Блеск нищеты

Можно ли заработать милостыней?

Профессия нищего уходит своими корнями глубоко в историю. С давних времен люди, одетые в лохмотья, стояли с протянутой рукой на центральных улицах городов и у соборов. Сегодня ничего не изменилось. Каждое утро, совсем как добропорядочные граждане, иркутские нищие выходят на работу — просить подаяние. Жалостливые горожане подают убогим, не догадываясь, что в обычной жизни те отнюдь не бедствуют — прилично одеваются, ездят на дорогих машинах, у них всегда есть деньги. Бизнес на паперти хорошо кормит.

Не на водку — на лекарство

Ворота одной из иркутских церквей. Рядом — корпус госуниверситета. Каждый день толпами и поодиночке мимо храма пробегают студенты, торопятся на пары, или домой — преподаватели. Место людное — рай для тех, кто просит милостыню и зарабатывает таким образом себе на жизнь. Здесь не встретишь настоящих инвалидов, которым действительно, скорее всего, приходится несладко. (Хотя я не знаю ни одного уважающего себя человека с ограниченными возможностями, который пошел бы на паперть).

Нет стариков, которым, возможно, и правда не хватает пенсии на то, чтобы купить полпалки колбасы. Здешние обитатели — сгорбленные «бабушки» и «дедушки», которым, если приглядеться, не дашь больше сорока пяти, вот как их горькая состарила. Стоят в грязных черных лохмотьях, с печальными физиономиями.

Причем они даже не пытаются походить на убогих калек. На этих лицах написано: мы пропойцы, дайте на бутылку. Зато речи другие: бросьте денежку, не на водку — на лекарства. Ежедневно одно и то же. Студенты уже не подают — внимания не обращают, первый курс разве что поначалу. Преподаватели — тем более. Заработать «несчастным» можно только на сессии — когда суеверные студенты, идя на экзамен, в надежде на везение кидают монетку нищим. Верующие могут пожертвовать свои кровные в церковные праздники — все-таки рядом с Божьим местом просят. Чем убогие живут в остальное время — непонятно.

Когда проходишь мимо каждый день, эти люди начинают сливаться в какую-то общую серую массу. Но бывают и исключения, которые остаются в памяти. Одно время стоял там, к примеру, импозантный мужчина в шляпе. Он каждому раскланивался — и тем, кто подавал, и тем, кто пробегал мимо. Желал доброго дня и здоровья. И все это вприпрыжку, в глубоких реверансах, — разыгрывал этакое театральное представление.

Бедный мальчик из провинции

Но самый интересный экземпляр всего этого общества — нищий мальчик по имени Яша. Правда, мальчиком его назвать можно с большой натяжкой — ребенку лет двадцать пять. Но, в отличие от коллег по цеху, он выглядит моложе своего возраста — дашь годков 16—17. По утрам он встречает прохожих своей полубеззубой улыбкой до ушей и протянутой рукой.

Яков — неотъемлемая часть моего дня. Он — привычка. Нет у ворот Яши — и чего-то в картинке у церкви не хватает. Все его знают, даже по имени. Некоторые студенты знакомы с ним лично — пьянствуют вместе и... занимают у него деньги. Вопрос: кто здесь нищий?

Почему он заинтересовал меня? Вы когда-нибудь видели попрошайку, который час назад просил у вас милостыню, а теперь идет в кожаном, довольно качественном жакете, с плеером в ушах и телефоном в руках? Все это — про Яшу. Люди, общающиеся с Яковом, рассказывают любопытные вещи. Оказывается, приехал в Иркутск молодой человек из одного областного поселка, здесь живет у каких-то знакомых.

 На работу Яша сам не ездит, конечно: положение не позволяет. По утрам профессионала высокого класса к церкви привозит хозяин. Нет, не на каком-нибудь дряхлом «Запорожце» с отваливающейся дверью — на таких нищим ездить не пристало! Черный лакированный джип 2000 года выпуска паркуется у ворот и высаживает очень прилично одетого пассажира. Он тут же переодевается — и вот вам «несчастный мальчик Яша», которому не на что жить.

Яков — щеголь. Отстояв энное количество времени с протянутой рукой и несчастным лицом, он вновь переодевается — теперь в дорогую одежду. Курит нищий только «Парламент», пьет марочное пиво. Имеет модный сотовый телефон и приличного качества МР3-плеер. Говорят, и девушек в кино водит, и подарки им дарит. Дает в долг знакомым.

Живет Яша на проценты — выдают с каждой выручки. В целом получается около 8 тысяч в месяц. Говорят, что в день у него выходит 300—400 рублей. Это когда нет службы. Когда же в церковь валом идут прихожане, эта сумма как минимум утраивается.

Человек он болтливый, поэтому легко рассказывает о себе всем старым и только что появившимся знакомым. Жалуются — понять его сложно: бранных слов в его речи чуть ли не больше, чем нормальных. Тем не менее суть уловить просто: Яша — профи, и таких, как он, по городу работает очень много. Трудятся они на разных хозяев и на разных точках. Такой вот доходный бизнес.

Загрузка...