Милиционер в юбке, нет — леди в погонах

Лучший участковый уполномоченный ГУВД по Иркутской области Валентина Кирчанова, единственный в Приангарье подполковник милиции среди женщин этой должности,даже в отставке пользуется у жителей почетом и уважением

«Внуки мои — не белоручки»

Кирчанова проработала старшим участковым уполномоченным в селе Карлук 12 лет. За эти годы сумела навести в двухтысячном поселении порядок, добилась от жителей небывалого уважения к милицейскому кителю.

К ней шли за помощью, за советом днем и ночью. Старший инспектор управления службы участковых уполномоченных ГУВД по Иркутской области майор милиции Елена Бутовецкая подтвердила: да, среди женщин-участковых, как работающих, так и отставников, звание подполковника лишь у Валентины Кирчановой.

Добавила при этом шутливо:

— Она у нас одна такая — в своем роде единственная и неповторимая. Валентина Васильевна человек исключительный: решительная, обязательная и неподкупная. Мы очень жалеем, что она ушла в прошлом году на пенсию. Могла бы еще работать. Здоровье у нее хорошее. Ее решение уйти в отставку явилось для всех полной неожиданностью.

— Сколько в области всего участковых?

— На 1 января 2007 года было 770, в том числе 38 женщин. Есть четыре подполковника — все мужчины.

С Валентиной Кирчановой мы встретились сначала в Карлуке, затем — в Иркутске, куда она частенько приезжает проведать сына с дочерью и их детей.

— Внуки мои молодцы — не белоручки, — говорит Валентина Васильевна. — Я за них спокойна — на хлеб себе, став взрослыми, заработают. Мы их сызмальства к труду приучаем. В Карлуке они работают на огороде и подворье вместе со взрослыми.

— Что садите? — полюбопытствовал я.

— Да много чего: картошку, огурцы, помидоры, фруктовые деревья. У меня все овощи на зиму свои. Люблю еще разводить цветы. Сейчас осень, а если бы вы приехали летом, то увидели — все подворье в цветах. Развожу их для красоты, для души. Гладиолусы, георгины, лилии... Когда была участковым, приду после дежурства иной раз вся выжатая как лимон, похожу среди цветов, промеж кустов смородины, малины, крыжовника, жимолости, и усталость проходит.

 Как и все деревенские, моя героиня держит кур, гусей, уток: «На следующий год хочу завести козу». Дети и внуки приезжают в Карлук на выходные. Валентина Васильевна бывает им несказанно рада. Топит баню, готовит свое фирменное блюдо — украинский борщ. Хотя к Украине никакого отношения не имеет.

Генеалогические корни у нее бурятско-польские. Прабабушка, карымка (не чистая бурятка), вышла в свое время замуж за ссыльного поляка. Вот оттуда и пошел ее род: волосы светлые, а брови черные.

Жертвы конопляной чумы

— Как вышло, что вы оказались без мужа? — деликатно спрашиваю я.

— От первого мужа ушла сама, а второй меня бросил, — ответила Валентина Васильевна без обиняков. — Я ведь как жена не сахар. Характер у меня жесткий, мужской.

Тут зазвонил телефон. Кирчанова взяла трубку:

— Что? Да как же я положу его в Иркутске в наркодиспансер, если уже не работаю участковым? Я все понимаю... Да не дави ты на меня. Звони новому участковому, он сейчас дома. Он поможет.

Положила трубку, тяжело вздохнула:

— У нас в Карлуке, как и в других окрестных селах и деревнях, было две главных беды по линии криминала — торговля из-под полы техническим спиртом и наркомания. Сейчас техническим спиртом вроде бы перестали торговать, потому что против тех, кто этим занимается, сразу возбуждаются уголовные дела. А вот в отношении любителей дури, особенно сборщиков дикой конопли, по-прежнему нет строгих мер наказания. Возбуждать уголовные дела по наркотикам становится все сложнее. Законы слишком лояльны к тем, кто заготавливает дурь, и к тем, кто ее продает, потребляет. У простых людей иной раз складывается сегодня впечатление, что в высших эшелонах власти наркоманов берегут и охраняют. С помощью тех же беззубых законов: за сбор, продажу наркотических средств наказания выносятся условные, сроки дают смешные.

— Раньше разве было не так?

— Нет, конечно. Я, как участковый, брала двух понятых, и мы проводили с ними рейды в конопляниках. Ловила сборщиков дури, сама на месте вела дознание, сама оформляла все документы и передавала дело в суд. А сейчас если участковый кого задержал с поличным на поле, то сам ничего оформлять не имеет права. Вызывает из областного центра, из ОВД по Иркутскому району, дознавателя. Пока тот приедет, пройдет часа 2—3. Представляете: участковый все это время должен сидеть в коноплянике с задержанными и ждать. А если дело происходит зимой, при 20—25-градусном морозе?! Дальше волокиты еще больше. Надо везти задержанных в Иркутск, в суд, составлять кучу бумаг... Стоит ли удивляться, что наркоманию у нас никак не победят. Я вот гляжу, в Иркутске они на каждом шагу. Если не ужесточить наказание и не упростить эту работу, то страна окончательно скатится в бездну.

Кирчанова замолкает, курит, долго смотрит в окно.

Вздыхает:

— Жалко молодых парней. Многие подсаживаются на наркоту смолоду, еще и в армии не послужив. Какие из них будут потом защитники Отечества! Некоторые просто умирают. Такие случаи и в Карлуке были.

— В администрации Карлука говорят, что плантации дикой конопли вокруг села постепенно сходят на нет. Ее сильно потравили. Надеются также на фермеров, которые эти участки земли оформляют в собственность и с весны следующего года обещают начать их активную распашку. Ведь там, где земля культурно осваивается, сорняки, к коим относится дикая конопля, не растут.

— Да, это так. Но я говорю о борьбе с наркоманией в более широком смысле. Не факт, что если не станет конопли, то сельская молодежь не сядет на героин, таблетки экстази или другую дурь. Бороться надо со всей наркотой, какая есть, и с явлением как таковым.

— Кто звонил вам сейчас по поводу Иркутского наркодиспансера?

— Одна наша сельчанка. Когда я была участковым, то нередко определяла карлукчан — чьих-то мужей, чьих-то сыновей — лечиться в Иркутский наркодиспансер на бульваре Гагарина. Врачи в этом лечебном учреждении меня хорошо знают. Я уже год как в отставке, а они все звонят — положи да положи.. Но я теперь не могу этого делать, не имею права..

Пока я был у Кирчановой, звонили и заходили еще несколько человек. Кто-то просто посоветоваться, поговорить о наболевшем — по старой памяти; одна пожилая женщина уговаривала Валентину Васильевну потолковать с ее дочерью, которая совсем от рук отбилась, не хочет водиться со своим малолетним ребенком, все на бабушку свалила.

— Поговори, она тебя послушается, — убеждала женщина Кирчанову.

— Поговорю, — обещает хозяйка дома.

А когда гостья уходит, разводит руками:

— Вот так и живу... на пенсии.

У нее было много добровольных помощников

В Карлук героиня моего очерка приехала в 1996 году. А до этого проработала 15 лет в аппарате Иркутского РОВД. Начинала едва ли не с самой низкой должности — инспектора отдела профилактики. И звание у нее было тогда не очень внушительное — сержант. Правда, на момент прибытия в Карлук дослужилась до капитана и была старшим инспектором службы, руководила всеми участковыми Иркутского района. Так что и майора, и подполковника милиции она заработала не в тиши кабинета, а, как говорится, непосредственно на поле боя с преступностью. То есть Валентина Васильевна — подполковник настоящий, не «паркетный» (коих, к сожалению, у нас пруд пруди).

В новую-старую работу Кирчанова вошла легко: знала-то ее хорошо. Расскажу пару эпизодов, чтобы читатель мог лучше представить себе ее характер.

Птицефабрика тогда еще не лежала на боку, но производство на глазах теряло рентабельность и прибыль — из-за многочисленных краж. Воровали все кому не лень. Тащили на свои подворья птицу и яйца, а потом продавали в городе. Учет продукции был поставлен из рук вон плохо. Вот и обратился директор предприятия к Кирчановой за помощью.

Выслеживала она воровскую шайку недолго. Поймала с поличным. Тормознула однажды выехавшую из ворот фабрики машину, когда водитель совершенно этого не ожидал. Заглянула в кузов: лежат 10 коробок нештампованных яиц. Нештампованные — значит украденные. Это и козе было ясно. Потребовала документы — их не было.

Дальше все сделала как положено. Вызвала опергруппу. Та приехала из Иркутска быстро, через полчаса. Нашли дома у одного из трех воришек еще 35 коробок. Подсчитали и удивились: доблестные работяги «птички» сперли у родной фабрики 16,2 тыс. яиц. Если бы успели продать, враз бы разбогатели. Но не успели. Участковый помешал.

 После этого случая больших краж яиц не было. Но птиц стащить фабричные пытались еще не раз. Однажды в воскресенье Кирчанова развела дома стирку. В самый неподходящий момент кончился порошок. В тапках-шлепках и футболке она направилась в магазин. В этот момент из ворот, что напротив ее дома, выезжал на своем личном уазике главный инженер фабрики. Сказал ей: «Садись, подвезу. Мне тоже в магазин».

Как только Валентина Васильевна села в машину, у нее вдруг созрел план — проскочить до предприятия, посмотреть, что там делается. Как будто кто подталкивал ее к этому решению, нашептывал, что надо обязательно съездить на «птичку».

Недалеко от проходной шел навстречу бортовой уазик. Остановили его, заглянули под брезентовый полог — а там куры. Более сотни! Лежат прикрытые и придавленные тяжелой тканью. «Ничего не знаю, — твердил фабричный водитель. — Птичница сказала, что купила для себя, но вывезти в будний день не успела. Вот и попросила сделать это в выходной».

Оказалось, шофер действительно ни при чем. Три птичницы, сговорившись, отсчитали неучтенных кур, выписали на них липовые накладные, и вахтер без проблем груз пропустил. Птичниц осудили, дали по два года условно, а участковый предложила руководству фабрики завести настоящую охрану, заключить договор с охранным агентством. Что и было сделано. Воровство прекратилось. К сожалению, это не спасло некогда мощное и передовое в области предприятие от экономического разорения.

— Я любила появляться, когда меня не ждали: во время отпуска, в праздники, — говорит Валентина Васильевна. — Преступников ловить тогда было легче.

Кирчанову называли за глаза комиссаром в юбке — за строгость, смелость и неподкупность. Но действовала она не одна и рубила не сплеча. У нее было много добровольных помощников — женсовет, дружинники, добропорядочные и желающие жить честно граждане. («Одна я с нарушителями закона ни за что бы не справилась».) Валентине Васильевне активно помогала и глава администрации Карлукского муниципального образования Нина Пискун. Вместе они сидели даже как-то в засаде, ловили преступника — и поймали.

В итоге всем миром добились, что масштабного воровства в Карлуке не стало. Потому что никакому вору от множества глаз сельчан не скрыться. Все равно кто-нибудь да увидит и сообщит об этом участковому. А тот, в свою очередь, добровольных информаторов (доверенных лиц, как теперь принято их называть) никогда не засветит. Это был главный принцип в работе Кирчановой, о чем все знали. Если нарушить его, то никто потом менту ничего не стукнет.

 Воровали в основном наркоманы — как пришлые, так и местные. Или вместе. После развала птицефабрики поля, на которых раньше сеяли хлеб на корма, осиротели. Колхоз приказал долго жить еще раньше. Земля заросла сорняками, дикой коноплей. Сюда и съезжались любители дури, тащили ее мешками. Не брезговали попутно квартирными кражами. Однажды у одной семьи, матери с сыном, ночью сперли видик и магнитофон. Проникли через форточку, пока хозяева были в отъезде. Участковый прикрыла досками следы двух человек, один из которых явно носил сапоги не менее 45-го размера, и вызвала оперативную группу. Эксперт-криминалист подтвердила: да, следы оставлены сапогами 45-го размера. Залезть через форточку человек такой комплекции не мог. Значит, надо искать одновременно и того, кто поменьше.

 Кирчанова с опером отправилась на квартиры подозреваемых, в первую очередь судимых. Беседуя с ними, краем глаза смотрела на обувь. Но обувь ничего существенного не «рассказала». Опергруппа в итоге уехала ни с чем.

 Однако Валентина Васильевна на этом не успокоилась. Провела работу, как она выразилась, со своими секретными информаторами. Один из них вспомнил, что видел, как молодой карлукчанин — пьющий и нигде не работающий — шел по улице с магнитофоном. «Откуда у него магнитофон?» — удивилась участковый.

И тут же направилась к парню домой. Украденный вещдок он показал, во всем сознался. Пришлось опять вызывать опергруппу.

 Сообщник жил в Иркутске. Видик они уже успели там продать. Иркутянин лег на дно, и его объявили в розыск. Но потом все же задержали и обоих осудили.

— Каково это — жить рядом, иногда на одной и той же улице, с подследственными, с теми, кого ловишь за преступления, арестовываешь, отдаешь под суд? — спросил я Валентину Васильевну.

— Работать надо честно. Справедливо. Строго по закону.

И жить тоже честно. Не по лжи. Тогда не стыдно будет людям в глаза смотреть. Я ведь не с ними боролась, а с их неправильным поведением. Они это понимали и зла на меня не держали — за что им обижаться? Совершил преступление — отвечай... Так живут во всем цивилизованном мире. Пора бы и нам привыкнуть. Именно неотвратимость наказания больше всего человека и удерживает от серьезных правонарушений.

 Мне рассказали потом такой случай. Одна деревенская жительница, которую участковый в свое время поймала на воровстве и, естественно, та была за это осуждена, два месяца нянчилась с внуком Валентины Васильевны.

— Это правда? — спросил я Кирчанову.

— Правда. Женщина жила у меня дома. Артема в то время не с кем было оставить, вот она и вызвалась помочь.

— Странно как-то все это, необычно...

— Да у нас тут все странно для вас, городских, — засмеялась моя собеседница. — Мы живем по своим правилам, по деревенским.

 И тряхнула забавно головой с рыжевато-русыми коротко подстриженными волосами. В окно заглянуло солнце. Тонкий лучик скользнул по золотистым сережкам хозяйки, по молодежной футболке, в которую она была одета, и в доме сразу стало как-то тепло, ярко, весело. Валентина Васильевна еще и лихо закурила длинную тонкую дамскую сигарету. Я даже забыл на миг, что передо мной сидит хоть и в отставке, но все же подполковник милиции, бывшая в течение 12 лет грозой наркоманов, пьяниц, хулиганов и мужей-дебоширов.

Белые «Жигули» от губернатора

В 2004 г. Валентина Кирчанова стала победителем областного смотра-конкурса на звание «Лучший по профессии» среди участковых. Из 747 человек самой-самой признали Валентину Кирчанову. Показатели работы у нее оказались высшие с одной стороны, и безоговорочная поддержка населения — с другой. Последнее, согласитесь, бывает нечасто в наши дни. Что греха таить, авторитет милиции сильно пошатнулся, люди ей зачастую не доверяют и даже стали бояться.

Членов жюри смотра-конкурса приятно поразило и то, что Кирчанова задерживая уйму нарушителей, раскрывая и помогая раскрывать преступления, ни разу не применила оружие. Даже в воздух не стреляла. Хотя в «десятку» попадает с расстояния 25 метров. Мирными средствами добилась, что количество преступлений на вверенном ей участке сократилось вдвое. А нераскрытые преступления можно было пересчитать буквально по пальцам.

 Тогдашний губернатор Борис Говорин вручил ей 11 апреля 2005 года ключи от белых «Жигулей» пятой модели. Как победителю конкурса. Служба участковых уполномоченных в ГУВД области ведущая, если хотите — главная. На участковых, особенно сельских, держится многое при раскрытии преступлений. А в деле профилактики правонарушений их и заменить-то, по существу, некем. Они стоят на самом переднем рубеже, а потому и незаменимы.

 В областной администрации награждали тогда и семерых призеров конкурса среди участковых уполномоченных. Все — мужчины. Всем им подарили также цветы, от губернатора. Отдавая дань уважения женщине-победительнице, мужчины цветы передарили ей. А потом устроили даме в погонах царское сопровождение от «серого дома» до ГУВД (на ул. Литвинова). Сотрудник управления капитан милиции Игорь Иванов вел подаренную Кирчановой машину. Впереди и сзади ее сопровождал своеобразный почетный кортеж из двух автомобилей ГИБДД с включенными сиренами.

 Народ, заслышав звук сирен и увидев необычную кавалькаду автомобилей, в удивлении останавливался, смотрел на женщину в милицейском кителе со звездами подполковника, которая смущенно и радостно улыбалась через открытое стекло белых «Жигулей». То, что везут важную персону, поняли все. Всматривались в лицо, пытаясь разглядеть через гору цветов, кто же это. Но лицо было неузнаваемое, незнакомое.

— Опять какая-то шишка прилетела из Москвы, — сердито и громко возмущался мужик на остановке «Филармония», когда машины с мигалками повернули с улицы Ленина на Дзержинского (он как раз хотел в это время перейти дорогу, но ему помешали).

 Валентина Кирчанова слова эти расслышала, и ей стало почему-то смешно. В своей жизни она побывала в разных ипостасях, но вот в образе «шишки из Москвы» оказалась впервые.

13-летний деревенский пинкертон

Страсть к расследованию преступлений у Валентины Кирчановой обнаружилась рано, еще в 13 лет. Она жила тогда с родителями в Бурятии, в селе Турка. Мать работала фельдшером в леспромхозе. Однажды она собралась в кино, открыла комод и ахнула: дорогой по тем временам бостоновый костюм кто-то украл. И еще кое-что из одежды.

 Участковый, молодой лейтенантик Коля Логвиненко, ринулся искать похитителя. И Валю взял с собой. Посадил в коляску мотоцикла «Урал». Подробности рассказывать не стану, дело давнее. Скажу только, что воровку они вычислили. Ею оказалась материна сослуживица. Милиционер потом важно и вполне серьезно сообщил селянам: «Мы с Валюхой преступницу нашли быстро...» С тех пор девчушка и возомнила себя Анискиным. К счастью, не ошиблась в выборе профессии. Попала в яблочко.

Не могу не рассказать о втором человеке, который тоже сыграл в жизни Валентины Васильевны большую роль. Федор Воронин работал в Иркутске начальником Ленинского РОВД, когда в один пасмурный день к нему в кабинет вошла 18-летняя сотрудница Кирчанова и... расплакалась. Он знал, конечно, какую работу Валя выполняла: что-нибудь напечатать, разнести повестки, сбегать туда-сюда. В общем, больше была на побегушках, чем занималась оперативной работой. Разумеется, ей это очень не нравилось.

 А тут еще в отпуск ушла машинистка. Валю, умеющую хорошо печатать, и вовсе загрузили бумажной работой. Секретарь начальника РОВД, видимо, решила, что кипятить чай и относить его в кабинет шефу будет теперь не она, а новая машинистка. Но Валя взбунтовалась и отправилась к начальнику жаловаться. Сказала, всхлипывая: «Я пришла работать милиционером, а не буфетчицей...» «Понятно, — ответил Воронин. И успокоил: — Да ты не плачь. Садись, давай поговорим. Попьешь заодно со мной чаю».

Полчаса они беседовали, пили чай. Вскипятила его, как и в старые добрые времена, секретарша. Шеф запретил ей передоверять эту важную процедуру кому-либо. Говоря проще, отчитал за самодеятельность. А Кирчанова после этого пошла в гору. Занялась настоящей милицейской работой. Ее стали брать на происшествия, кражи.

 Поступила на вечернее отделение юрфака ИГУ. Но до конца не доучилась, бросила вуз из-за того, что вышла замуж, родила детей. Времени катастрофически не хватало. Однако школу милиции (в Новосибирске), как и положено любому стражу порядка, окончила.

Последним ведущим ее по жизни считает нынешнего начальника ОВД по Иркутскому району Олега Парфенова.

Говорит:

— Работать с ним было легко, интересно. Он профессионал, в лучшем смысле этого слова. Все мои инициативы поддерживал.

Я у него многое почерпнула.

 Правда, сам Олег Анатольевич иного мнения. Считает, что все обстояло как раз наоборот. Это он учился у Валентины Васильевны, в бытность свою участковым в Оеке, когда та работала в аппарате РОВД и уже тогда была в коллективе человеком уважаемым и авторитетным. Ее знал весь район.

Уважение людей надо зарабатывать каждодневно

Когда мы продолжили беседу с Валентиной Кирчановой в Иркутске, в доме ее дочери Лены (работницы прокуратуры), нас опять, как и в Карлуке, постоянно прерывали телефонные звонки.

 Был понедельник, 1 октября, День пожилого человека, и карлукчане звонили ей из села, чтобы поздравить, пожелать всего-всего наилучшего. Сначала подала голос пенсионерка Галина Ильинична Грибова, потом — глава администрации Нина Владимировна Пискун, потом еще человек 5—7.

Восьмилетней внучке Насте (дочери Николая — сына, живущего недалеко от Лены, имеющего в городе свой небольшой бизнес) и семилетнему внуку Артему (сыну Лены) разговоры бабушки были тоже интересны. Они каждый раз спрашивали у Валентины Васильевны: «Кто звонил?» Дети ведь много времени проводят в Карлуке, многих знают в лицо.

— Что ты любишь делать дома после занятий в школе? — интересуюсь у Насти.

— Играть на гитаре, — серьезно отвечает она. — Меня папа научил.

— А Артем чем увлекается?

— На компьютере люблю играть, — важно отвечает Артем.

— Он с четырех лет занимается на компьютере, — не без гордости пояснила Валентина Васильевна. — Я компьютер боюсь даже включать. Нас в свое время работать на них не учили. Да и самих компьютеров не было вовсе. А теперь видите — совершенно другое время... Я ведь почему решила уйти в отставку? Надо уметь уступать дорогу молодым.

В Карлуке сейчас участковым уполномоченным работает мой ученик, 23-летний лейтенант милиции Геннадий Турчанинов. Он из местных, хорошо владеет ситуацией, подкован в правовом отношении. У него, конечно, свои методы работы, свой подход к делу... Времена быстро меняются. Вот пришел недавно и радостно так говорит: «Валентина Васильевна, я раскрыл кражу по горячим следам!..» И подробно рассказывает, как это ему удалось сделать.

— Парень на своем месте?

— Да, на своем. Думаю, при старании из него выйдет хороший участковый.

— Жизнь пенсионерки вас не тяготит?

— Нет. Более того, она мне нравится, — засмеялась Кирчанова. — Я теперь не только с внуками больше времени провожу, но и смогла наконец-то по-человечески отдохнуть. Прежде было некогда. Съездила недавно к знакомой китаянке в Поднебесную. Погостила у нее. Впечатления словами не передать. Китай — очень интересная страна. Приглашают друзья и знакомые также в Братск, в Улан-Удэ, во Владивосток, в Ленинградскую область.

— Поедете?

— Хотелось бы. Вот помогу Лене кое-что сделать по дому и съезжу. Я ж еще не старая, мне всего 56 лет, чего киснуть.

— Не жалеете, что жизнь посвятили милиции?

— Не жалею. Милиция мне дала все. Милиция — это моя жизнь, и если начать ее сначала, то я бы снова надела свой китель.

Вот такая она, вчерашний мент в юбке. Жаль только, что настоящих ментов, как, скажем, и настоящих врачей, вообще настоящих профессионалов, у нас не хватает на всех.

Метки:
Загрузка...