Будем дружить домами?

Или выберем другой сценарий взаимоотношений с великим восточным соседом?

Продолжение. Начало в № 23

Леса и пашни на душу населения

Сельское хозяйство в Китае с его почти полуторамиллиардным населением - особая отрасль. Политика "железной миски риса", иначе говоря - поддержания жизненного уровня народа в пределах физического выживания, уничтожила несколько десятков миллионов человек. Смерть от голода во второй половине XX века, миллионы иссохшихся трупов хотя и находятся за границами обычного человеческого понимания, все же - реальные факты недавней китайской истории.

Возродить сельское хозяйство страны помогли реформы конца 70-х, когда земля стала крестьянской собственностью, передаваемой из поколения в поколение.

Через несколько лет в Китае было столько продовольствия, что в середине 80-х страна смогла выйти из очень опасной "зоны голода".

Между тем географическое положение Китая позволяет использовать для земледелия меньше 10 процентов территории страны, 88 процентов приходится на долю гор и предгорий. Здесь и самое большое в мире Тибетское нагорье (площадь 2,3 млн км), и пустыня Гоби (2 млн). Лишь на востоке страны желто-коричневый цвет на физической карте переходит в бледно-зеленый, появляются пригодные для земледелия зоны.

Еще один интересный и важный показатель: на перенаселенность страны кроме всех прочих цифр указывает количество сельхозресурсов в расчете на душу населения. Подсчитано, что на каждого китайца пахотных земель приходится в четыре раза, а лесов - в восемь раз меньше, чем на жителя Земли в среднем. При всем том энергозатраты на единицу изготовленной продукции превышают среднемировые в 15 раз. Это говорит вот о чем: экономическая эффективность промышленности страны очень низкая, хозяйственный механизм губит, разрушает природу. И не только свою собственную, но и ближайших (пока) соседей.

Китайский парадокс: имея всего 7 процентов пахотных земель планеты, китайцы умудряются кормить 22 процента ее населения. Сибирь - в том числе. Нескончаемым потоком идут сюда огромные рефрижераторы с овощами, фруктами, свининой. Рынок огромный, потребности растут день ото дня, только успевай поворачиваться. Можно не сомневаться: китайцы успевают.

Между прочим, еще в начале 90-х они начали промышленное выращивание трансгенных сельхозкультур, устойчивых к болезням. И продолжали наращивать производство минеральных удобрений, заняв третье место в мире по выпуску этой сельскохозяйственной продукции.

Яркие, блестящие, без вкуса и почти без запаха яблоки в магазинах области, огурцы и помидоры, которые отличаешь только внешне (на вкус они почти одинаковы), волокнистая и горьковатая капуста и прочие овощи-фрукты - все это продукты новых китайских сельхозтехнологий. Экономическая агрессия, бизнес по-китайски.

Как по-русски "необязательность"?

Китайцы обустраивают свой быт в столице Приангарья крепко, по-хозяйски. Множество ярких, броских вывесок с иероглифами приглашают посетить рестораны, кафе или небольшие, на 3-4 столика, места общественного питания. Такие же, впрочем, как в любой стране Европы или Америки, поклонники китайской кухни живут повсюду.

Ресторанный бизнес китайцы осваивают в Иркутске давно. В последние годы здесь появилось новое поколение предпринимателей Поднебесной, которые по разным причинам намерены остаться в Сибири навсегда.

Хозяину иркутского "Тянь-Шаня" чуть больше 30 лет.

- По-русски меня зовут Леня, - вежливо улыбается предприниматель и приглашает садиться.

История его обрусения во многом типична. Окончил школу в Китае, а за высшим образованием отправился по совету друзей в сибирский город Иркутск. Небогатые родители не могли помочь, пришлось работать и учиться одновременно. Через шесть лет уехал домой, но ненадолго. В Сибири остались друзья и неясные пока планы и надежды. Позже все получилось как нельзя лучше: в Иркутске Леонид сумел начать свой первый серьезный бизнес, открыл китайский ресторан. И нашел свое счастье в виде очаровательной иркутянки, преподавательницы иняза. Русская жена Леонида активно осваивает китайский, но дома супруги разговаривают на русском. Привыкли.

- Где, по-вашему, легче заниматься бизнесом, в Китае или здесь, в России?

- Знаете, на эту тему мы часто говорим с друзьями, даже спорим, - улыбается молодой предприниматель. - Все-таки легче в России, я так считаю. Конкуренция меньше. Здесь очень плохой сервис, очень бедный. Людям многое нужно - например, недорогие кафе, столовые, которых в Иркутске почти нет.

Зато здесь много недоброжелательных продавцов, которые могут испортить настроение на весь день. А еще здесь очень трудно найти хорошего работника. Договариваешься с человеком, ждешь час, два, его нет. Потом звонит: извини, я заболел, или еще какую-то причину придумает. Как это по-русски - необязательность, да? Приходится брать на работу китайцев. Они исполнительны, трудолюбивы, хотя иногда тоже хитрят. Но никогда не будут спорить с хозяином.

"Тун-Фан", "Тянь-Шань", "Лун-Ду" - ресторанов с китайским названием (и соответственно содержанием) только в областном центре около сорока. Но местные иркутские китайцы посещают их редко, в основном по праздникам. Большинство предпринимателей предпочитают собираться в каком-нибудь недорогом, маленьком кафе (ресторанчике?) Таким заведениям трудно дать точное название. Там есть главное - домашняя китайская пища, приготовленная умело и с любовью (на кухне обычно суетятся и муж, и жена - семейный бизнес), а еще возможность обсудить свои дела, вволю наговориться, не стесняясь в выражениях и не оглядываясь на время.

Здесь же происходит обмен опытом, знающие местные реалии старожилы наставляют новичков, но конфликтных ситуаций с властью не удается миновать ни тем ни другим. Хотя в последние годы, говорят предприниматели, отношения с милицией и налоговиками упростились до предела. Все знают: они приходят на ту же "шанхайку" не порядок наводить, а за деньгами. Протоколы, акты, прочие бумаги - просто прикрытие. Kитайцы, плохо знающие русский, есть у них официальная регистрация или нет, - удобный объект для традиционных взяток, которые, считают выходцы из Поднебесной, были, есть и будут в России.

- Нарушаем? - подходит милиционер к торговцам на рынке.

- Слушай, бери сто рублей, сейчас больше денег нет.

Представитель власти чешет в затылке - нарушение явно тянет на пятьсот. Договариваются - это тоже бизнес.

Из Сибири в Китай - с любовью

Интенсивное освоение Сибири и Дальнего Востока гражданами Китая неизбежно, считают многие российские ученые. Строительство дорог и трубопроводов, разработка и обустройство месторождений, освоение природных богатств края, земледелие - похоже, без участия соседей с востока нам не обойтись. Тем более что к началу третьего тысячелетия количество "избыточного", то есть не имеющего постоянной работы, населения Китая составило 200 миллионов человек. Еще около 80 миллионов принадлежит к так называемому плавающему населению, мигрирующему внутри страны в поисках работы.

Главное, говорят ученые, чтобы не было ползучего захвата наших территорий и хищнического разграбления ресурсов. Увы, и то и другое сегодня обычная сибирская или дальневосточная реальность.

Лесовозы и целые железнодорожные составы с тоннами отборного кругляка много лет движутся в одном направлении, в сторону китайской границы. Ночью - один за другим, только фары мелькают, днем пореже. Это иркутские лесозаготовители строят лесоперерабатывающую промышленность Китая, создают там рабочие места, пополняют и без того огромный золотовалютный резерв Поднебесной. Остатки собственных лесов, маньчжурские дубы и сосны, считанные гектары темнохвойных - ели и пихты - рубить там категорически запрещено. Национальное богатство, зеленое золото все-таки. Зато в России...

Не открою Америки, просто повторю не раз сказанное: половина нашего лесного бизнеса незаконна. В 2004-м, к примеру, ежемесячные потери только Забайкальской и Наушкинской таможен от незаконного вывоза леса в Китай составили около 100 тысяч евро. Не уменьшились потери и в 2005-2006 годах.

"Если Россия в ближайшее время не выстроит стратегию развития своей лесной отрасли, то эту стратегию ей выстроит Китай, - справедливо отметила недавно заместитель губернатора области Лариса Забродская. Смущает только будущее время глагола - "выстроит". Выстроили, давно уже выстроили эту стратегию наши восточные соседи. Положив в основу российскую нищету и безалаберность с одной стороны, безнаказанность и жадность власть имущих - с другой. А вместе со стратегией построили целую отрасль: возводят в среднем два целлюлозно-бумажных комбината в год, обеспечивают работой добрый миллион собственных граждан. И к 2010 году обязуются вывозить из России в пять раз больше нынешних объемов стратегического товара.

"Много леса - хорошо решать дела", вот и вся китайская стратегия. Большой русский лес - большой китайский бизнес.

Окончание в следующем номере.

Метки:
baikalpress_id:  5 407