Рассол без огурцов

Задавленные тарифами энергетиков, усть-илимские овощеводы надеются только на президента

"Национальный проект "Развитие агропромышленного комплекса" под угрозой срыва. Только 2 процента фермеров и 0,5 процента владельцев личных подсобных хозяйств воспользовались предоставленными государством возможностями. Основные проблемы - неотрегулированные земельные отношения, рост цен на ГСМ и энергоресурсы, сбыт сельхозпродукции и другие - не решены и поныне. За годы перестройки в сельском хозяйстве страны произошел огромный провал".

Это лишь небольшая цитата из письма коллектива ЗАО "Ангара" (Усть-Илимск), направленного недавно главе российского государства Владимиру Владимировичу Путину. Производители сельхозпродукции ставят вопрос с крестьянской прямотой и откровенностью: дальше так жить нельзя, надо что-то делать. И предлагают свой план обустройства нынешней российской сельхоздействительности.

Импорт решает все

Директор "Ангары" Ирина Викторовна Бондаренко - женщина решительная. Из тех, что и коня на скаку, и, если надо, в горящую избу без страха и сомнений. А тут не изба горит - дело, которому посвящена вся сознательная жизнь, на грани развала. Собственно, письму президенту предшествовало выступление Бондаренко на заседании круглого стола по сельскому хозяйству в рамках недавнего экономического форума в Иркутске, где она ударила цифрами по российскому сельхозбезобразию.

Крестьянину сегодня практически невозможно реализовать свою продукцию. Основная причина - небывалый рост импорта, который обрушил закупочные цены на мясо и овощи. Объявленная закупочная цена тонны продовольственной пшеницы составляет сейчас 3100 рублей, фактически это соответствует уровню 2000 года и в два раза ниже цены 2004 года.

При этом затраты на сельхозпродукцию растут стремительно. С 2000-го по 2006-й цена дизельного топлива и бензина выросла в 2,5 раза, электроэнергии - в 3 раза, тепловой энергии - в 6, удобрений - в 4 с лишним, железнодорожные тарифы тоже в 4 раза. Цены на овощи за этот же период выросли всего вдвое, молоко - в 1,8 раза.

Вместо обуздания монополистов борьба с инфляцией ведется за счет крестьян - беднейшей части населения страны. Спрашивается: как без доходов обновлять технику? На что покупать топливо, удобрения, семена? Как рассчитываться по кредитам? Как выбраться из нищеты?

Ответы на эти вопросы Ирина Викторовна Бондаренко изложила в письме президенту.

Япония нам не указ

Агрофирма "Ангара" четверть века занимается производством молока и овощей. Сегодня здесь трудятся 386 человек, в основном женщины. Треть коллектива "Ангары" - молодежь до 30 лет, много приезжих из ближайших сел, деревень.

В 2000 году хозяйство стало рентабельным, но радовались устьилимцы недолго. Уровень рентабельности ежегодно снижается, к 2005 году он составил 14 процентов, ближайший прогноз - 10 процентов (по животноводству). Производство овощей в защищенном грунте сегодня убыточно.

- Ничего удивительного тут нет, - утверждает Бондаренко. - Цены на тепловую энергию выросли к 1990 году в 78 раз, а на овощи - в 3,5 раза. Заработную плату людям платим по остаточному принципу, и ее доля в себестоимости продукции с каждым годом становится все меньше: с 27 процентов в 1995-2002 годах до 13 процентов в нынешнем. Основная часть расходов - услуги естественных монополий - изымают львиную долю оборотных средств.

Усть-илимская "Ангара" - одно из нескольких крупных сельхозпредприятий области, сохранивших теплицы во время всеобщей перестроечной разрухи. На шести гектарах защищенного грунта здесь выращивают ранние овощи: первые огурчики "Ангара" продает уже в конце февраля, через месяц на прилавок поступают перцы, еще через месяц, в апреле, - томаты. Производство овощной продукции занятие энергоемкое, потому рост тарифов на тепловую и электрическую энергию - постоянная головная боль овощеводов.

- За последние 15 лет из нас выжали все, что только можно, лишили всех внутренних резервов, - говорит Бондаренко. - А потом стали кричать: сельское хозяйство убыточно, это черная дыра, куда уходят государственные деньги! Почему же во всем мире сельскохозяйственное производство дотируется государством? Богатейшая Япония, к примеру, могла бы купить рис на мировом рынке в три раза дешевле, но нет - приобретает его внутри страны. Нет ни одного государства, где не дотируют сельское хозяйство. Где не дотируют, там его попросту нет. У нас остаются только нефть, газ и лес, все остальное для экономики Грефа невыгодно.

Но потребитель оттого богаче не становится. Люди экономят на еде, стараются купить продукты низкого качества, подешевле. В итоге - больное население страны, падение рождаемости, рост смертности и прочие российские реалии.

Кстати, прожиточный минимум в Усть-Илимске - 3100 рублей. И здесь постановление о бесплатном детском молочном питании (его получают усть-илимские малыши не старше двух лет из необеспеченных семей) - весомое подспорье для многих молодых родителей. В России таких городов раз, два - и обчелся, детей кормят чем попало, в том числе и сухим молоком или из тетрапакетов. Откуда же нам взять здоровое население?

Идет война народная

До 1995 года российские производители овощей в защищенном грунте получали

50-процентную компенсацию из федерального бюджета на оплату тепло- и электроэнергии.

В 96-м эти функции передали субъектам федерации, которые, разумеется, отменили льготу. Производители огурцов-помидоров остались один на один с отлаженной, выстроенной и отлично финансируемой сельхозполитикой развитых зарубежных стран. И, не выдержав конкуренции, закрывались один за другим.

Агрофирма "Ангара" год от года наращивает производство овощей, но тягаться с теми же китайцами или таджиками оказалось не под силу и ей.

В Иркутской области осталось три крупных тепличных хозяйства: Ангарское, Братское и Усть-Илимское, та самая "Ангара".

- Наша продукция под постоянным контролем: какие удобрения купили, какие семена посеяли, чем обработали, на какой земле посеяли, чем полили, и т. д. - за все отчитайся. А те же китайцы выращивают неизвестно что, непонятно где, удобряют неизвестно чем, почти без контроля, без тщательных проверок.

"Современных лабораторий, где можно было бы вовремя выявить китайские химические препараты, стимуляторы роста, генетически модифицированные гибриды и вредные для человека пестициды, у нас нет, в существующих оборудование давно устарело. Устарели и система ГОСТов, и технологические регламенты. Ввозные пошлины на импортные овощи очень низкие". Это тоже цитата из письма усть-илимских сельхозпроизводителей президенту.

Дешевизна китайских или таджикских овощей - блеф.

В этом Ирина Викторовна Бондаренко давно убедилась на собственном опыте. Когда импортная продукция выходит на российский рынок, оптовая цена немедленно падает. А торговля накручивает 100 или даже 200 процентов, берет сертификат той же "Ангары" и по нему продает китайские огурцы но с двойным или тройным наваром. В итоге люди берут тот же сомнительный импортный продукт по цене родного, российского.

- В прошлом году я заинтересовалась, - рассказывает Бондаренко, - почему весной в Красноярском крае (мы поставляем им свою продукцию) резко упала цена на огурцы. Оказалось, недавно там получили большую партию овощей из Таджикистана, которые продавали задешево - вместе с этой партией поступило несколько килограммов героина, и все, что можно получить от этих поставок, уже получили. Ценность огурцов была нулевая, их можно было спокойно выкинуть на свалку, но они все же поступили в продажу. По ТВ, кстати, показали несколько подобных сюжетов. Значит, героин в огурцах был кому-то нужен?

Кстати, доклад представителя сельхозминистерства Китая на том же иркутском БЭФе назывался так: "О сельском хозяйстве Китая и развитии сельского хозяйства в Сибири и на Дальнем Востоке". Ни больше ни меньше. Вот уже и китайцы учат, как нам обустроить Россию, вернее - как они хотят обустроить нашу страну. В своих, китайских целях, разумеется.

Загрузка...