По вражеским позициям - из фоторужья

Основной задачей разведчика Бориса Чарного являлась качественная съемка передовой фашистов

Во время войны иркутянин Борис Чарный обладал редкой профессией фоторазведчика, он обеспечивал наши войска качественными снимками вражеских позиций. Сибиряк просто не имел права стрелять по фашистам, даже с близкого расстояния, дабы не обнаружить всю группу.

Заводя разговор о ветеранах, мы автоматически представляем себе, как они ходили в атаку или оборонялись. А вот иркутянин Борис Чарный "расстреливал" укрепления неприятеля из фотоаппарата с мощной оптикой. Борис Моисеевич являлся представителем редкой военной специальности - фоторазведчиком. И от того, насколько качественно делал сибиряк свою работу, напрямую зависел успех наступления Красной Армии.

Отслужив в погранвойсках на Сахалине, в декабре 1940 года Борис Чарный вернулся в Иркутск, продолжил свою работу в артели "Фото". Через полгода началась война. Чарного призвали в июле 1941-го - в пограничный кавалерийский полк, переброшенный вскоре в Мары Туркменской республики, а затем - в Златоуст, где формировалась новая пограничная 70-я армия, состоявшая из сибиряков.

В 1943-м 70-я армия начала свой боевой путь на Курской дуге. С этого момента и до конца войны основным оружием старшего сержанта, помощника командира взвода наземной фоторазведки, Бориса Чарного стала разведывательная фотокамера.

Главная задача фоторазведки - предоставить нашей артиллерии качественный панорамный снимок переднего края обороны противника. Разведгруппа из 4-5 бойцов, один из которых фотограф, ночью уходила на нейтральную полосу, часто заминированную. Подобравшись к фашистским позициям максимально близко, окапывались. Фотограф устанавливал камеру на штатив, затаившись, группа ждала рассвета. В ранних утренних лучах Чарный ловил в объектив заданный ориентир, устанавливал резкость, выдержку и - опять на дно окопа, ждать хорошего освещения.

Фоторужье устроено таким образом, что после каждого снимка объектив автоматически поворачивался на один градус. 36 кадров - сектор отснят.
И снова ожидание - теперь уже ночи, когда один из бойцов уносит отснятую пленку для обработки, остальные - на другой участок, "обстреливать" следующие позиции. Лишь на третью ночь, а то и на четвертую, группа в полном составе возвращалась к своим. Возвращалась, если уцелеет.

Борис Моисеевич вспоминал:

- Нам, наземным фоторазведчикам, приходилось снимать при ясной солнечной погоде под самым носом у фашистов, иногда на расстоянии 100 метров. Снимали доты, дзоты, блиндажи и другие оборонительные сооружения - словом, все то, что мог схватить объектив наземной аппаратуры. Приходилось фотографировать под минометным обстрелом, бомбежкой и артиллерийским огнем, а также под прицелом вражеских снайперов-кукушек, которые тоже вели наблюдения.

Все пленки обрабатывались потом в специальных передвижных автомашинах-фотолабораториях, и весь материал передавался в разведотдел
70-й армии для привязки к местности топографами и использовался для подавления огневых позиций силами тяжелой артиллерии.

Старший сержант Чарный брал Брест, Штеттин, Варшаву, Берлин. Тринадцать наград, грамоты и благодарности от Верховного главнокомандующего.

Сибиряк отснял километры пленки, напечатал тысячи фотографий, на которых не только вражеские позиции. Одним из самых удачных снимков Бориса Чарного стала фотография встречи с американскими солдатами. Она сделана в мае 1945 года в Потсдаме, возле здания гусарского военного училища.

Вот что рассказывал об этом сам Борис Моисеевич:

- К примеру, встреча в Потсдаме. Подготовленная мною скрытая камера запечатлела встречу советских воинов и их тогдашних соратников по оружию - американцев. В этой группе нахожусь и я. Как все произошло? В выходной день я и командир разведки артдивизиона майор Мирошниченко встретили американских солдат. Молодые ребята с интересом поглядывали на нас, одобрительно кивали головами. Мы не знали английского, американцы - русского языка, но поняли друг друга. Язык мира известен всем.

Не менее впечатляюще выглядит снимок, сделанный на улицах Берлина. Обороняясь, фашисты выставили даже громоздкие танки Первой мировой войны - правда, неизвестно, стреляли эти монстры или нет.

После войны Борис Моисеевич Чарный вернулся в Иркутск. Женился, работал в центральной лаборатории ИЗТМ. Вырастил сына и дочь. Борис Моисеевич умер в 1991 году, но остались фотографии. Его дочь Вера Борисовна бережно хранит все снимки в память об отце. И каждый год 9 Мая она обязательно идет к Вечному огню с цветами.

Метки:
baikalpress_id:  7 344