Таежный принц

Двадцать три года назад кадровый офицер добровольно ушел жить в тайгу и с тех пор не общается даже с родными

У Леонида Банщикова, уроженца деревни Лобагай Усть-Удинского района, есть универсальный рецепт против кризисов, дефолтов, бюрократов, коррупционеров и прочих бед, мешающих жить простому человеку. 23 года назад он ушел от людей в тайгу. Срубил на лесной опушке крохотный домик и поселился там безвылазно. Лицо никому не показывает, даже своим престарелым родителям и брату, который аккуратно навещает его — привозит спички и немудрящий провиант.

По какой причине человек добровольно отрекся от общества, от благ хоть и деревенской, но все же цивилизации? Сейчас об этом никто в Лобагае точно не знает, а только предположения строят. Кто-то считает причиной отшельничества несчастную любовь, кто — уход в странную, только самому отшельнику ведомую религию. А некоторые винят во всем несчастный случай: служил, дескать, в армии да в аварию попал, головой ударился сильно...

Говорят еще, что он иногда наведывается по ночам в деревню, а родные его побаиваются: почти четверть века человек в тайге просидел — мало ли что у него на уме.

Нехороший прогноз

Сопровождали корреспондента в лес младший брат Банщикова Сергей и замглавы администрации Молькинского сельского поселения Алла Платонова. Причем она была уверена, что прогонит нас отшельник, даже разговаривать не станет:

— Спустит собак да еще из ружья пугануть может, — переживает Алла. — Ведь он и вправду нелюдимый. Когда ему 45 лет исполнилось, не могли уговорить на паспорт сфотографироваться. Так и пришлось старую фотокарточку переснимать. А вы еще на интервью надеетесь!

Невозмутимый Серега, школьный кочегар, завел свой трактор, усадил всех в малюсенькую тележку и — где по колее, а где и по целику — двинули. Отчаянно буксовали на заснеженных подъемах, петляли между соснами, и вот она — опушка отшельника: маленький кособокий домик, вокруг него копны сена, рядом куча нарубленных дров да четыре деревенских шавки. Похоже, что это они, суматошно лающие, испугались незваных гостей. Пустит ли к себе хозяин лобагайской тайги?

Интервью вслепую

Короткие переговоры — и довольный Серега приглашает всех пройти в «апартаменты», вернее, протиснуться в дверцу высотой в метр. От силы шесть квадратов площади, неказистая печурка, коробки, мешки, пара чурок да велосипед у стены. Значит, ездит куда-то все-таки... Мужик за плотной шторой из синей синтетической мешковины сидит себе на полатях, только ноги торчат — он ими весело так болтает. Почувствовал робость гостей и давай еще жути нагонять голосом чревовещателя:

— Кто такие будете, и... какой тираж вашей газеты? — огорошил нас суровый отшельник.

И сразу перешел к вопросу меркантильному. Оказывается, несколько лет назад были у него журналисты. Уговорили и побеседовать, и позировать перед фотокамерой, пообещав выслать гонорар. Да слово не сдержали, и по сей день ждет Банщиков приличную сумму. А нас просил посодействовать. Правда, денег с нас просить не стал, удовлетворившись, что ему привезли гостинцы: чай, сыр и, конечно, кипу газет. Да и незапланированное развлечение, похоже, тоже его радует.

Кстати, на помешанного он совсем не похож. Хотя бы потому, что хитроумно переводит разговор на другие темы, как только спросишь его в лоб — а зачем в тайгу-то ушел. Но в то же время не хочет и совсем простым показаться и очень красочно описывает, какие НЛО тут летают над лесом и какие замечательные диалоги вели с ним экстрасенсы со всего мира по радиоприемнику, пока тот не сломался от сильного напряжения.

Истосковался все же человек по общению. И после мистических историй он совершенно спокойно переключается на разговор о делах повседневных.

Работяга

— Я каждое утро по два часа зарядку делаю, потом на ручей за водой бегаю — это за три километра отсюда, — рассказывает о своей реальной жизни Леонид. — Работаю много — дрова пилю ножовкой, летом сено кошу, осенью по грибы-ягоды хожу, охочусь иногда.

Количество копен вокруг домика — свидетельство того, что Леонид действительно очень много работает. Если учесть, что в этом году в районе засуха была и трава уродилась не ахти какая — Банщиковым в деревне есть чем кормить своих коров. Успевай только привезти сено из лесу.

А еще рассказывают, что ведрами ягоды и грибы оставляет он в условленном месте, чтобы родственники забрали. Дичь какую добудет — тоже в деревню. Кормилец. И не один сруб собрал для родителей: баня, сарай... Он и себе баню тоже построил, чуть подальше от домика.

Еще выяснилось, что Леонид пенсию получает. Оказалось, его, кадрового офицера, четверть века назад комиссовали из армии, тогда еще советской, по состоянию здоровья и он был вынужден вернуться в деревню к родителям. Возможно, что это стало потрясением, которое и погнало его в тайгу — от людей, от мира, от греха подальше... А за неимением другой религии советский офицер находит утешение в постоянной тяжелой работе.

При этом его совершенно не волнует финансовый кризис, как ничуть не опечалил в свое время и дефолт десятилетней давности. Но, правда, в политике ориентируется: президенты, губернаторы и даже назначение нового Папы Римского его очень даже интересуют.

Портрет на прощание

Прощаясь, уже и не надеемся, что этот странный, но совершенно вменяемый парень покажет нам свое лицо. Ведь все время кокетничал из-за шторки — растолстел я, дескать, нехорош собой сегодня... Однако Леонид неожиданно согласился сняться — при условии, что все гости из избушки выметутся и останется только один фотограф.

— А, что так руки-то ходуном ходят? — ехидно поинтересовался отшельник, отдернув штору и пригладив волосы. — Все-таки боишься меня!

Чтобы скрыть волнение и быстро сменить тему, подобно самому Банщикову, наобум задаю еще один вопрос:

— Леонид, а ты к людям когда-нибудь вернешься?

— Вернусь, конечно, — молниеносно парирует он. — Вот когда встречу принцессу, которая будет похожа на эту (показывает картинку фотомодели на цветном пакете, висящем на стене), так сразу и вернусь...

Пять минут «фотосессии» — и мы все дружно разглядываем на дисплее фотоаппарата очень даже приятное лицо человека-невидимки.

— Скажите, ведь хорошо выглядит, молодо? — радостно приговаривает Сергей. (Еще бы! Теперь и родители смогут увидеть сына.) — Он ведь очень умный у нас, начитанный. Помню, в детстве читал все подряд: Фета, Чехова, Бунина!

...Лес остается за спиной. Избушка отшельника — в фотоархиве. И все-таки жаль немного, что «принцесса» не забредет случайно на эту лесную опушку, не встретит Леонида и не позовет его с собой.

Загрузка...