След дедушкиного сапога

Откуда пошла дедовщина и возможно ли ее победить?

Трагедия рядового Сычева потрясла россиян. Пресса пестрит жуткими заголовками, пошел целый вал статей о неуставных отношениях в армии. Словно кто-то властный, но невидимый открыл информационные шлюзы и на головы обывателей обрушился целый вал шокирующих армейских историй. Создается впечатление, что до трагедии в Челябинске ничего подобного в армии не происходило. С чего все началось, как к этому относиться и, главное, как победить всесокрушающую дедовщину? И что будет дальше? Сегодня в этом пытаются разобраться все, от родственников призывников до президента страны.

"У нас ничего подобного не было"

Примерно так реагируют на сообщения из Челябинска ветераны войны. Им, прошедшим огненный ад Великой Отечественной, не приходит в голову, что солдат старшего призыва может издеваться над молодым.

— Хоть убей, я не понимаю, как такое возможно? Ты же с ним завтра в бой пойдешь, какой мордобой?! — высокий старик на заднем сиденье троллейбуса возмущается, потрясая газетой с портретом Сычева.

Сосед старика, тоже немолодой уже человек, согласно кивает головой:

— Да зажрались они от безделья! Армия воевать должна, а не дачи генералам строить! Мы вон на границе с китайцами каждый день ждали, что вот-вот начнется. Какая дедовщина?! Старики, наоборот, молодым помогали, иной раз и службу за них тащили. Учили, смену себе готовили. Бывало, отматеришь бойца, если бестолковый попадется, как без этого! Но чтоб морду бить, издеваться! Или, как здесь пишут: насиловали они парнишку... Это же вообще беспредел, просто тюряга, а не армия!

Я случайно услышал этот разговор по дороге на работу. Поневоле вспомнились бурные дискуссии середины 1980-х — тогда, на первой волне гласности, многое из того, что стыдливо прикрывали большие армейские чины, всплыло на поверхность. В том числе и дедовщина.

Мне посчастливилось служить в гвардейском полку морской авиации, где матросы-срочники летали в экипажах ракетоносцев Ту-16 воздушными стрелками и радистами. Это были как на подбор замечательные ребята, неимоверно гордые от осознания важности своей службы. Ни о какой дедовщине не могло быть и речи: за любую провинность парни могли проститься со своим летным статусом навсегда. Достаточно было отобрать у новобранца пайку масла или обеденный компот. Такие вопиющие дела рассматривались на комсомольских собраниях и подвергались всеобщему осуждению. Несколько хуже обстояли дела у наземных специалистов, но командиры службу знали, и гарнизонная гауптвахта всегда была открыта для особо отличившихся воинов. Разумеется, по каждому случаю проводился обстоятельный разбор полетов, особо рьяные "дедушки" легко могли лишиться престижной гвардейской ленточки на бескозырке и перейти на самую грязную и тяжелую работу.

Шагистика и статистика

Когда я познакомился ближе с офицерами сухопутных войск, узнал другую сторону вопроса. "Ты пойми, старлей, без дедов дисциплины в армии не будет! На них все держится! — растолковывал мне знакомый общевойсковой капитан. — Ну, пришьет салага воротничок дембелю, не переломится. Зато дисциплина... А вообще, — признался капитан, — мы только на учениях за них спокойны. Там пацаны в войнушку играют, им не до того, чтоб выяснять, кто старше, кто младше. Устают как черти, к отбою сил хватает, только чтоб в палатку залезть и уснуть".

Еще одну точку зрения я узнал позже, когда учился в академии. "В Советской армии служило 2 миллиона человек. Допустим, каждый год на тысячу солдат приходится один мордобой. Это гораздо меньше, чем в школах, ПТУ или вузах. Но в сумме получается две тысячи в год по Вооруженным силам! Если о каждом случае рассказывать в газетах, то каждый день ты будешь читать по шесть статей, и все разные! Сдуреешь и пойдешь армию громить", — рассуждал наш преподаватель философии.

В 1990-е годы волна антиармейских настроений достигла пика. Масла в огонь подлила бездарная и подлая война в Чечне. О дедовщине подзабыли, взялись за генералов и офицеров. На этом фоне незаметно проскакивали редкие статейки о том, что в армию не поставляется новая техника, что флот стоит на приколе, а самолеты не летают. Мало кто обращал внимание на взаимосвязь одного и другого: нет нормального обеспечения армии — она начинает разлагаться. Заканчивается боевая подготовка — начинается дедовщина. Заканчивается воспитательная работа — начинаются преступления. Армия должна постоянно учиться воевать, тогда на дедовщину не останется времени.

Извинения не помогут

На волне борьбы с армейскими беспорядками в 80-е годы появились комитеты солдатских матерей. Многое открылось благодаря этим комитетам, многих новобранцев спасли они от побоев и издевательств. Нисколько не умаляя заслуг матерей пострадавших солдат, все же хотелось бы спросить: а что, у тех, кто избивал молодых, у этих самых "дедов", нет родителей, братьев, сестер? Почему нет общественной организации, которая публично спрашивала бы со своих деток: как же ты, сын мой, посмел сотворить такое? Увы, нет такой организации. И вряд ли появится: изобличать почетнее, чем быть изобличаемым... Покажите на всю страну портреты подонков, избивавших и насиловавших своего сослуживца! А также их пап и мам. Многие бы задумались.

Вопиющий случай в Челябинске вновь обратил внимание на явление, которое никогда не прекращалось, но всегда успешно замалчивалось. Что за этим последует? Очередная медленно затухающая кампания по "выявлению и устранению"? Или, как следует из заявлений о закрытии Челябинского танкового училища, добивание того, что еще осталось от российских Вооруженных сил? Или все-таки наши военачальники всерьез озаботятся воспитательной работой в армии? Покажет время.

А пока идет сбор подписей за отставку министра Иванова, которому угодливые подчиненные побоялись доложить правду. Наверное, Иванов этого заслуживает, раз у него такие подчиненные. Идет лечение изуродованного бойца, но ему никто не вернет ног, и никакие собранные деньги, никакая отставка министра и никакие соболезнования президента парню не помогут. Через несколько лет, а то и раньше, о рядовом Сычеве забудут. Жадное до сенсаций общество будет поглощать другую информацию. Каждый раз думая: ой как страшно! Ой как хорошо, что это случилось где-то, а не здесь!

Говорят, армия — слепок общества. Все верно. Это не армия такая, это мы — такие...

Метки:
baikalpress_id:  4 587