Неизвестная авиакатастрофа под Иркутском

Трагедия, о которой молчали советские газеты, произошла 9 февраля 1976 года. Ту-104 рухнул на землю, едва набрав высоту

Интернет пестрит перечислением авиакатастроф, ежегодная статистика выдает ужасные цифры. Меня на сайты об авиакатастрофах привела февральская трагедия 1976 года в Иркутске - Ту-104, едва набрав высоту, рухнул недалеко от аэропорта областного центра, под поселком Пивовариха. Увы, никаких сведений об истории 30-летней давности всемирная паутина не дала, видимо, ей не хватило информации, которая в 70-е годы приравнивалась если не к государственной тайне, то к грифу "ДСП" (для служебного пользования). В информационном эфире о той февральской катастрофе - молчок! Более того, исследовав областные газеты того времени - "Восточку" и "Молодежку", - я не нашел ни единой строчки о произошедшей трагедии. Вот что значит "партийная пресса": люди должны были знать только то, что им позволяли. Пришлось разыскивать очевидцев.

Рейс Иркутск-Ленинград

 Ту-104, следовавший рейсом Иркутск - Ленинград, ранним утром 9 февраля 1976 года рухнул при взлете с высоты 200 - 300 метров с полными баками горючего. Летчики и пассажиры в первом салоне погибли сразу. Ангарчанки Лена Короленко и ее подруга Галя Газинская, студентки Иркутского иняза, сидели в первом ряду второго салона. Галю выкинуло из кресла, и она погибла в одно мгновение, придавленная обломками. Лена осталась жива, но из ее разорванного финского сапога торчала кость, сломанная как спичка.

 Весь Иркутск в тот день стоял на ушах. В утренних автобусах, трамваях, на рынках, в магазинах, в институтах только и было разговоров о крушении самолета в аэропорту. По улицам неслись "неотложки", дикий рев сирен вносил тревогу в души горожан. Одна из машин "Скорой помощи", заполненная оставшимися в живых пассажирами, торопясь в больницу, на огромной скорости врезалась в автомобиль. Все авиапассажиры погибли в дорожном происшествии. Судьба...

 Друзья-одногруппники по английскому факультету бросились разыскивать Лену и Галю. К этому времени по городу ходили слухи об оставшихся в живых 60 - 70 человеках из второго салона. Говорили даже, что нашлись такие смельчаки из спасшихся, которые в тот же день перерегистрировали свои билеты на следующий рейс и улетели, несмотря на перенесенный ужас.

 Как рассказал ангарчанин Никита Ганжуров, Галю нашли утром следующего дня в морге - красавицу с длинными густыми волосами и глубокими печальными черными глазами опознал жених. Лены там не было. После бурных поисков и телефонных переговоров ее нашли в институте травматологии. Лене сделали операцию, и она находилась в бессознательном состоянии. Весь иняз пересказывал историю о двух подружках-третьекурсницах, полетевших после сессии на зимние каникулы в Ленинград посмотреть музеи и отдохнуть перед заключительным семестром тем самым роковым рейсом. Для однокурсников Лена Короленко всегда была "зажигалкой", от которой воспламенялись люди, наполнялись ее энергией и жизнелюбием. Меланхоличная Галя Газинская была полным антиподом подруги, но недаром считается, что противоположности притягиваются.

 Сейчас Елена живет в Красноярске. При любом удобном случае она приезжает в гости к маме и сестре Вале в Ангарск. Следующий ее приезд ожидается в Новый год.

"Лена разбилась!"

 Сестра Лены, Валентина Петровна, учитель ангарской школы № 2, хорошо помнит день авиакатастрофы. Она была в Ангарске на каникулах. В дверь позвонили - на пороге стояла мама, на ней не было лица, она сразу сильно постарела. Ее первыми словами были: "Лена разбилась".

 Когда ранним утром на работе женщине сообщили об аварии в Иркутске и о гибели дочери, она завыла как волчица. Людей из магазина, где она работала, срочно вывели, магазин закрыли, незамедлительно вызвали "Скорую помощь". Тут же было решено ехать в Иркутск на машине директора магазина. В аэропорту списков спасшихся не было, в штабе спасения посоветовали проехать в институт травматологии, куда отвезли пострадавших. Там мать узнала: Лена жива, но в палату к дочери ее не пустили.

 На обратном пути в Ангарск мать вспоминала, как с большим трудом, по блату, ей удалось купить два билета для девчонок, как она радовалась за них! На следующий день домашние увидели: отец поседел, а через месяц на профосмотре у него обнаружили гипертонию. До этого он никогда не жаловался на здоровье.

 Лена рассказывала потом сестре, что пассажиры того рейса в шесть часов утра усаживались в кресла и тут же засыпали. Так же поступила и она, но помнит: Галка не пристегнулась! Очнулась она уже на больничной койке через день после катастрофы. Вся перевязанная, на растяжке, она представляла из себя один большой синяк, который сыпал шутками. Родные не говорили ей о смерти подруги.

 На больничной койке Лена не переставала заниматься, об академическом отпуске даже не думала. Нога не срасталась и приносила ей сильные страдания. Летнюю сессию пришлось сдавать на костылях. Аппарат Илизарова не прижился и внес какую-то инфекцию. Ей снова и снова приходилось ложиться в больницу. Уже на пятом курсе она поехала долечивать загипсованную ногу к кишиневскому светилу в области ортопедии. Он снял гипс и сказал, что нога срослась, не стоило ей с мамой ехать через всю страну, чтобы это узнать.

 Лена не стала искать для себя легких путей и после распределения в институте, на костылях поехала работать учительницей английского языка в деревню Лохово Черемховского района, а там надо уголь возить, воду таскать и дровишки колоть. Оттрубила два года и вернулась в родной Ангарск. Встретила здесь свою вторую половину и уехала с ним в Красноярск. Сегодня ей 53 года, она по-прежнему учит детей. Выжила, не сдалась, продолжает свой род.

 О гибели Гали ей кто-то проговорился через несколько месяцев в случайном разговоре. Выписавшись из больницы, вся в гипсе-костылях, она собралась, поехала и нашла могилу подруги в Улан-Удэ. Выплакалась, очистила душу.

 Валентину буквально заставили пристегнуться

 В Ангарске живет еще один человек, выживший в той катастрофе, - Валентина Ушакова, сейчас она работает в ресторане "Тайга". Валентина Васильевна нечасто вспоминает о произошедшем, да в советское время и надобности в этом не было: областные газеты словно в рот воды набрали, люди шепотом передавали друг другу подробности трагедии. Со временем другие иркутские катастрофы и сообщения о них на телевидении, в газетах, по радио затмили ту страшную аварию 30-летней давности. Только сегодня тайны 1976 года понемногу приоткрываются.

 ...9 февраля 1976 года Сергей Ушаков, студент Ленинградского университета, встречал в аэропорту свою молодую супругу, которая летела в северную столицу в командировку со своей коллегой, 40-летней сотрудницей "Нефтепроводстроя" Марией Алексеевной. Самолет задерживался, но из громкоговорителя о рейсе Иркутск - Ленинград не поступало никаких сообщений. Сергей дождался следующего рейса из Иркутска, однако его пассажиры молчали, никто из них не обмолвился о падении ТУ-104. В сердце закралась тревога. Первый звонок в Ангарск не прояснил ситуации, только на следующий день тетя Сергея сообщила ему о трагедии в Иркутском аэропорту.

Валентина вспоминает: в аэропорту торопились, загоняли пассажиров в накопители со скоростью света, и взлет прошел без опозданий. Две ангарчанки устроились сразу же за кабиной пилотов на втором месте "Б" и "В", правда, не у окна. Стюардессы разнесли карамельки, люди начали готовиться к долгому полету. Позади щебетали на своем языке монгольские студенты, молодой военный подал Валентине и ее напарнице половинки ремня и буквально заставил их пристегнуться. Это впоследствии спасло ее от смерти, своим же ремнем военный щелкнуть не успел. От полученных травм он скончался в больнице через пять дней - мужчина лежал в соседней палате нейрохирургии на 2-й Советской.

 Разбег, взлет прошли как одно мгновение. Девушка успела услышать душераздирающий крик: "Ой, что он делает!" и потеряла сознание. Очнулась она на несколько секунд, один глаз не открывался. Над ней лазурным светом сияло небо. Кресло с Валентиной отбросило в хвост самолета, на голову падали вещи, обшивка самолета. Под креслом лежали раздавленные тела, пальто, куртки, чемоданы. Кровь застилала уцелевший глаз, и сильно пахло бензином. На сапогах как бритвой срезало каблуки. Кабина пилотов лежала отдельно, сплющенная в гармошку.

Врачи в больничном написали честно: "авиакатастрофа"

 Пришла в себя она в палате. На Вале не было живого места. Хирурги первым делом починили череп, вставили в скулу пластину и под левой глазницей подправили треснувшую костную массу. Выздоровление проходило тяжело. Сознание постоянно возвращало к злополучному взлету. Коллега по работе Мария Алексеевна тоже переборола смерть, как и соседка по палате, студентка из Ленинграда, которая перенесла сложную нейрохирургическую операцию на черепе и выкарабкалась. Следователи в больнице приняли нашу героиню за стюардессу Галину Ушакову, между прочим, ангарчанку, но, как стало известно позже, ни пилотам, ни стюардессам в этом полете не повезло.

 Через месяц Валю Ушакову выписали из больницы и отправили домой. Врачи не стали врать и в больничном честно написали - "авиакатастрофа". Месяца три она отлеживалась дома, выписалась с больничного, но больше года ходила на работу "получеловеком". Понимая состояние молодой женщины, на работе ей пошли навстречу.

 Сегодня на лице Валентины Васильевны не видно следов увечья, только если сильно вглядеться, можно увидеть едва заметные шрамы. Валентина часто вспоминает провидческие слова бабушки: "Тебя спасли ангелы, сыночка". Сережке было в 1976-м два года, и господь бог не отдал мамочку в преисподнюю, она еще не исполнила материнскую миссию на земле.

 Валентина Ушакова считает, что в самолете погибла половина пассажиров, некоторые умирали в больницах. В легенду о том, что некоторые пассажиры перерегистрировали билеты на другой рейс и улетели в Ленинград, не верит. Слишком большие разрушения произошли в самолете, правда, госпожа удача все-таки улыбнулась - бензин не воспламенился, и обошлось без взрыва. Как говорили очевидцы, ТУ-104 упал в глубокий снег за взлетной полосой около поселка Пивовариха, и это уберегло от еще больших жертв.

 Валентина Васильевна не летала на самолетах лет пять. В первом же полете после авиакатастрофы в Москву она испытала шок. При пересадке в Омске у нее отказали ноги. Когда она рассказала стюардессам о причине стресса, они с пониманием отнеслись к пассажирке. Почти 30 лет Валентина Васильевна в феврале отмечает два дня рождения. Одно 4 февраля - настоящее, а другое - 9 февраля, памятное.

Метки:
baikalpress_id:  32 876