Аппараты-старички облучают иркутян

В наших рентгенокабинетах — допотопное оборудование, которое вот-вот зафонит

Если заглянуть в рядовой рентгенокабинет Иркутска или области, картина предстанет неутешительная. Здесь все еще работают с допотопными ламповыми монстрами — советскими флюорографами, маммографами и рентгеноаппаратами. Хотя 55,5%(!) рудиментарных агрегатов так и просится на списание: свой ресурс они давным-давно выработали. Загвоздка в том, что денег на плановое переоснащение нет. Шутка ли: покупка цифрового флюорографа выливается почти в 2 миллиона рублей, рентгеноаппарата и вовсе в 3—5 миллионов. Вот и приходится врачам трудиться по старинке: носить тяжеленное свинцовое одеяние, вручную ворочать громоздкую технику, возиться с токсичными химикатами, проявляя снимки, а пациентам — получать лишние дозы. Но ведь встать под рентген — не лучик солнечный поймать.

Два года назад в рентгеновском отделении областной больницы появился новенький рентгеноаппарат "Электрон". Сменил он венгерский ЕДР-750 — этот старичок свое отпахал и был благополучно списан. К приему аппарата готовились: в кабинете переносили стены, штукатурили потолок баритовой штукатуркой, устанавливали новую систему вентиляции, защиты. Врачи тогда вздохнули с облегчением: дожили наконец. "Электрон" до сих пор видится им машиной из будущего: оборудован компьютером, томографом, пультом управления. Информацию обрабатывает в цифровом режиме, вся она хранится в компьютерной памяти. Доза облучения на три-четыре порядка меньше, чем у пленочныx рентгенов.

60 опасных минут

В кабинете — пациент. Лаборанты нажатием кнопки устанавливают стол в нужное положение. Уходят в пультовую, плотно закрывают дверь. Работают они за особой свинцовой перегородкой со стеклом, не пропускающим рентгеновские лучи. Аппарат устанавливает необходимую для пациента дозу излучения: для людей разной комплекции она разная. Через динамик звучит обычное "дышите — не дышите". На мониторе высвечиваются легкие больного. Картинку и ее фрагменты без труда можно увеличить, выделить. При необходимости специальная программа построит трехмерное изображение: повернет на экране то, что снято, покажет со всех сторон. В общем, приведет в такой каллиграфически точный вид, что с диагнозом будет трудно промахнуться. Через пару минут лазерный принтер выгоняет развернутый снимок в сухом виде. Прибавьте к этому важнейший факт: пациент получил дозу облучения в разы меньшую, чем на старом аппарате.

Татьяна Иванова работает лаборантом 20 лет и отлично помнит, что раньше рентгену сопутствовала полная темнота. Аппарат быстро нагревался и долго остывал. А потом шла рутинная, затратная по времени и ужасно вредная проявка. Семь минут снимок проявляли, потом промывали в воде, пятнадцать минут уходило на фиксацию, двадцать — на вторую промывку, уже в проточной воде, плюс сушка. Традиционный ручной фотопроцесс занимал час — шестьдесят опасных минут, цена которых равнялась подорванному здоровью врачей. Токсичные химикаты (метол, гидрохинон, фенидон) за год-два буквально проедали пол и трубы лаборатории.

— Когда возились с этими порошками, дышали ими, такая аллергия была! — вспоминает Татьяна Петровна. — Руки, шея, грудь в крапивнице. А зудело как! Что делать было? Ходили, чесались. Ну а стол, аппарат так натягаешь за день — придешь домой и руки не знаешь куда закинуть, так ломит. Правда, за вредность соки давали, вино, молоко. Сейчас — ничего. Только прибавку к зарплате в 15 процентов и укороченный день.

Зато как мы рады были, когда машину новую установили! Наши усилия теперь сведены к минимуму. Исследование проходит быстро. Концентрационные реактивы для проявки — нового поколения. А самое-то главное — лучевая нагрузка на медперсонал и пациентов гораздо меньше. Ведь последствия облучения коварные: могут проявиться лет через десять-двадцать и даже в следующих поколениях.

Фартук со свинцом

Хорошее — всегда товар штучный. Новые аппараты только начинают контрнаступление на Иркутскую область. Телеуправляемый "Электрон" в рентгенологическом отделении один. В соседнем кабинете пока темно, верещат живучий и упрямый "Эмирикс" и совсем уж изношенный, технически убогий ЕДР-750В. Пультовой тут в помине нет, трубку устанавливают руками.

Лаборант Алла Банаевна Жданова прикидывает возраст аппаратов:

— Первый — выпуска начала девяностых. Сколько лет "едээру"? Хм... Под крышей областной больницы он в 1988 году был, когда я сюда пришла.

Работа у Аллы Банаевны тяжелая. Попробуй-ка целый день поноси фартук, в состав которого входит свинец, защищающий от рентгеновских лучей. К нему еще шапочка-пирожок прилагается и воротник для щитовидки, совсем не итонский, интеллигентный. Свинцовая тяжесть всем своим весом давит на грудь. С непривычки тело ноет, будто смену в шахте оттрубил.

В проявочной — два бака, явно отслуживших положенный им срок, и сканирующая машина чуть помладше, 1976 года. В одном баке вода, в другом — химреактив. Снимки крепят на рамки и полощут, моют, фиксируют. Лаборанты поднаторели и управляются с этим виртуозно, как настоящие иллюзионисты; следят за температурным режимом и другими параметрами, ведь оборудование настолько изношенное и капризное, чуть недоглядел — даст сбой. А это расход дорогостоящих пленки и фотореактивов.

Сестра-хозяйка Фаина Котречко машет рукой на ЕДР-750В:

— Всю жизнь он тут стоит!

И вспоминает, как 22 октября 1985 года открылось рентгенологическое отделение. Как она возила фиксажи и пленку в Радищево, во двор 9-й поликлиники. Там медтехник снимал с них серебро, которое отправляли в Москву.

Капля в море

Сегодняшнее оснащение иркутских учреждений муниципального здравоохранения вызывает тревогу. И конечно, их техническое перевооружение — дело не одного года. Новых флюорографов в области 20, "Электронов" — три. Но это капля в море.

— За границей рентгенотехнику меняют каждые три-четыре года, — рассказывает Олег Николаевич Верлан, главный специалист по лучевой диагностике рентгенологического отделения. — Дело даже не в том, что она износилась: она морально устарела. У нас если аппарат отработал меньше десяти лет — списывать его не имеешь права.

Ситуация в области сегодня следующая: из 216 стационарных аппаратов списанию подлежат 108(50%), из 151 палатных — 71(47,1%), из 129 дентальных — 78(60,1%). Конечно, они превышают дозу облучения в несколько раз. Требуют возни с растворами, наличия фотолаборатории. Качество снимков сильно уступает новым аппаратам. Есть риск возникновения радиационных аварий. Благо за последние тридцать лет их не было. Но не нужно ждать, когда будут.

Маммографы, рентгены и флюорографы у нас не ликвидируются. Потому что не на что их менять. Например, рентген на два рабочих места тянет на два миллиона с хвостиком. На три места — уже на пять миллионов. Единственный на сегодня выход из положения периодически "подштукатуривать" дыры: то старую трубку поменять (30 тысяч рублей), то генераторное устройство (100 тысяч и более). Единственное, что пока еще терпит, — железные коробки. Медики надеются на федеральную программу переоснащения и поддержания поликлинической службы. За два года (2006—2007-й) ждут 39 рентгеноаппаратов, 29 флюорографов и 15 маммографов. Пока же проблемы так и висят в воздухе.

А рентген тем временем остыл — надо работать дальше.

Метки:
baikalpress_id:  33 706