Будете у нас в СИЗО

После длительных дебатов "Копейка" побывала в камерах следственного изолятора

"Коммерсанты из СИЗО" — этот репортаж, опубликованный в октябрьском номере нашей газеты, вызвал большой общественный резонанс. Тема, что называется, задела за живое, несколько ситуаций в приемном пункте Иркутского следственного изолятора (мужчина, вынужденный несколько раз приезжать из Мегета, чтобы передать сыну теплую одежду, женщины с маленькими ребятишками, которым не по карману была "гуманитарная помощь" милиции, и так далее) оказались очень узнаваемыми.

В Иркутском СИЗО никогда не встречали столько необычных гостей сразу. Более десятка журналистов областных СМИ нарушили жесткий распорядок режимного учреждения. Гости расспрашивали, снимали, записывали, хозяева — сотрудники изолятора во главе с полковником Борисом Савельевым — отвечали и показывали. Корпуса СИЗО, камеры, учебные классы и небольшой спортзал с тренажерами, библиотеку и даже небольшую домовую церковь... Если пенитенциарная система, по словам начальника ГУФСИН по Иркутской области генерал-майора внутренней службы Павла Радченко, зеркало нашего общества, то мы глядели в это зеркало два с лишним часа.

В Иркутском СИЗО более двух тысяч подследственных и осужденных, которые ждут отправки к "месту назначения". Среди них немало подростков и женщин. Феминизация преступного мира сегодня одна из характерных криминальных тенденций, констатируют специалисты. Женщины активно вторгаются и в эту, еще недавно сугубо мужскую, сферу "деятельности". Прогресс, однако. Но при всем том умудряются оставаться женщинами и в заключении: разрисовывают стены цветами, создают подобие домашнего уюта.

В мужских камерах обстановка более спартанская. Почти единственное яркое пятно — несколько дорогих глянцевых журналов на столе (гуманитарная помощь почтовиков, утверждают сотрудники СИЗО). А с недавних пор в каждой камере появились и телевизоры. Потому вопрос досуга подследственных — дело, можно сказать, решенное. Впрочем, для особо продвинутых граждан раз в неделю приносят книги из здешней библиотеки, но читают ли их — вопрос второй.

По желанию сидельцев квалифицированные медики выяснят состояние их здоровья, возьмут кровь и проведут другие необходимые исследования.

— Между прочим, большинство больных узнают свои диагнозы только здесь, в СИЗО, — говорит заместитель начальника больницы по лечебной части Александр Филоненко. — Там, на воле, сходить на прием к гинекологу или, скажем, венерологу было некогда. А здесь все условия — обследуйся, лечись.

Основные заболевания подследственных социальные: алкоголизм, наркомания, сифилис, туберкулез. На две с лишним тысячи сидельцев — три сотни ВИЧ-инфицированных. Тридцать процентов опасных социальных больных области прошли через СИЗО, утверждает Александр Евгеньевич.

Подростки — особый контингент. В том смысле, что с ними и хлопот больше, и внимание к ним соответствующее. Одетые в добротную, в основном спортивную, одежду (выручили военные — прислали четыре грузовика теплой и удобной, хотя и немного поношенной, экипировки) ребята, похоже, еще не до конца осознали смысл происходящих в их жизни перемен.

Совсем как в летнем лагере труда и отдыха, они дружно скандируют обычное приветствие сотрудникам СИЗО, бережно хранят принесенные из дома игрушки. И радуются обычным маленьким хомячкам, которых поселили (зверушки снимают стресс, считают психологи) в ребячьей камере.

А в глазах у мальчишек, даже самых "крутых" и независимых, — боль и недоумение: неужели я теперь зэк? Впрочем, поразмыслить о перспективах своего как ближайшего, так и отдаленного будущего они могут теперь хоть 24 часа в сутки.

О реформировании Иркутского СИЗО говорил на пресс-конференции (она состоялась сразу после двухчасовой экскурсии) генерал-майор Павел Радченко.

— Десятилетия следственные изоляторы финансировались по остаточному принципу. Иркутский расположен в старейшем, буквально историческом (построен в 1803 году), здании, и его ремонтировать надо было еще во времена Александра Васильевича Колчака. Канализация, отопление, электропроводка — на все про все нужно не менее 200 миллионов рублей. В 2005-м Москва выделила нам только 8 миллионов. Остальные деньги — из внебюджетных источников, в том числе и от коммерческой деятельности, — адресовал реплику нашей газете Павел Васильевич.

Уже сегодня в СИЗО заменены все крыши, установлены новые оконные блоки. Подследственные трудятся над реконструкцией бани, ремонтируют камеры и коридоры, получая небольшие, но честным трудом заработанные деньги. Объем запланированных работ предстоит осваивать еще несколько лет. Так видится Иркутское СИЗО изнутри.

А вокруг кипит повседневная жизнь обычного российского города. В семьях социально опасных граждан подрастают ребятишки, которые играют пустыми бутылками, а ненормативную лексику осваивают, едва научившись лепетать "мама" и "папа". Им, чтобы увидеть симпатичных хомячков или поиграть в интеллектуальный марафон, нужно попасть в следственный изолятор. И можно не сомневаться: они обязательно там окажутся.

Тети и дяди в форме с погонами накормят их казенной пищей (говорят, в СИЗО питание лучше, чем в армии), оденут в казенную одежду (многие из задержанных ребят не имели на себе даже нижнего белья), научат читать-писать (кое-кого приходится учить с нуля, по прописям первоклашек). А родителям придется восполнять недостаток внимания и любви к своим чадам материально. Потому что продукты в магазинчике Иркутского СИЗО и вправду дороже, чем на оптовках.

Метки:
baikalpress_id:  4 583