Бомба в новогодней открытке

Псих-одиночка, устроивший взрыв на БЦБК, мечтал создать оружие массового поражения

Мы, увы, уже привыкли к то и дело гремящим в России совсем не мирным взрывам. Бомбы и мины походя применяют террористы и уголовники, предприниматели и рядовые обыватели — для нагнетания атмосферы массового страха, устранения конкурентов или опостылевших супругов, наказания несговорчивых чиновников.

Взрывы в московском метро, организованные в 1977 году армянскими националистами и унесшие не одну человеческую жизнь, прозвучали как гром среди ясного неба. Во-первых, в стране окончательно победившего социализма и братства народов бомбистов, тем более с политическим душком, не могло быть по определению. Во-вторых, Москва готовилась принять у себя Олимпиаду-80, участникам и гостям Игр необходимо было обеспечить полную безопасность. Поэтому теракты в столичном метро не только стали трагедией всесоюзного масштаба, но и подхлестнули развитие наших спецслужб. В частности, в казне мигом нашлись деньги на создание Академии КГБ с постройкой целого комплекса учебных корпусов; был срочно укреплен лучшими кадрами и самым передовым оборудованием Центральный НИИ КГБ.

В каждой республике, области и крае под колпак попадал любой, кто имел отношение к изготовлению и хранению взрывчатых веществ и боеприпасов. В общем, страна жила в режиме тотальной бдительности. Больше года "взрывные" ЧП СССР не тревожили. И не удивительно, что расследование дела о взрыве на Байкальском целлюлозно-бумажном комбинате в декабре 1978-го взял под личный контроль председатель КГБ СССР Юрий Андропов.

Новогодний "сюрприз" взорвал теплую компанию

В одном из цехов БЦБК работяги соорудили теплую компанию. Почему загудели — за давностью лет сегодня вряд ли кто даже из участников того сабантуя припомнит. Может, сын у кого родился, а может, невтерпеж стало дожидаться грядущего Нового года. Ближе к обеденному перерыву — мужики только размялись — опустела последняя бутылка. Решили скинуться еще понемногу. Толпой потопали за деньгами в бытовку. Открыв свою кабинку, 24-летний слесарь Сергей Белкин (фамилия вымышленная. — Авт.) сдернул с вешалки меховую куртку. Она показалась непривычно тяжелой. Причина утяжеления вскрылась быстро — из внутреннего кармана душегрейки торчал край завернутого в новогодние открытки чего-то круглого, сантиметра в три диаметром. Взяв пакет левой рукой, Белкин выругался: "Что за б...кие шутки!" Но любопытство оказалось сильнее недоумения. Белкин принялся распеленывать неизвестно кем адресованный ему сюрприз.

В этот момент грянул взрыв. Осколки "сюрприза" разворотили любопытному слесарю живот, почти по локоть Белкину оторвало левую руку. Тяжелые ранения получили еще двое рабочих. В шоке Сергей пробежал метров двадцать до выхода из бытовки, примерно столько же одолел по коридору до умывальника, открыл кран, сунул культю под ледяную воду и упал замертво.

Объект не клюнул на наживку

Следствие, которое параллельно вели сотрудники Слюдянского РОВД и КГБ (в бригаде работали чекисты из районного отделения, в том числе молодой лейтенант Василий Чепцов, их коллеги из областного управления и оперативник из Центрального аппарата Комитета), выдвинуло три основные версии: неосторожное обращение со взрывчатыми веществами, умышленное убийство и (поскольку БЦБК считался чуть ли не оборонным объектом) — диверсия или вредительство. Версия терроризма не рассматривалась с самого начала, поскольку в тогдашнем Уголовном кодексе была только одна "террористическая" статья — "Террористический акт в отношении представителя органа власти".

Милиционеры нашли человека, который дня за два до убийства якобы видел у Сергея Белкина какой-то круглый пакет.

— Когда я спросил у Сереги, что это, он ответил: "Да вот, глушилку для рыбы приготовил", — уверял милицейский "свидетель".

Однако взрывотехническая экспертиза остатков убившего Белкина и изувечившего его товарищей "сюрприза" — тридцатисантиметрового куска водопроводной трубы, с одного конца наглухо заваренного, с другого снабженного резьбовой заглушкой, а изнутри начиненного порохом — установила, что никакая это не глушилка, а самодельное взрывное устройство (СВУ), направленное на причинение вреда здоровью человека. Но предназначалось ли СВУ Белкину или он погиб просто потому, что оказался не в то время и не в том месте?

В поисках ответа на этот вопрос пришлось прошерстить с тысячу человек: работников БЦБК, прежде всего собутыльников Белкина в трагический для него день, строителей автодороги через прибайкальские скалы — они имели дело со взрывчаткой, и кто-нибудь из них мог снабдить убийцу или убийц слесаря компонентами для СВУ. Пришлось отвечать на неприятные вопросы оперативников и поселившемуся в Байкальске диссиденту с Украины. Но с неделю картина преступления не вытанцовывалась.

Наконец оперативным путем удалось получить данные, что за полмесяца до своей гибели хулиганистый Белкин имел серьезный конфликт в комбинатовском общежитии. Нетрезвые Белкин и трое его приятелей, сообщал источник, заявились в общагу и разбрелись по комнатам. Кто-то из незваных гостей засмолил сигарету, и хозяин жилища, некто Георгий Сальников (фамилия вымышленная. — Авт.), одернул наглеца. Тот, продолжая курить, в ответ нахамил. Недолго думая, Сальников схватил со стены ружье для подводной охоты и продырявил визитеру живот.

— Подстреленного и еще не протрезвевшего парня увезли в больницу, — вспоминает Василий Викентьевич Чепцов, ныне полковник ФСБ. — Так он до самой операции, вызывая смех у других пациентов, и щеголял с торчавшей наружу трубкой-зарядом.

Белкин сотоварищи, как сообщал источник, обещали жестоко расправиться с дерзким, по их мнению, Сальниковым. И по новой версии следствия, впоследствии подтвердившейся, Георгий Сальников решил сыграть на опережение, взорвав лидера своих оппонентов.

Но информации, полученной от источника, было недостаточно для ареста подозреваемого. Нужны были более веские доказательства его причастности к взрыву на БЦБК. Раненный же Сальниковым в общежитии хулиган ни в какую не хотел давать показания. Чекисты провели в комнате Сальникова негласный обыск и нашли компоненты, идентичные тем, что применялись при изготовлении СВУ на БЦБК. Но и этого было мало, чтобы припереть предполагаемого взрывника к стенке.

Кроме того, сразу после взрыва Сальников, варивший котел в цеху, где работал и Белкин, по собственной инициативе дал показания следователям, что за несколько дней до трагедии Белкин хвастался ему круглой глушилкой для рыбы. А сварщик, напарник Георгия, заявил, что тот-де с самого утра ни на минутку не отлучался с рабочего места.

Пришлось установить в комнате Сальникова спецтехнику. А на другой день в комнату, смежную с комнатой подозреваемого, вселились приехавшие на какой-то конкурс школьники и "преподаватель", который должен был фиксировать через прослушку все звуки в комнате Сальникова. Но объект не заглотил наживку — разговаривал сам с собой, неся всякую околесицу. После этого Сальникова решили все-таки задержать.

Оперативные данные проверяли на Украине

— Чекисты собрали на Сальникова солидное досье и, удостоверившись, что Георгий не их "клиент", а уголовник, хоть и незаурядный, передали дело под патронаж прокуратуры, — вспоминает подполковник юстиции, начальник отдела Регионального управления ФСБ по Иркутской области. — Месяца через два материалы по взрыву на БЦБК попали в производство ко мне — я тогда работал следователем областной прокуратуры — и к оперативникам уголовного розыска областного УВД.

Комитетчики свои секреты во все времена не раздавали направо и налево. Все, что я имел в начале расследования, это утверждение, что, по оперативным данным, взрыв организовал именно Сальников. Но никаких доказательств не приводилось. Я понял, что необходимо плотнее дружить с ребятами из КГБ.

А опера из угрозыска, с подачи тех же чекистов, раскопали много любопытного об украинском прошлом Сальникова: родом он был из Днепропетровска. И мы с оперативником по особо важным делам УВД области улетели в командировку в Днепропетровск. А Сальникова этапировали в Иркутск в следственный изолятор. Кстати, это был маленький тщедушный человек лет тридцати, со светлой окладистой бородой.

"Окопная правда" мстительного сварщика

В Днепропетровске иркутяне отыскали двух милиционеров, на которых когда-то покушался Сальников.

— Поскольку об этом преступлении они в свое время не доложили, "потерпевшие" в погонах поначалу запирались и при беседе с нами. Раскололись, только когда мы показали жуткие фотографии убитого и раненых при взрыве в Байкальске.

Георгий Сальников давно увлекался подводной охотой. Всю амуницию этот редкостный умелец-самоучка смастерил сам. Тайком он охотился и на канале местной ГРЭС, где любая рыбалка была запрещена. Милиционеры, охранявшие электростанцию, однажды застукали его с поличным и оштрафовали.

Сальников затаил злобу. Целый месяц, поджидая оказии, носил в рюкзаке точно такое же СВУ, какое взорвалось в Байкальске, только без открыток. Наконец удобный случай подвернулся. Георгий шел по дороге чуть выше канала ГРЭС, а его обидчики, оставив у дороги мотоцикл, спустились ополоснуть лица — жара стояла жуткая. Один из милиционеров, заметив Сальникова, крикнул: "Что, опять браконьерничаешь, Жора? Погоди, надо поговорить". Поболтали о разном. Сальников ушел. Милиционеры освежились, вернулись к мотоциклу и увидели в коляске под тентом круглый сверток.

Один повернул резьбу, из трубки раздалось шипение — видимо, порох отсырел; милиционеру обожгло руку, и он швырнул "сюрприз" в канал. Над водой СВУ взорвалось. Милиционеры разыскали Сальникова. Тот все отрицал. "Уматывай отсюда, иначе мы тебе голову оторвем!" — пригрозили рассвирепевшие охранники.

Георгий срочно сбежал в Запорожье и устроился на стройку. Там он тоже вскоре отыскал повод для мести.

— Началось, как у него бывало не раз, с мелочи, — рассказывает Петр Мазанников. — Сальников наловил рыбы и отдал бригадиру, который мастерски готовил балык. Бригадир выполнил просьбу, но за коллективной выпивкой в отсутствие Георгия весь деликатес ушел на закуску. Сальников страшно возмутился. Бригадир пытался извиниться, предлагал деньги, но уговоры не остановили Сальникова — он вдрызг расхлестал лобовое стекло бригадирских "Жигулей". Бригадир написал заявление, Сальникову присудили 15 суток общественных работ. Он замыслил жуткую месть. На допросе он мне сказал: "Убивать его я не хотел. Для этого гада смерти мало. Я хотел, чтобы он на всю жизнь остался калекой".

Однажды ночью Сальников пробрался в строительный вагончик и к монтажной каске бригадира шпагатом привязал кусок трубы с небольшим количеством заряда (СВУ натяжного действия. — Авт). Расчет был на то, что бригадир возьмет лежащую на уровне головы каску, и взрывом ему выжжет глаза.

На счастье "приговоренного", на другой день он отсутствовал, а в вагончике затеяли генеральную уборку. Отодвинув шкафчик, строители увидели СВУ и вызвали милицию. Уголовное дело опять не завели и злоумышленника искали вяло. Георгий в пожарном порядке уволился и сбежал в Иркутск.

— За Сальниковым числится еще одна смерть, — вступает в беседу полковник Чепцов. — По своим каналам мы установили, что на Украине он, поссорившись, утопил девушку, вместе с которой занимался подводной охотой.

Замыслил он убийство и в тюрьме

Получив в Запорожском УКГБ заключение экспертизы по взрывному устройству, предназначавшемуся бригадиру Сальникова, Мазанников и его спутник вернулись в Иркутск.

— Запорожское СВУ по принципу действия, изготовления и по почерку изготовителя оказалось совершенно идентичным взрывному устройству, от которого погиб Белкин, — рассказывает подполковник Мазанников. — Но это выяснилось несколько позже, после экспертизы в ЦНИИСИ-1 (том самом НИИ, который укрепили после взрывов в московском метро. - Авт. ).

До моей командировки Сальников никаких показаний не давал. А тут я выложил перед ним целую обойму веских доказательств. Кроме свидетельств его причастности к двум покушениям на Украине — показаний его брата-охотника, который снабдил Георгия порохом, использованном при начинке СВУ на БЦБК.

При обыске в комнате общежития БЦБК была найдена фотография Белкина и его приятеля, раненного Сальниковым из подводного ружья. У Белкина был отрезан бок и рука, а второму Сальников выхватил ножницами ту самую точку на животе, куда угодил заряд. Суд, кстати, признал это фото веским доказательством причастности Сальникова к преступлениям.

Было установлено, в каком почтовом отделении он покупал открытки, приклеенные к "сюрпризу" в ожидании Белкина. Рассыпалось и алиби, выданное Георгию его коллегой. Следственный эксперимент показал, что напарник Сальникова не мог слышать, как работает второй сварочный аппарат. То есть Сальников мог незаметно отлучиться, положить "сюрприз" в карман куртки Белкина и вернуться на рабочее место

По совершенному на Украине Сальников дал подробные показания, а в своей причастности к взрыву на БЦБК долго не признавался. Все интересовался, когда будет заключение из ЦНИИСИ. А тем временем, сидя в СИЗО, попытался... совершить еще одно покушение!

— Его сильно донимал важняк из угрозыска, работавший со мной в паре, — рассказывает Петр Мазанников. — Например, этот опер, блефуя, уверял арестованного, что по сварочному шву можно запросто определить почерк сварщика. Георгий очень этого боялся. Он не догадывался, что начало раскрытия преступления принадлежит сотрудникам КГБ и этот оперативник работает на основе данных комитетчиков.

Сальников решил направить въедливого опера, как он считал, на верную гибель. Арестованный "признался", что несколько лет назад на Дальнем Востоке якобы совершил убийство и преступление до сих пор не раскрыто. Даже нарисовал, где зарыл труп. Убийство оказалось липой, но этот оперативник в командировку на Дальний Восток все-таки слетал.

Потом Сальников рассказал, зачем дал ложные показания. Оказывается, он подгадал командировку ненавистного ему опера под путину, во время которой в указанной местности рыбу поголовно ловят и взрослые, и дети, аборигены и приезжие. Рыболовы безбожно пьют и зачастую нелепо гибнут. Сальников очень надеялся, что среди жертв всеобщего сумасшествия окажется и наш оперативник. Не выгорело.

Наконец "взрывник" дал исчерпывающие показания, нарисовал конструкцию и принцип действия своих СВУ. По заключению взрывотехнической экспертизы, они полностью совпадали с устройством СВУ, сработавшим на БЦБК. Сальников утверждал, что все конструкции придумал сам.

Шизофреник-бомбист строил Чернобыльскую АЭС

По действовавшим тогда законам Сальникову грозил очень большой срок или вышка. Но суд приговорил "взрывника" не к расстрелу и даже не к колонии строгого режима, а (на основании экспертного заключения НИИ психиатрии имени Сербского) к принудительному лечению в психиатрической лечебнице. Георгия направили на Дальний Восток, в славившуюся очень жесткими условиями содержания пациентов психбольницу закрытого типа.

— Его психическая ненормальность сразу бросалась в глаза, — вспоминает подполковник Мазанников. — Он чуть ли не в каждом видел врага, просто был заряжен на убийство и искал для расправы самые ничтожные поводы. В частности, хотел закоротить ток, чтобы убить напарника-сварщика за то, что тот... подал "не те" электроды.

Сальникова просто распирало от осознания собственной "неординарности". Когда во время допроса заходили мои коллеги и интересовались, что за фрукт у меня сидит, он говорил: "Петр, покажите, как я их". То есть хотел, чтобы я каждый раз демонстрировал фотографии растерзанного тела Белкина и других потерпевших.

Мы планировали провести следственный эксперимент — дать ему сварочный аппарат, кусок трубы (естественно, без пороха), чтобы он сварил муляж СВУ. Но начальник управления запретил, от греха подальше, давать Сальникову что-нибудь в руки — мало ли что он мог выкинуть!

Когда он иссяк по основным эпизодам, дал показания, что на Украине из недовольства советской властью якобы поджигал леса. Мы проверили: пожары в указанный период были, но имел ли он к ним отношение... Скорее всего, Сальникову хотелось, чтобы его чисто уголовное дело приобрело политический оттенок.

— При обыске у него было изъято множество чертежей взрывных устройств, — добавляет полковник Чепцов. — Все они были направлены на уничтожение людей. Например, он ломал голову, как из компрессора сделать СВУ с большим радиусом поражения. И этот совершенно неадекватный человек, как выяснилось, участвовал в строительстве Чернобыльской АЭС!

Возвращение Взрывника

Спустя тринадцать лет байкальский "взрывник" неожиданно вновь напомнил о себе.

— Мы-то считали, что все давно поросло быльем. Ведь в той психушке, куда определили Сальникова, многие лечатся до скончания своих дней, — рассказывает Петр Мазанников. — И вдруг из психиатрической больницы в микрорайоне Юбилейном Иркутска к нам в Управление федеральной службы контрразведки (тогдашнее название ФСБ. — Авт.), куда я перешел из прокуратуры в 81-м, поступает оперативная информация, что один из пациентов хвастается соседям по палате, что владеет навыками изготовления любого взрывного устройства и в подтверждение своих слов рисует схемы СВУ. Нам передали эти чертежи. Каково же было наше удивление и ужас, когда мы узнали почерк Георгия Сальникова!

Это был действительно он. Мы с начальником оперативного отдела, который тоже не понаслышке знал историю Взрывника, немедленно доложили начальнику управления. Последовало указание проверить обоснованность и законность пребывания Сальникова в Иркутске. Ведь, что скрывать, условия охраны пациентов в больнице в Юбилейном не самые жесткие.

Отправили запрос на Дальний Восток. Из лечебницы, где должен был находиться Сальников, пришел ответ, что состояние его здоровья улучшилось и он может содержаться в психиатрической лечебнице общего типа! Видимо, в той психушке решили освободить койко-место для другого пациента, и сплавили Георгия в Иркутск.

Через суд мы добились возвращения Сальникова туда, где ему и положено было находиться. К счастью, в Иркутске он пробыл всего неделю-две. Насколько нестабильными для России выдались 1990-е годы, думаю, объяснять не надо. Останься Сальников в "либеральных" условиях подольше — или сам бы чего наворотил, или попал бы в лапы профессиональных террористов и насочинял бы бомбочек по их указке.


За помощь в подготовке материала автор выражает признательность сотрудникам РУ ФСБ по Иркутской области и ветерану органов госбезопасности Владиславу Ивановичу Елизарьеву.

Метки:
baikalpress_id:  33 589