Старший матрос рисует войну

— Это мой эсминец «Разящий», — показывает свою картину ветеран войны усольчанин Анатолий Иванович Кузьмин.

Эскадренный миноносец «Разящий», защитник крупных кораблей, уверенно разрезает голубые волны.

— Я нарисовал его два года назад, по памяти. Но это точная копия «Разящего», могу поспорить. Расположение всех орудий на боевом корабле помню до сих пор.

Картина «Эсминец «Разящий» в красивой золоченой рамке висит над кроватью старшего матроса Тихоокеанского флота Анатолия Ивановича Кузьмина. О «Разящем» он рассказывает вдохновенно, можно сказать — поэтично.

— Да, война — это горе, страх, кровь. Но ведь это еще и наша молодость, лучшие годы жизни. А у меня они связаны с «Разящим».

В свои 82 года Анатолий Иванович в прекрасной физической форме, чувствуется флотская закалка.

— Сейчас я вместо физкультуры по нескольку раз в день поднимаюсь по лестнице на пятый этаж, — отвечает на мое любопытство ветеран. — Когда попал на флот 17-летним парнишкой, то при росте 182 сантиметра и весе 45 кг на турнике болтался как сосиска. А физическая выносливость — главное для матроса, чтобы никакой девятый вал не мог сбить с ног.

Настоящий моряк

...В 41-м Анатолию Ивановичу исполнилось 14 лет. О фронте он только мечтал. Как и многие подростки военного времени, пошел работать токарем на завод тяжелого машиностроения, который эвакуировали в Красноярск из центральной части страны. Малолетние ребятишки по 18 часов стояли у станков, вытачивали снаряды, мины, авиабомбы. Детей кормили прямо в цехах, на этих же станках, чтобы ни на минуту не останавливать производство. Спали тут же, в бытовках. Месяцами не выходили с территории завода.

Свое 17-летие Анатолий Иванович твердо решил встретить на фронте. Пришел в военкомат. Пристроился к колонне новобранцев, но его тут же вычислили. «Не рановато ли на фронт? — спросил лейтенант, который руководил погрузкой новоиспеченных солдат. «Мне уже семнадцать, — уверенно отчеканил долговязый мальчишка. — Не возьмете — все равно убегу на фронт». Лейтенант посмотрел на целеустремленного юнца: такой своего добьется! Взял ручку, лист бумаги. Набросал несколько слов и протянул записку Анатолию Ивановичу: «На вот, отдашь военкому».

Через сутки Анатолий Иванович ехал в эшелоне на восток. Распределили на остров Русский, в электромеханическую школу, которая готовила электриков, турбинистов, машинистов для флота.

— Через полтора месяца приняли присягу. Выдали нам ленточки с надписью «Тихоокеанский флот». Какое счастье — я настоящий моряк! А в 44-м меня определили на военный корабль «Разящий».

Последняя точка в Великой Отечественной

К началу войны Япония имела хорошо вооруженную сухопутную армию и солидный военно-морской флот. Наши военно-морские силы уступали японскому флоту по вооружению.

На эсминце «Разящий» старший матрос Анатолий Кузьмин освобождал Курильские острова от японских милитаристов. Ключевой позицией японцев был остров Шумшу (по-японски — Симусю). Все побережье острова покрыто дотами и дзотами, связанными между собой подземными ходами и траншеями. Склады, электростанции, госпитали — все это находилось под землей на глубине до 50 метров. Противник оказывал яростное сопротивление. Во время боев за остров Шумшу Анатолий Николаевич получил ранение в ногу.

2 сентября 1945 года в Токийском заливе на борту американского линкора «Миссури» был подписан акт о безоговорочной капитуляции Японии. Война с Японией вошла в историю как самая короткая, поскольку длилась меньше месяца. Но именно она поставила точку в Великой Отечественной войне.

Творческая мастерская в гараже

Квартиру Анатолия Ивановича украшают несколько его картин — речка Мана, впадающая в Енисей, копия полотна Айвазовского «Пушкин».

— А когда мольберт и палитра стали вашим основным занятием в жизни? Вы ведь металлург и профессионального образования по изобразительному искусству не имеете...

— Да, я работал металлургом на красноярском заводе Сибэлектросталь. Творчеством всерьез я стал заниматься, когда переехал в Усолье-Сибирское. В 70-е годы пришел работать художником на химстроймонтаж (машиностроительное предприятие в г. Усолье-Сибирском). Здесь уже полностью раскрылся мой творческий потенциал. Раньше ведь художник был на каждом предприятии. Здесь подобрались талантливые ребята, которые не только хорошо умели работать, но и о душе не забывали: творили, пели, рисовали, писали стихи, выступали с самодеятельностью. И я заряжался от них энергетикой, черпал вдохновение.

За все время Анатолий Иванович принципиально не продал ни одной картины. Дарил друзьям, знакомым.

— Сейчас дома я не рисую. Два года назад продал «Запорожец», дачу, оборудовал гараж под творческую мастерскую и вместо огородных грядок провожу свое время здесь.

Анатолий Иванович открывает свою мастерскую-гараж. На мольберте — неоконченный пейзаж. На старом диване — запылившиеся полотна без рамок.

— Здесь моя обитель, моя отдушина. Я сажусь за мольберт, и мыслями я снова на «Разящем». И мне кажется, что как прежде я старший матрос.

Метки:
baikalpress_id:  7 386