Как Михалыч копченую мамонтятину пробовал

Мой хороший знакомый Александр Михайлович был однажды в служебной командировке в солнечном городе Магадане. В гостинице к нему в номер рано утром заселились старатели с Колымы, на сутки. Сезон закончился, золото сдали, завтра в аэропорт — и по домам.

Днем все разошлись по делам, к вечеру собрались и решили отужинать у кого что есть. Один из золотодобытчиков, Василий, вынул из рюкзака запашистое копченое мясо, немного нарезал. После нескольких капель спирта завязалась беседа. Михалыч, как человек военный, больше спрашивал и слушал. Старатели рассказывали о своем нелегком труде, радовались, что наконец-то закончился суровый сухой закон, и не спеша закусывали. Михалыч попробовал мясо. Мясо как мясо, вкусное, умело приготовленное, но немного жестковатое.

 — Что за мясо? — спросил Михалыч Василия и, получив ответ, чуть не поперхнулся.

 — Мамонтятина!.. — ответил Василий и посмотрел весело.

— ???.. Дык они же как минимум пять тыщ лет назад вымерли!.. Смеешься? — Насчет того, что они вымерли, я очень круто сомневаюсь, Александр Михалыч, — взъерепенился старатель. — Мамонтенок, которого мы сейчас кушаем, замерз стоя и почти мгновенно. Во рту еще был пучок травы. Когда вымыли его из мерзлоты, он был завален немного набок, и мы поставили его на ноги. Мурашки по коже — он стоял как живой!

— Вы ученым сообщили?

— Канээшно! Щас! Если бы полигон не закрыли, то работы приостановили бы точно. И накрылся бы наш заработок медным тазиком! Да и телефона у нас не было, — оправдывался Василий.

— А как же вы рискнули в пищу-то его?..

— Зов предков! Наши пращуры охотились на мамонтов, а тут — вот он стоит, слон свежезамороженный!

Я бензопилой выпилил мякоть из бедра, разрубил на куски, разморозил в холодной воде. Понюхали — душком не тянет. Нарезал ножиком кусок поперек волокон, лоскутами, и в кипяток, котелок — на костер. Сначала варили без специй, только посолили, на пробу. Кстати, пробу снимать решились лишь двое из десяти да мужичок хозяйственный, который взялся откуда-то. Он-то и подарил нам рецепт вареной мамонтятины со специями.

— Что за мужичок? И почему хозяйственный?

— Боря Мутата. Мы и раньше о нем слышали, но дело в том, что в этом краю очень много оригинальных и легендарных личностей. Мы считали, что «мужичок хозяйственный» — легенда. А увидели — сразу поняли, что оригинал. Он попросил разрешения «отстричь мох от монстрика», а взамен...

— Извиняюсь, что за мох?

— Шерсть у мамонтенка... А взамен он подарит нам особый способ приготовления мамонтятины, благодаря которому мясо долго хранится и мы сможем угостить этим блюдом своих родных и знакомых.

— Подарил?

— Закусывай!

- Угу!..

— Ага, показал на коптильню, в которой мы коптили рыбу, и посоветовал коптить мясо, сваренное по его рецепту, два дня. А еще попросил у нас в собственность хобот мамонтенка: «Он все равно вам не нужен».

 — Отдали?

— А на фига нам хобот?

— И кто такой Боря?

— У-у-у... Вопрос до того легкий, что дыхание потерялось! Потомственный старатель. Еще с отцом он мыл золото на речках Кие, Зее, Маме, на ручьях Жерончиках. На реке Колыме, куда он сотоварищи добрался сразу после паводка, впервые воочию увидел взрослого мамонта, вымытого рекой из берега. Это был последний сезон, когда он мыл золото.

Он кипятил на костре ведро воды и ошпаривал мохнатые участки тела мастодонта, потом просто руками собирал шерсть. Он выпаривал собранную шерсть в баньках и высушивал. Высушенной шерстью набивал рюкзак до неподъемного состояния и брался эа следующий рюкзак...

— Зачем ему столько?

— В Благовещенске у него жена. У нее золотые руки. Расчесала, напряла, связала... Он попросил ее связать свитер — она связала: ему — свитер, носки, варежки, шапочку модную; себе — кофточку с ввязанной ленточкой, а с подшерстка — для грудничков пинеточки.

Записался к Мутате секретарь из ЦК на прием, мол, свяжите, пожалуйста, мне жилетку. Боря отказался. Руно кончилось, говорит. «А за доллары?» — «Фиг!» — «Много!» — «...?» — «Очень много!» — «Пжлста!!!» И с этого момента житие Бориса приобрело наклонный характер. Но уже не вниз, а вверх. А позавидуйте ему пожалуйста!

— А с-спасибо!

Загрузка...