Школьный экстрим

Давно стал обычными буднями для трех сотен куйтунских детей и их педагогов

Юбилеи бывают разные. Но такого, как у Куйтунской средней школы, не пожелаешь и врагу. Ровно 10 лет назад неподалеку от сгоревшей школы областные власти начали строительство нового здания. Бодро возвели фундамент, заложили нулевой цикл, и... И все. Через месяц-другой стройка встала. Как оказалось, намертво. Теперь туда впору экскурсии водить: здесь, дети, могла быть ваша новая школа.

У слуг народа другие задачи

За 13 лет, которые пролетели с того августовского пожара, пепелище превратилось в небольшой холм. Здесь зеленеет травка и поют птички. Ветер разносит белые парашютики одуванчиков, навевая почему-то мысли о вечности. Если не смотреть на вырытый неподалеку котлован и остов подъемного крана, холм и в самом деле сойдет за какое-нибудь скифское захоронение.

Но от реальности никуда не деться: котлован по весне почти до краев заполняется водой. А с высоченного подъемного крана местные умельцы давно сняли все, что смогли, включая мотор и стрелу. Кило металла — рубль. Приемных пунктов в Куйтуне завались, конкретнее — больше десятка.

Грустный юбилей куйтунской школы наверняка пройдет незамеченным. Но директор Любовь Николаевна Окунь хорошо помнит, как активно продвигал вопрос о строительстве нового здания бывший депутат ЗС Николай Иванович Попов. Тогда и средства небольшие появились, а вместе с ними и надежда, что три сотни ребятишек поселка сядут по осени за новенькие парты в новой школе.

Но Николая Ивановича сменил "на боевом посту" другой слуга народа — Геннадий Николаевич Нестерович. И вопрос о школе в Куйтуне завис в воздухе, а вскоре и вовсе испарился.

В августе 93-го

Вторая школа в Куйтуне — одна из старейших. Здесь, в поселке, живет и педагог — долгожитель, вернее долгожительница, 89-летняя Наталья Васильевна Токарева. Она хорошо помнит, как в начале 30-х решено было строить вторую школу, поскольку первая не могла охватить всех поселковых ребятишек.

— Место для новой начальной школы выбирали долго, тщательно. Обошли полпоселка и решили строить на пересечении двух направлений, западного и восточного, откуда одинаково удобно добираться и детям, и взрослым. Через двадцать лет здесь уже была восьмилетка — к сожалению, тоже деревянная. Кто ж думал, что так получится...

Деревянная школа простояла еще 40 лет. К концу 80-х она стала 11-летней, не раз была ремонтирована, перестроена. Немало выпускников 2-й знают далеко за пределами области — например, замечательного детского хирурга Ивано-Матренинской больницы Юрия Андреевича Козлова, талантливую спортсменку Альбину Хомич.

— Летом 93-го мы сделали капитальный ремонт, все покрасили, заменили полы, насажали множество цветов, — рассказывает Любовь Николаевна. — Подожгли школу в ночь с 30 на 31 августа. Пока поняли, что происходит, пока прибежали, вызвали пожарных, уже шифер трещал.

Теоретически — за. Но практически...

"Губернатору Иркутской области Александру Тишанину от учителей и учащихся МОУ СШ № 2 поселка Куйтун Иркутской области...", "Председателю ЗС Виктору Кузьмичу Круглову", "Москва. Кремль. Владимиру Владимировичу Путину". И еще десяток адресов на официальных бумагах, с помощью которых педагоги все 13 послепожарных лет пытались доказать району, области, стране: большому сибирскому поселку (в Куйтуне более 10 тысяч жителей) как воздух нужна новая школа.

"Уважаемый Виктор Кузьмич, к вам обращаются участники референдума по объединению Иркутской области и Усть-Ордынского автономного округа. Мы являемся постоянными участниками избирательных кампаний, призываем людей к исполнению гражданских обязанностей. Даем обещание за депутатов думы, Законодательного собрания о том, что они будут проявлять заботу о своих избирателях. Время показывает обратное, свой наказ — строительство школы — мы повторяем в каждую избирательную кампанию, с 1999 года, но воз и поныне там!" Это из письма жителей пострадавшего куйтунского микрорайона председателю ЗС Круглову.

Да, школа нужна, соглашались многие руководители, например Борис Александрович Говорин. Он дважды был в Куйтуне, встречался с общественностью, которую и заверил: "Как только водовод в поселке будет построен, сразу возьмемся за школу". Водовод построили. О школе — ни звука.

Новый губернатор к идее строительства школы отнесся конкретно: попросту отказал.

В архиве директора Окунь — ответы на любой вкус. Вот, к примеру, от Сергея Брилки, 2002 года: "В связи с крайней ограниченностью средств... но, учитывая... будем рассматривать..." Запутанные деепричастные обороты чиновничьих отписок ведут, впрочем, к тому же нулю. Ну сгорела где-то в Богом забытом поселке школа, рассовали классы по детсадам, тепло, чисто, что нужно-то, в самом деле?

Дискотека у кочегарки

После пожара куйтунцам пришлось расформировать один из поселковых детсадов. Ребятишек распределили по другим учреждениям, воспитатели и нянечки пристроились кто где. Но разместить почти три сотни школьников с 1-го по 11-й класс — задача не из простых. Кроме детсада школе отдали клуб и еще один — тоже детсадовский — спортзал. Радиус учебного процесса, таким образом, составил около трех километров: в двух маленьких, оставшихся после пожара живыми домиках — начальная школа. История, химия, физика — в подсобных помещениях клуба (все тщательно отремонтировано, обустроено), биология — прямо на сцене. Старшие классы — в детском саду, а физкультура и труды — на горе, в арендованном спортзале.

Экскурсия по школе закончилась в очень странном месте — у пожарного крыльца бывшего клуба. Здесь, по соседству с кочегаркой, собирается куйтунская молодежь — потанцевать, если на улице тепло, просто пообщаться, послушать музыку. За 13 лет это уже стало традицией.

— Расписание составляем так, чтобы дети успевали на занятия, все же им нужно пройти с урока на урок около километра, а то и больше, — говорит директор. — Хуже с физкультурой и уроками труда. В это здание только одна дорога — через слань, запрудное озеро. С одной стороны здесь обрыв, с другой — пруд. По узкой, извилистой дороге круглые сутки идут огромные лесовозы. Ребятишкам да и взрослым тоже, уступая им дорогу, приходится идти по самой кромке колеи, с риском сорваться в воду, а в распутицу утопать по колено в грязи. Мы подсчитали: за день наши ребята наматывают между уроками около пяти километров.

Не выдержавших марафонских нагрузок ребятишек переводят в железнодорожную школу. Чтобы добраться туда из своего микрорайона, они должны перейти железнодорожное полотно. Путь в школу, таким образом, как минимум два раза в день угрожает каждому ребенку... ну, к примеру, тяжелыми травмами. Как максимум — тем, что произошло с двумя попавшими под поезд первоклашками в Харике. Переход через пути и сегодня никак не обозначен. Чужая трагедия нас никогда ничему не учила.

За 13 минувших лет 2-я куйтунская сделала уже два выпуска детей, которые отучились в таких совсем не детских условиях. И почти ежегодно в школе медалисты. В 2005-м, например, выпускники второй получили аж три золота и одно серебро, награды сразу подтвердились в иркутских вузах, все медалисты теперь уже студенты.

Через год, в 2007-м, школе исполнится 75 лет. Тринадцать из них она проработала в экстремальных условиях. А сколько еще не менее экстремальных школьных лет впереди у куйтунских ребятишек?

"Чтобы построить новую школу в отдаленном поселке, нужна чья-то сильная политическая воля", — обронил странную фразу один из иркутских чиновников. Но лоббировать интересы куйтунских школьников никто не собирается. Большие иркутские чиновники наезжают в глубинку накануне выборов (или сразу после, этакий эффектный руководящий жест) и в упор не видят ни донельзя разбитых лесовозами здешних дорог, ни бегущей по путям где придется и как придется детворы, ни сельских педагогов, которые вместе с детьми наматывают десятки километров в неделю, рискуя здоровьем, а порой и жизнью. У больших чиновников другие задачи.

Метки:
baikalpress_id:  32 817