елена Александровна с мужем Иваном Трифоновичем и их дети Владимир и Зея) переехали в наш город из Хабаровска вслед за главой семьи — партийным работником. У Ивана Трифоновича Ранского была весьма бурная биография. Еще в юношестве он увлекся революционными идеями и, работая в Чите слесарем на железной дороге, исхитрился выпустить на волю вагон политзаключенных. За его поимку назначили крупное вознаграждение. Иван бежал через Китай в Австралию. Хорошо изучил китайский язык, в совершенстве овладел английским. После революции вернулся в Россию, получил экономическое образование. А потом всю жизнь работал там, куда посылала партия.

— Папа был честнейший человек, — вспоминает дочь Зея. — Какое-то время он работал полпредом Советского Союза от Лензолотофлота в Китае, а у нас в доме никогда не было золотых вещей. Единственное кольцо, обручальное, мама в голодные годы сдала в торгсин, чтобы купить нам молока...

Как в семье партийного работника оказалось обручальное кольцо?

Зея Ивановна рассказывает:

— В нашей квартире стоял кованый сундук. Как-то мама перебирала там вещи и вдруг достала фотографию. На ней были изображены папа и мама в венчальных нарядах. Они венчались в церкви, хотя папа был партийный человек! Увидев, как я зачарованно смотрю на фотографию, мама испугалась и разорвала ее в мелкие клочки. Я думаю, что папа скрывал свое настоящее происхождение... «Елена Александровна Ранская в Иркутске поступила в Учительский институт и стала преподавать русский язык и литературу в школе № 2. Позже окончила заочное отделение Московского института иностранных языков и вплоть до ухода на пенсию преподавала немецкий язык в школе № 9, — вспоминая свою бабушку, написала «Копейке» внучка Алла Ранская из Америки. — В годы войны Елена Александровна вела активную общественную работу, организовывала концерты школьников в госпиталях, посылки на фронт. Она была представлена к ордену Ленина, но в последний момент его заменили на орден Трудового Красного Знамени».

В 1944 году Иван Трифонович получил направление на Украину — надо было восстанавливать народное хозяйство, разрушенное во время войны. Ранские продали все вещи, семья была готова к переезду, но из Москвы пришел приказ — не оголять верхушки Сибири. Ранские остались в Иркутске.

Владимир и Зея. Владимир Ранский, старший сын Елены Александровны и Ивана Трифоновича, после окончания семилетки поступил в Иркутский сельскохозяйственный техникум. Окончив его экстерном за два года, сдал экзамены в сельскохозяйственный институт, получил диплом с отличием и направление в аспирантуру. В то время Владимир был большим приверженцем теории Мичурина, мечтал выращивать в Сибири яблоки и науке предпочел работу на земле — отправился на селекционную станцию в Тулунский район. К слову сказать, еще студентом Владимир работал внештатным корреспондентом «Восточной-Сибирской правды», писал на темы сельского хозяйства.

Судьба забросила его в село Шерагул — там он работал агрономом. Там же встретил свою первую жену Тамару, родились дети — Владимир и Елена. Затем был Ангарск, а потом Магадан. Случайно оказавшись на Севере, Владимир Иванович всей душой прикипел к суровому колымскому краю. В Магадане у него появилась новая семья и две дочери. Сейчас Владимир Иванович вдовствует и по-прежнему предан своей второй родине. А его бывшая супруга и дети остались в Ангарске, где и проживают до сих пор. По мнению Зеи Ивановны, ее брат Владимир очень похож на знаменитого прадеда.

— В свое время он выглядел почти как Ершов на портрете Маджи, который недавно нашли в Петербурге! — уверяет она.

Сама Зея Ивановна вслед за прадедом, его сыновьями, матерью и всеми сестрами Ершовыми продолжила педагогическую традицию — стала учителем. В 1954 году она окончила историко-филологический факультет Иркутского пединститута и преподавала историю вплоть до самой пенсии. Первые годы — в вечерней школе, с 1966-го по 1976-й — во вспомогательной школе № 1, с 1976-го по 1988-й — в школе № 2 для детей с нарушениями речи.

Ее муж, Геннадий Андреевич Кузьменко, — выпускник Новосибирского военного училища и Иркутского политехнического института, работал инженером-строителем. «Добрейший был человек», — вспоминает Зея Ивановна. Его не стало полтора года назад. После его смерти женщина с трудом, но согласилась на переезд к дочери в Калифорнию — Алла Ранская живет там с 1994 года.

Алла. Алла Ранская, несмотря на ожидания родственников, стала не учителем — врачом. Она окончила Иркутский медицинский институт по специальности врач-гигиенист, эпидемиолог. После вуза начинала в исправительно-трудовой колонии № 6, с 1989-го стала начальником оздоровительного комплекса ПО Иркутскгражданстрой. Ее первый муж и отец Германа (сына) Сергей Гладков окончил летно-штурманскую академию в Санкт-Петербурге, работал инженером-штурманом в 201-м летном отряде Иркутского отделения Аэрофлота. Погиб в автомобильной аварии в 2003 году. После второго замужества Алла перебралась за океан, сейчас она менеджер одной из американских компаний.

 «С самого детства я знала, что являюсь праправнучкой Петра Ершова, — пишет Алла Ранская в «Копейку». — В детстве я много времени проводила с моей бабушкой Еленой Александровной — она жила с нами. Благодаря ей я начала читать в три года, и одной из первых прочитанных мною книг, конечно же, был «Конек-Горбунок». Я любила слушать бабушкины рассказы о ее детстве, о нашей семье. Часто к нам приходила бабушкина сестра Софья (она жила через дорогу от нас). Я с удовольствием слушала их беседы, где они предавались воспоминаниям».

У Софьи Ершовой, вдовы фронтовика, был единственный сын — Геннадий Феликсов. Он работал на буровой и возвращался с вахты всегда с подарками. Алла вспоминает: однажды в магазине дядя увидел на витрине конфеты-батончики под названием «Конек-Горбунок». И закупил их — несколько килограммов. Алла не любила батончики, а дядя посмеивался: «Ешь, ведь это конфеты прапрадедушки!»

Татьяна. После выхода в нашей газете первого материала о потомках Ершова в редакцию позвонила Татьяна Геннадьевна Рындина и представилась как дочь Геннадия и внучка Софьи Александровны. Она рассказала, что совершенно неожиданно для себя купила нашу газету и там обнаружила рассказ о своих родственниках, о которых давным-давно ничего не слышала. К сожалению, ее родители рано расстались и она почти не поддерживала отношения с близкими по линии отца. Но скромными воспоминаниями своего детства женщина все-таки поделилась.

— Однажды папа захотел на меня посмотреть. Мне было 13 лет. Помню, сначала я ехала до танка, а потом быстренько спустилась по улице вниз — отец с бабушкой Софьей Александровной жили в частном доме в районе нынешнего Дворца профсоюзов. Когда я вошла, все увидели, что мы с Софьей Александровной очень похожи — обе рыжие.

А однажды в школе (я училась в 26-й вечерней) стою я у зеркала, и вдруг подходит женщина. Смотрю я на ее отражение и не верю своим глазам: это я, только старая — те же черты лица, рыжие волосы... Рассказываю дома, а мама с бабушкой говорят: «Так это же Зея, она учителем у вас работает!» Хотя какая она тогда была старая, лет сорок, наверное...

Удивительно, но моя мама встретила Зею Ивановну, с которой не виделась много лет, на улице в тот день, когда та направлялась на похороны моего отца, Геннадия Владимировича. Он умер в 1978-м от гангрены ног, всего на год пережив Софью Александровну. Отец так до последнего и прожил со своей матерью, ни разу больше не женившись.

Сама Татьяна Геннадьевна, инженер путей сообщения, 32 года проработала на железной дороге. Родила двоих детей. Сейчас на пенсии, воспитывает внуков — и, бывает, порой читает им «Конька-Горбунка».

В 2009 году исполняется 175 лет со дня первого издания любимой детской сказки. По-моему, для многочисленных потомков знаменитого сказочника, уже знакомых или только-только нашедших друг друга благодаря «Копейке», это прекрасный повод встретиться и помянуть своего великого предка.

Из истории семейного архива

Семейные архивы Ершовых хранились в Благовещенске, у Надежды, старшей дочери сына Петра Павловича — Владимира. Умерла Надежда Владимировна в 1945 году. Амурская область тогда была закрыта для посещения, поэтому на похоронах смогла присутствовать только Варвара Александровна, двоюродная сестра из Благовещенска. Когда она пришла за архивами, женщина, помогавшая Надежде вести хозяйство и жившая в доме, даже не пустила Варвару на порог — боялась, что та будет претендовать на дом.

Так след семейных архивов был потерян. Елена и Софья, обосновавшиеся в Иркутске, не желая прослыть самозванками, молчали о том, что они внучки автора «Конька-Горбунка».

Использованы статьи Г.Крамора «Мой прадед Петр Павлович Ершов», О.Павловой «Ершовых древо родословное», воспоминания Аллы Ранской.

Метки:
baikalpress_id:  10 837