Глубокая кома

ЧП в Качуге, где под колесами джипа погибла девушка, наглядно показало бессилие и немощь поселковой медицины

Привычная вечерняя прогулка уже подходила к концу, и до калитки своего дома сестрам Ярыгиным оставалось пройти не более двадцати метров. Именно в этот момент Настя и Катя услышали сзади звук приближавшегося автомобиля. Девушки интуитивно сделали шаг в сторону от дороги, но увы — спасительным он не стал. Мощный джип «Митсубиси-Паджеро» на большой скорости, словно специально, повернул в сторону шедших по обочине сестер и наехал на одну из них...

— Я услышала очень сильный хлопок и сначала даже не поняла, что случилось, — с содроганием вспоминает события того вечера Анастасия. — И лишь спустя несколько секунд увидела, что рядом нет Кати.

А тем временем невольная свидетельница произошедшего, жительница соседнего дома, уже бежала наперерез продолжавшему движение автомобилю и кричала, пытаясь привлечь внимание водителя. Виновник ДТП (а им оказался сосед семьи Ярыгиных Юрий Путков), похоже, даже не заметил, что сбил человека. Почему — стало ясно, когда горе-водитель все же притормозил и вышел из салона.

— Он явно был пьян, — считает Настя Ярыгина. — Подошел к месту, где лежала Катя, посмотрел, развернулся и ушел.

Хрупкое тело девчушки (по словам родственников, 45 килограммов веса при росте около 150 сантиметров) после контакта с тяжелой техникой пролетело не менее десяти метров. Ударом пострадавшую, видимо, подбросило вверх и кинуло на бампер джипа, о чем свидетельствует вмятина, а затем выкинуло на обочину. Полная жизни 21-летняя девушка, только что весело разговаривавшая с сестрой, скорее всего, даже не поняла, что с ней произошло. Как вспоминает Настя, после случившегося Катя лишь на секунду открыла глаза, хотела что-то сказать, но не смогла. Затем потеряла сознание. Оказалось, навсегда...

В ожидании анестезиолога

Скорую помощь, как вспоминают очевидцы, ждали мучительно долго — наверное, минут 15—20, хотя от больницы, где находится пункт, до места трагедии всего пять минут ходу. Из оборудования в неотложке в наличии оказались лишь носилки, на которые погрузили пострадавшую и отвезли в медицинское учреждение. Там новая напасть — нет анестезиолога, без которого, как известно, никакая, даже самая простая, операция невозможна...

— Буквально за день до этого я официально информировал руководство района, что адекватную экстренную помощь в нашей больнице оказать невозможно. Именно по причине отсутствия анестезиолога, — говорит заведующий хирургическим отделением Олег Федоров. — И тут, как будто специально, случилась такая трагедия. Больная Ярыгина поступила к нам 15 октября в 22.25, в крайне тяжелом состоянии: черепно-мозговая травма осложнялась внутрибрюшным кровотечением. Девушка находилась в глубокой коме. Необходима была срочная операция. Но без анестезиолога ни один, даже самый хороший, врач не возьмется делать и обычный надрез, а здесь нужно было как минимум трепанацию черепа проводить.

В такой ситуации пришлось искать помощь в областном центре — из Иркутска вызвали бригаду санавиации, в составе анестезиолога и нейрохирурга. Преодолевать расстояние в 250 километров этим специалистам, несмотря на звучное название их учреждения, пришлось по земле — на автомобиле (по воздуху нашим медикам дозволено летать, похоже, только в кинофильмах). А это не менее трех часов. Прибавьте к этому время, пока в городе принимали решение, проводили всякого рода согласования. В итоге иркутская бригада прибыла на место только в 3.45 ночи. Все это время, более пяти часов, качугские медики всеми доступными им способами пытались поддерживать жизнедеятельность слабевшего с каждой минутой организма.

— Пару раз у девушки падало давление, но с помощью препаратов нам его удавалось поднять, — рассказывает Олег Федоров. — В остальном молодой организм сам боролся за жизнь, мы в тот момент ничем помочь ему не могли. Ведь у нас в больнице даже крови нет. Никакой. Донорский пункт был закрыт здесь года три-четыре назад, покупать кровь в Иркутске мы не можем — дорого и неэффективно. На один только случай, подобный описываемому, необходимо иметь запас препарата всех групп, подгрупп и резусов. При этом срок его хранения всего 40 дней.

Что касается прямого переливания крови (от донора к пациенту), то уже несколько лет на эту процедуру, с помощью которой врачи когда-то спасли не одну жизнь, существует категорический запрет, вплоть до уголовного преследования. Поэтому практически во всех медицинских учреждениях, удаленных от центра, больным в случае кровопотери вливают заменитель (плазму)...

Чудо не случилось

Приехавший из Иркутска анестезиолог сразу начал готовить пострадавшую к операции. На это ушло еще около часа. Приезжий нейрохирург после осмотра подтвердил диагноз — больная нуждалась в оперативном вмешательстве. Причем сразу в двух местах: необходимо было делать декомпрессионную трепанацию черепа, чтобы предотвратить отек головного мозга, и одновременно искать источник кровотечения в брюшной полости. К сожалению, врачи оказались не всесильны: сердце Кати остановилось прямо во время операции.

— Честно говоря, шансы этой девочки выжить с самого начала оценивались как минимальные, — признается Олег Федоров. — Однако это были ее шансы. Но наша убогая медицина на данный момент помочь столь тяжелым пациентам не способна. Мы вынуждены полагаться только на чудо. На сей раз, к сожалению, чудо не случилось...

Полной профанацией назвал хирург то, что у них в больнице называется реанимацией. Здесь отсутствует даже простой дефибриллятор (в простонародье — электрошок), первейшее средство помощи при остановке сердца. Хотя после трагедии, случившейся недавно в Подмосковье с хоккеистом Черепановым (умер из-за остановки сердца), по указу из министерства данный аппарат должен быть во всех местах массового скопления людей. В Качуге его нет даже в районной больнице.

— Зато у нас есть реанимобиль, полученный по нацпроекту, — говорит Федоров. — Хорошая техника. Только вот работать на ней некому — без анестезиолога вся его дорогая начинка совершенно бесполезна. В свое время мы хотели часть оборудования с этой техники снять и поставить к нам в реанимацию, но после первой же проверки из области нас заставили вернуть все на место. Говорят, не положено.

Алкотест был... в командировке

Виновник трагедии вечером также был привезен в больницу — в сопровождении сотрудников милиции. На медицинское освидетельствование. Что любопытно, ни одного алкотеста в тот момент в больнице не оказалось — их отправили на плановую проверку в Иркутск. Установить наличие алкоголя в организме подозреваемого с помощью анализа мочи в Качугской больнице также нельзя — по причине отсутствия необходимой аппаратуры. А кровь местные специалисты для тех же целей могут исследовать только в том случае, если человек находится в бессознательном или опасном для жизни состоянии. При других обстоятельствах образцы отправляют на экспертизу в областной центр (в Качуге нет соответствующей лицензии). Таким образом, официального заключения о состоянии Путкова в момент совершения ДТП пришлось дожидаться не один день.

— Да, не нужно быть специалистом, чтобы понять его состояние в тот вечер, — утверждает Олег Федоров. — По крайней мере, ни один из визуальных тестов выполнить он не сумел. К тому же этот гражданин уже не в первый раз проходил у нас освидетельствование. И, если я не ошибаюсь, его по причине управления транспортным средством в нетрезвом состоянии уже лишали водительских прав...

Врач оказался прав, сей факт журналисту «Копейки» подтвердила следователь СО при УВД по Качугскому району майор милиции Марина Черепанова. Согласно постановлению судебного органа, Юрий Путков лишен права управлять автомобилем на полгода. Вот только решение это было принято 9 октября, а по закону у ответчика есть десятидневный срок на то, чтобы обжаловать приговор. И в это время ему позволено садиться за руль. Правда, о разрешении перед этим принимать горячительные напитки в постановлении нет ни слова.

— По факту дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть человека, возбуждено уголовное дело в отношении гражданина Путкова, — сообщила журналисту «Копейки» Марина Черепанова. — Мерой пресечения избрана подписка о невыезде. На данный момент подозреваемый по решению мирового судьи находится под арестом сроком на семь суток — за то, что уехал с места ДТП до приезда сотрудников милиции. Джип «Митсубиси-Паджеро», на котором он совершил наезд на потерпевшую, сейчас стоит на штрафплощадке рядом с райотделом милиции. Свою вину Путков признает целиком. Полную же картину произошедшего установит следствие.

Максимальный срок по статье 264 (часть 2), которая инкриминируется виновнику ДТП («Причинение смерти по неосторожности»), — пять лет лишения свободы. Такова цена жизни молодой девушки, которая, к слову, ровесница сына подозреваемого — в школе они учились в параллельных классах...

P. S. Кстати, свой анестезиолог появился в Качугской больнице уже через несколько дней после смерти Кати Ярыгиной...

Метки:
baikalpress_id:  10 412
Загрузка...