Горе по собственной инициативе

Картина повторяется из года в год. Пожарные смозолили язык, предупреждая, упрашивая, чтобы не жгли траву. Однако жители многих сел и деревень, извините, похожи на учеников коррекционных школ, до которых не доходят инструкции. И это несмотря на горькие уроки прошлых лет. Вспомните выгоревшее Боровое Куйтунского района, Глинки Зиминского района. И вот опять область задыхается в дыму. Самый крупный пожар в этом сезоне произошел в Нижнеудинском районе.

Огонь на околицу Худоеланского пришел 3 мая из леса с палом травы - загорелись опилки на месте бывшего леспромхоза. Горючий отвал существовал с 1927 года, с того момента как было организовано лесоперерабатывающее предприятие. По словам местных жителей, опилки на том месте горели чуть ли не каждый год, но во времена существования леспромхоза и полноценной пожарной команды в поселке их добросовестно проливали водой и поселку пламя не угрожало.

Привыкшие к постоянному дыму с территории свалки, люди в этот злополучный день ничего не заподозрили. По радио и телевизору передавали репортажи о лесных пожарах, об угрозах населенным пунктам, но все это было далеко от жителей улиц 2-й Лесной и Водопроводной поселка Худоеланского. Не насторожило жителей и предупреждение об усилении ветра - до тлевших опилок было больше полутора километров.

"Проливаем один дом - тут же загорается другой"

Однако оказалось, что для разбушевавшейся стихии это ничто. Огонь за считанные минуты прошел тысячу метров и перекинулся на жилые дома. Строения вспыхивали одно за другим. Пожарный расчет до прихода помощи даже теоретически не смог бы быстро справиться с огнем. Потом пришли две машины из Нижнеудинска, расчеты пожарной команды из танковой дивизии, а также из поселков Ук, Шумский. Была запрошена помощь из Тулунского района, но там и своих очагов было больше чем предостаточно. Зато вовремя подошли два пожарных поезда Восточно-Сибирской железной дороги - зиминский и нижнеудинский. Именно с них закачивали воду, но и сами бойцы пожарного поезда не остались безучастными и принимали активное участие в тушение пожара.

- Спасибо пожарным, и это не только мое мнение, - говорит Виктор Плосконос, местный житель. - Если бы не они, то огонь пошел бы дальше и было бы больше сгоревших домов, ничего бы не осталось. По небу летали чуть ли не бревна... Вот среди этого ада мы видели оранжевые куртки пожарных. Я, к примеру, уже перевозил вещи к родственникам, так как не надеялся, что спасут мой дом: уже дымились кровля и стены. Однако мой дом цел. Всю ночь я дежурил возле ограды, обливал стены дома и забор. Сосед через дорогу успел спасти только "Москвич" и документы. Как был в рубашке, в ней и остался - больше ничего не осталось. Теперь ночует в машине.

Утром на участников тушения было страшно смотреть: грязные боевки, такого же цвета лица с воспаленными от бессонницы и жары глазами. Возможно, кто-то скажет, что плохо работали, мол, сгорело 16 домов. Но тот, кто видел, что творилось на окраине поселка в то время, наверняка будет иметь другое мнение. Впрочем, разбор столь масштабного пожара еще впереди.

Сейчас уже ясно, что трагедии можно было избежать. На территории бывшего леспромхоза, откуда и пришел огонь, расположилась частная коммерческая лесоперерабатывающая фирма, которой еще 28 апреля Госпожнадзор выписал предписание потушить тлеющие опилки. Но указание фирма проигнорировала.

Вспоминает Петр Грейцер, начальник военной пожарной команды Нижнеудинского гарнизона:

- Тут кошмар творился. Прольем один дом - начинает тлеть другой, возвращаемся к нему. Солдатам, отстоявшим часть улицы, потом местные жители в качестве благодарности приносили продукты питания, хотя полевая кухня у нас работала. Напуганные пожаром люди просили пожарных не уезжать. И понятно - опилки продолжали тлеть. Лишь на следующий день к месту пожара подтянули тяжелую технику, которая разравнивала кучи мусора и опилки, а пожарные проливали тлеющие места.

- Ситуация, конечно, сложная, но мы делаем все возможное, - говорит Сергей Худоногов, глава администрации Нижнеудинского района. - Задействованы все резервы района. Помощь погорельцам окажут как поселковая администрация, так и районная. В самом Худоеланском есть 11 брошенных домов, которые и заселят погорельцы, а мы им поможем в ремонте брошенных усадеб. Никто без помощи не останется. Будем просить помощи также у области и у коммерческих фирм. Понятно, что полностью компенсировать потери населения мы не сможем, да и сами жители не думали о трагедии - почти все дома не были застрахованы.

По похожему сценарию развивались события в поселке Мамоны под Иркутском. Предположительно, пал травы стал причиной крупного пожара. За два часа огонь успел уничтожить шесть строений: жилой дом на двух хозяев, две бани, стайку, гараж и зимовье. Пожарные отстояли стоящие рядом жилые дома, в том числе пятиквартирный барак. В селе Альбин Тулунского района из-за неосторожного обращения с огнем сгорело 11 строений. Кроме этого, по состоянию на 7 мая, в 16 районах Иркутской области действует 102 лесных пожара на общей площади более 4214 гектаров.

Как долго будем задыхаться?

Прогноз синоптиков неутешителен. К концу месяца в южных территориях уровень пожароопасности может достигнуть высшего, пятого класса. По словам руководителя Иркутского межрегионального территориального управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Леонида Проховника, по данным на субботу, в ряде районов достигнут четвертый (высокий) класс пожароопасности. К ним, в частности, относятся Иркутский, Ангарский, Усольский, Черемховский, Заларинский районы и территория Усть-Ордынского Бурятского автономного округа.

В мае осадков ожидается меньше нормы, выше - только в северных территориях. В июне будет холоднее на 1-2 градуса, осадков больше нормы. Огонь к тому времени сместится на север, и к концу месяца в северных территориях пожароопасность может достигнуть пятого класса.

Загрузка...