Фруктово-овощная отрава

Звери в цирке наотрез отказались грызть китайские фрукты, а мы едим. Почему?

В Иркутске стартовал месячник по проверке ранних овощей и фруктов. Оказалось, что все это «витаминное» изобилие не выдерживает никакой критики. Специалисты Роспотребнадзора и комитета по потребительскому рынку проверили несколько оптовых баз, на которые везут товар из Китая. Итог такой, что комок к горлу подступает: хранятся фрукты-овощи черт знает как, к тому же полностью обезличены — документов на них нет. Соответственно нет и речи об их безопасности. Все это наводит на печальные размышления: какой гадостью напичканы китайские дары лета? Тут и вспомнишь хрестоматийную фразу «Мы есть то, что едим» — настолько же правдивую, насколько и удручающую.

 На оптовой базе в Жилкино жизнь кипит как на восточном базаре. Бесконечным потоком из Китая сюда тянутся многометровые фуры-махины, груженные овощами и фруктами. Из них вытаскивают горы ящиков со сливами и персиками, мешки с перцем, луком, капустой... Всего этого добра столько, что кажется — полмира можно накормить и еще с лихвой останется. Но нет — все съест Иркутск. Вокруг суетятся верткие грузчики, что-то выкрикивают друг другу продавцы-южане, по складам бегают покупатели... Движение в этом коммерческом муравейнике не затихает ни на секунду на протяжении светового дня. Но, стоило инспекторам зайти на один из складов и спросить документы, по базе прокатился шепот: «Проверка!!!» Первыми убежали китайцы — попрятались по машинам, потом куда-то делся остальной торговый народ. Как выяснилось — не зря.
«Ташкентские» помидоры... из Хомутово
 В большом помещении склада высятся коробки с яблоками, рядом — ворохом, в грязных сетках — навалена капуста, тут же валяется мусор, огрызки, доски. Откуда-то появляется мужик с метлой и большущим совком — начинает спешно все это убирать.
— Захламленность ужасная, — продирается через грязь специалист Роспотребнадзора Светлана Евгеньевна Лекомцева, эксперт отдела надзора за питанием населения. — Наверное, тут мышей и крыс полно. А они ведь переносят псевдотуберкулез и другие болезни!
 Ее коллега из комитета по потребительскому рынку Юлия Рехванова тем временем рассматривает упаковки с яблоками и лимонами. На них — никаких опознавательных знаков. Какая дата сбора-упаковки, где выращены и где значок соответствия? Все эти вопросы повисают в воздухе. Кладовщик Надя ведет проверяющих во второе помещение. Измерить здесь температуру не получается.
— Термометр сломался, — вздыхает Надя.
У меня режет в глазах от красного. В коробках проложенные нашими иркутскими газетками (а ведь типографская краска содержит цинк! — Авт.) лежат наливные помидоры. На картоне опять же никаких сведений.
— Это не наш товар, — сообщает кладовщик. Откуда? Не знаю. Кто хозяин — тоже не знаю, какие-то нерусские.
— Кстати, сейчас на рынках эти помидоры выдают за ташкентские, — говорит Светлана Евгеньевна, — соответственно и цену рисуют приличную. Хотя они наши, местные. Скорее всего, из Хомутово. Они вообще до Иркутска не доезжают. Это раньше ташкентские фрукты-овощи к нам завозили самолетами. Сейчас дорого, невыгодно. Ну а если поездом, предприниматель довезет одну гниль. Поэтому все помидоры, яблоки или груши с пометкой «Только что из Ташкента» — китайские. Для Иркутска вообще характерна экспансия китайских фруктов — 90% рынка. Например, одна лишь провинция Шандонг поставляет больше яблок, чем вся Европа, и, как вы понимаете, дело здесь далеко не в климате.
Откуда капуста?
С Китая, вестимо
Дальше ситуация напоминает допрос партизана: ничего не видел, ничего не знаю.
 «Чья капуста?» — «Не наша». «А откуда лимоны?» — «М-м-м, по-моему, из Европы». — «А капуста...» Документов, подтверждающих безопасность продукции, не оказывается. Нет и сертификатов. Девушка-кладовщик вызывает по телефону начальство. Минут через пятнадцать появляется паренек, представляется менеджером. Но он тоже винтик в очень прибыльном фруктово-овощном бизнесе и на вопросы инспекторов отвечает туманно: «Не можем никаких документов добиться от китайской стороны. Правда, есть документ о фитосанитарном контроле яблок».
— Никакой силы он не имеет, — знакомится с бумажкой Светлана Лекомцева, — непонятно, на какую партию выдан. Как можно связать этот документ с товаром! Это все равно что прийти в банк снимать деньги, а в паспорте не будет фотографии. Но ведь с фруктами-овощами не шутят! Здесь дело пахнет нитратами. Посмотрите на эту капусту — откуда она приплыла? То ли из Хомутово, то ли из Китая. Чем ее удобряли? Видно, что выращена на нитратах — на сто рядов «выгнанная». Вообще, по логике, фитоконтроль должен проводиться на таможне. А все эти фуры запросто проходят две таможни — Читинскую и Забайкальскую — без обязательного пакета документов на товар! Раньше мы пробовали устраивать рейды по маленьким магазинчикам, но что толку — все нарушения идут по цепочке от оптовиков.
Специалист составляет протокол. В черный список попадают и 45 сеток неопознанной капусты, и помидоры неясного происхождения, и сомнительные яблоки.
— Снять товар с реализации мы не полномочны, — объясняет мне Светлана Лекомцева. — Можем только приостановить. Ну а продавец вправе решать — сделать возврат поставщику и в дальнейшем брать товар только с документами, можно вызвать самого поставщика и промаркировать продукцию на месте или ликвидировать ее. В любом случае по итогам этого нам предоставляют документ. Плюс собственник товара должен заплатить штраф — от 40 до 50 тысяч рублей. Сейчас с этим строго: не захочет платить — подключаются судебные приставы.
Яблочки
для Белоснежки
На соседнем складе дело обстояло и того хуже. Там фруктово-овощным бизнесом заправляют китайцы. Сейчас у них огуречная страда. Кругом куча коробок. Опять же все овощи неопознанные, весы — топорные.
Собственник Гао Лянь отказывается говорить по-русски, машет руками:
— Не понимай, не понимай!
Ему вручают акт и повестку явиться в комитет по потребительскому рынку. Но придет ли Лянь — очень сомнительно.
— Китайцы ведут себя очень нагло, — говорят проверяющие. — Мы не знаем, как с ними бороться: на комиссию не являются или снова совершают те же нарушения. С каждым годом все хуже. Наше законодательство настолько несовершенно — нет возможности их приструнить. Понятно, что Иркутск для Китая торговая Мекка. И что китайцы губят нас потихоньку своей продукцией — это точно. Вот цирк недавно в Иркутск приехал — так обезьянки наотрез отказались есть китайские фрукты, все дни питались только марокканскими апельсинами. Неспроста ведь. А у знакомых собака, обожающая морковь (за местную, огородную, готова душу продать), от китайской, поджав хвост, прячется под стол. Ее понять можно — жить хочется.
Мне же вспоминается рассказ моего знакомого, частного предпринимателя. Он часто мотается в Поднебесную в командировки. И однажды с партнерами по бизнесу ему довелось побывать на фруктовой плантации. Тянулась она почти до самого горизонта — белая, вся облитая химикатами. Над ней стоял удушливый смог. А между деревьями ходили бабушки в марлевых повязках, с огромными ведрами на спине, и опрыскивали, опрыскивали, опрыскивали... Это была плантация «на импорт». В своих же, экспортных, садах — зеленые листики, каждый плод упаковывают в бумажный мешочек. За две недели до сбора эту упаковочку снимают, и яблочки набирают цвет. Все фрукты чистые — никаких нитратов, никаких гербицидов. Съедают их внутри страны. Фрукты с опасной начинкой идут в Россию. В частности, в Иркутск — бездонный рынок сбыта. Иркутяне ведь все съедят.
Жертвы химикатов
Со склада мы выходим на улицу. Здесь, как и два часа назад, шумят фуры и дюжие мужики выгружают сладкий товар. Вот черешня, вот персики и нектарины. Отсюда, со складов, они разъедутся по супермаркетам, магазинам и магазинчикам. И тут чувствуется даже не коммерческий, а политико-стратегический замысел. Лет этак через ...дцать проблема, как расселить китайцев по территории России и при этом не получить ядерную оплеуху, отпадет для Поднебесной сама собой. После систематического поедания китайских фруктов и овощей наша жизнь сократится до минимума. А быть может, мы и вовсе исчезнем как нация. И в учебниках истории напишут: «Пали жертвами биологическо-химической войны».

Метки:
baikalpress_id:  34 442