Усть-Удинский район: жизнь в окружении Братского моря

В старину Новую Уду окружали такие села, как Погорюй, Потоскуй, главными достопримечательностями которых были кабаки, церковь да развалюха-школа. Прошло сто лет, но ничего, по сути, здесь не изменилось

Усть-Удинский район - тупиковый. Он растянулся более чем на 300 километров по правому берегу Братского водохранилища. Дальше дороги нет. Значительная часть его территории оказалась затопленной, а более 100 сел переменили свое местоположение. Сельское хозяйство района после возведения Братской ГЭС развивалось в неблагоприятных условиях. К худшему изменился климат. Новые поселки вынуждены были с большим трудом восстанавливать аграрное производство на малопригодных землях. Сельское хозяйство начали терять в середине 90-х годов, когда обвалились цены. Непродуманные реформы поставили крест на относительном благополучии совхозов, достигнутом при советской власти.

Усть-удинские контрасты

Семьдесят процентов населения Усть-Удинского района живут за чертой бедности. Более-менее нормально существуют работники бюджетной сферы, а процветают коммерсанты и владельцы лесоделян.

Разделение общества на классы в районе ощущается весьма остро. Дома с тарелками спутниковой связи и припаркованными рядом джипами или "Мерседесами" соседствуют с полусгнившими хибарами. От бедности народ из хибар идет в батраки к тем, у кого джипы. Зачастую люди работают просто за еду. Те, кто еще не дошел до такой крайности, идут работать к лесозаготовителям. Последних в районе много, но не все отличаются чистоплотностью.

Лучше всего, по словам жителей района, работать на предприятии "Ангарский лес". Условия хорошие: проживание в лесу в домиках, вахта длится 20 дней, потом десять дней отдыха. За одну вахту платят три тысячи.

С частными предпринимателями отношения у работников складываются по-разному.

У одних вальщики живут в лесу в палатках, у других - в зимовьях. Бывает, что работникам платят по две тысячи за две недели, а случается, что и обманывают. Трудовые контракты никто не заключает, люди бесправны и не могут за себя постоять.

Три врача на весь район

В Усть-Удинском районе острая нехватка врачей - один терапевт, один хирург, один гинеколог, а невропатолога нет вообще. Одни и те же специалисты ведут прием в поликлинике и работают в стационаре ЦРБ.

По словам Владимира Сенина, главного врача Усть-Удинской ЦРБ, надежда сейчас только на президента - на его обещание повысить зарплату терапевтам и педиатрам. Иначе район может вообще остаться без медицинской помощи.

В настоящее время нет фельдшера в отдаленном селе Ключи. Телефонная связь с этим населенным пунктом отсутствует. Не дай Бог, что случится, - никто не поможет.

Селу Подволочному, расположенному в 150 километрах от Усть-Уды, иногда бывает проще связаться с врачами Братского района, и помощь приходит оттуда.

С деревней Чичково связаться попроще - есть лесовозная трасса, но в распутицу скорая по этой дороге не проедет. А фельдшера из Чичково нынче избрали главой администрации, и с января у нее будут совсем другие обязанности.

Во многих деревнях и селах работают фельдшеры пенсионного или предпенсионного возраста. Когда они отойдут от дел, население останется без медицинской помощи.

- Мы ежегодно подаем заявки в Главное управление здравоохранения и в медицинский университет, но никто не хочет к нам ехать, - говорит Владимир Сенин. - Про деревни я даже молчу, в саму Усть-Уду не едут, хотя мы предлагаем квартиры.

В поселках, отрезанных от Усть-Уды, обостряется ситуация с онкозаболеваемостью. Выявить рак на раннем этапе некому, и люди попадают в больницу уже с четвертой стадией заболевания. В этом году из 21 случая вновь выявленного рака зарегистрировано 12 запущенных, то есть в четвертой стадии.

В этой связи среди населения района пошли разговоры о том, что во всем повинен подземный ядерный взрыв, осуществленный в соседнем Осинском районе. Однако исследований на этот предмет в Усть-Уде никто не проводил, и Владимир Сенин полагает, что дело все-таки не во взрыве, а в том, что люди из отдаленных деревень не могут обратиться за медицинской помощью и такая ситуация продолжает усугубляться.

Крепкие фермеры

Про директора крестьянского хозяйства "Атовское" в деревне Мольке, Сергея Новицкого, в районной администрации сказали, что таких руководителей нужно клонировать и ставить во главе нищих деревень. А один из местных крестьян отозвался так: "Григорьич - он могет. Не привык сидеть на месте".

Когда под ударом рыночной реформы в деревне Мольке развалился совхоз, Новицкий - бывший его председатель - объединил вокруг себя самых стойких, 30 работников и несколько десятков пенсионеров-пайщиков. Сельхозтехнику, чтобы ее не растащили на металлолом, как это произошло у соседей, распределили по кресть-янским дворам на сохранение.

Несколько лет новоявленному хозяйству приходилось просто выживать. Секрет выживания заключался в том, чтобы сберечь остатки совхозного имущества. Сберегли очень много - тракторы, комбайны, мастерские, гараж. А затем пошли приобретения. Сейчас в "Атовском" есть своя пасека, табун лошадей, мельница, пекарня, где пекут несколько видов хлебобулочных и кондитерских изделий. В этом году построили цех по переработке молока. В деревне Мольке проводится Сурхарбан. На праздник приезжают люди со всего Усть-Удинского района.

Пахотный клин у Новицкого составляет две тысячи гектаров. И хотя усть-удинская земля не благоприятствует высоким урожаям, в хозяйстве научились брать от нее по максимуму. Во многом благодаря селекционной работе сортоучастка, где занимаются научной агрономией.

Шкура да кости

На въезде в Светлолобово по сторонам дороги раскинулись корпуса заброшенной фермы. Их количество свидетельствует, что раньше поселок зарабатывал себе на жизнь животноводством.

- Давно все развалилось, - сказал местный житель Валера. - Мужики, кто может, работают на делянах, а жены - дома. Я только вернулся с вахты. За 20 дней получил четыре с половиной тысячи. Скоро опять поеду в лес. Мне там нравится. Условия хорошие, живем в теплых домиках, телевизор, душ, питание за свой счет. Для работяги лучше места не найти.

В бывшем светлолобовском совхозе, который сейчас называется ООО "Искра", осталось 33 работника, уцелело четыре комбайна, два грузовых автомобиля, небольшое стадо крупного рогатого скота, 53 свиньи, 24 пасеки и 700 гектаров пахотной земли. Если иметь в виду, что литр солярки хозяйству обходится в 17 рублей, а литр молока реализуется по цене от 7 до 13 рублей, то на предприятии уже забыли, что такое прибыль.

- Считайте, от Светлолобово до Иркутска 320 километров, - говорит директор "Искры" Любовь Клевцова. - Вывозить продукцию себе дороже. Потом, где ее там реализуешь - нет торговых мест для иногородних. Мы сдаем молочную продукцию маленькими партиями в детские сады или школы. Все, этим рынок сбыта ограничен.

Живые деньги в поселке можно заработать только у перекупщиков скота. Правила торговли диктуют они. Крестьяне же остаются в убытке, когда, например, покупатель приезжает под 1 сентября. Детей пора собирать в школу или отправлять на учебу в город, нужны деньги, и перекупщик назначает свою цену, не уступая ни копейки. Вот и приходится продавать свинину по 100 рублей за килограмм, говядину - по 70. Корову, выкормленную непосильным трудом, могут отдать и за совсем малые деньги - 9-12 тысяч рублей. А скоро наступит забой, и мясо еще подешевеет.

В Светлолобово, как и во многих поселках района, осень - самая горячая пора для перекупщиков. Десятки автомобилей с тележками разъезжают по деревням. Где скупают скотину живым весом, где сами забивают, разделывают и вывозят готовую продукцию, оставляя на подворье шкуру да кости животных.

Глава администрации с работы ходит пешком

Деревня Михайловщина находится в 13 километрах от районного центра, на противоположном берегу узкого и длинного залива водохранилища.

Из одного населенного пункта видны окраины другого. Для ежедневного сообщения между ними расстояние неблизкое, рейсовый автобус работает с перебоями, а частники берут 200 рублей в один конец. Только зимой по льду жители поселка напрямую могут добраться до Усть-Уды. В Михайловщине нет своей школы, и дети каждое утро в сопровождении взрослых отправляются за знаниями в районный центр. После занятий тем же порядком возвращаются в поселок.

В Михайловщине живет глава администрации Светлолобово Лариса Михайловна Сапегина. В этой должности она работает семь с половиной лет, и ей частенько приходится возвращаться с работы пешком. Наш редакционный автомобиль настиг главу под конец рабочего дня, когда она в наступивших сумерках шла по проселочной дороге, и, естественно, мы предложили подвезти ее до дома.

- Сколько времени вы тратите на ходьбу?

- Три с половиной часа, - ответила Лариса Михайловна. - Но скоро я сложу свои полномочия. С 1 января в Светлолобово и Михайловщине будет новый глава муниципального образования. Народ избрал предпринимателя Севостьянова, он много раздавал обещаний. При мне администрация и жители все ж умудрялись сохранять чистоту в поселке. После зимы успевали свалки ликвидировать, благоустроить улицы. Успевали благодарностей и грамот за это наполучать. Наверное, при новом руководителе дела пойдут лучше, ведь у него больше возможностей.

Карда - зона бедствия

Восемь деревень - Аносово, Аталанка, Карда, Подволочное, Чичково, Средняя Муя, Бурундуй, Ключи - вообще отрезаны от мира. В пять из них летом можно добраться на лодках, зимой - по льду, а в настоящее время вообще никак.

К трем другим дороги есть, но они разбиты лесовозами.

Одна из самых отдаленных деревень - Карда - скоро совсем исчезнет с лица земли. Карда стоит в низовьях Ангары. Карду стали покидать, когда вырубили лес в ближней и дальней округе, а леспромхоз приказал долго жить. Переселение затянулось на несколько лет. Из 50 дворов там осталось 15. Ждут дотаций от районных властей. Кто-то из кардинцев слышал, что должны выдать по 50 тысяч рублей на переселение. Дома решили бросить, а новую школу сохранить. Со временем ее должны перевезти в Балаганку - одну из старейших деревень Усть-Удинского района.

Рита Прохорова с домочадцами выехала из Карды два года назад. Купила дом в Михайловщине и с тех пор пытается наладить разоренный быт на новом месте.

- Первым из Карды переселили ветерана войны. Ему выделили в Усть-Уде благоустроенную квартиру. На следующий день после переезда он там и помер. Поэтому пошло такое поверье: старые люди, уехав из Карды, долго не живут, - вспоминает она. - Я выезжала зимой по льду. Дорога у нас страшная. Того и гляди, машина бухнется в промоину или перевернется. За один рейс вывезла не все вещи. Остальное придется вывозить за свой счет.

Как вынужденным переселенцам, семье Прохоровых выделили участок леса, они продали его и на вырученные деньги приобрели жилье. Теперь началась маета с переоформлением документов на недвижимость. За каждой справкой приходится ездить в Усть-Уду. Уже наездила на десять тысяч рублей, но, по-видимому, предстоит еще не одна поездка в районный центр, чиновники не торопятся с выдачей свидетельства на право владения домом.

Газ - наш враг

Деревня Новая Уда - одна из сотен на ангаро-илимских землях - возникла в конце XVII века. Когда-то насчитывалось в ней 25 дворов, в которых жили 208 душ мужского пола. Как писал о Новоудинской слободе профессор В.Шерстобоев в своем труде "Илимская пашня", "почти все дворы принадлежали пашенным крестьянам: переселенцам из Западной Сибири и ссыльным. Кроме них проживали 13 хлебных обрядчиков, 20 бездворных крестьян, один сын боярский, пять приказчиков, пять служивых, один подворник, 15 гулящих людей и один нищий казак".

По воспоминаниям старожилов Новой Уды, их слободу окружали деревни Погорюй, Потоскуй, Хапилово, Долгая Тетка (по прозвищу обдиралы-трактирщицы). В поселке было семь кабаков, девять лавок, два постоялых двора, церковь и одна развалюха-школа, в которой училось всего полсотни ребятишек. Рядом глухой, местами заросший березняком Жигаловский тракт - дорога кандальников.

В 1923 году в серый осенний день с гиком и свистом в село ворвалась банда Замащикова. Вставали на дыбы взмыленные кони, в мелкое крошево дробили пули оконные стекла, от разрывов гранат взлетали вверх комья земли. До последнего патрона оборонялись окруженные бандой ревкомовцы. Они погибли в неравном бою. Только двум комсомольцам удалось вырваться из кольца банды, но и они не ушли от жестокой расправы. Их убили в тайге, вырезали на спинах пятиконечные звезды, обезобразили трупы. Разграбленное село несколько дней дымилось головешками.

В 2001 году Новая Уда отметила свое 300-летие. Местные жители надеялись, что к юбилею в поселке наконец-то достроят новую школу. Однако к празднику новоудинцы не получили долгожданного подарка. К строительству школы приступили еще в 1988 году. По понятным причинам стройку заморозили больше чем на десятилетие. Два года назад в поселок пришла обнадеживающая новость - будут строить трехэтажную школу, потом сообщили, что денег выделили только на двухэтажную, а построили в конце концов одноэтажную.

- Конечно, спасибо строителям и на этом, - говорит директор школы Елизавета Николаевна Емельянова. - С фасада школа выглядит по-современному, как в городе. А внутри много недоделок. Ученикам и учителям здесь очень тесно. Кабинеты крошечные, есть класс, куда мы втиснули всего четыре стола. В Иркутске мне сказали, что наша школа проектировалась с учетом перспективы малой рождаемости в поселке и рассчитана на 190 человек, а у нас в две смены сейчас приходят на занятия 256 учеников.

Основная статья доходов в Новой Уде - это лес. Большие надежды здесь возлагали на открытое в советское время месторождение газоконденсата. Три действующие скважины и вышки находятся в пяти километрах от поселка. Обещания построить дороги и провести газ в дома сельчан пока остаются обещаниями.

Месторождение эксплуатирует одна из иркутских компаний и автоцистернами перегоняет сырье в Ангарск. Новоудинцы подсчитали, что в каждую из трех поездок в район бывшего губернатора Иркутской области Бориса Говорина он обязательно бывал у них в гостях, но после его визитов ровно ничего не менялось.

Поэтому в Новой Уде говорят: "Газ - наш враг!" В последнее время здесь подозревают, что вспышка гепатита среди детей примерно пятилетней давности началась после разморозки скважин месторождения. Затем обратили внимание на желтеющую листву в конце июня и утренний вонючий смог, наплывающий на поселок с залива. У людей появился беспричинный кашель и неизвестная ранее аллергия на цитрусовые и стиральный порошок.

Местные жители неофициально покупают газоконденсат по 7 рублей за литр. Наполовину смешивают с бензином и экономят на транспортных расходах. Самые активные из них считают, что дешевое горючее помогло бы подняться с колен сельскому хозяйству района - вспахать и засеять брошенные земли. Такое мнение приходилось слышать не раз, и на первый взгляд оно выглядит экономически целесообразным.

Следы Иосифа Виссарионовича

В 1903 году в Новой Уде отбывал ссылку молодой Иосиф Джугашвили. В то время будущий отец народов был известен только в узких кругах, и новоудинцы не знали, какой человек живет рядом с ними.

Сталин пробыл в Новой Уде чуть больше месяца. 17 ноября 1903 года Джугашвили прибыл в Новоудинское волостное управление, 21 декабря встретил в ссылке свой 24-й день рождения, а 5 января бежал.

Столь кратковременное пребывание вождя в Новой Уде так бы и кануло в историю, если бы не старенькая бабушка Литвинцева, у которой Джугашвили квартировал во время ссылки.

В 30-е годы Литвинцева случайно зашла в местную школу, увидела огромный портрет Сталина и воскликнула: "А я этого мужика знаю!"

С тех самых пор жизнь в Новой Уде круто изменилась - пионеры начали писать письма Сталину, в деревне основали музей вождя. А на Киткай-горе, где, по легенде, любил бывать Сталин, установили беседку и стали водить туда экскурсии.

Делегации со всей страны приезжали в Новую Уду, чтобы прогуляться "по сталинским местам". И в то время, когда в Усть-Удинском районе вообще не было электричества, в Новой Уде работала электростанция, а по деревне курсировал единственный в районе автобус. При сталинском музее была организована гостиница, построена баня, создана уникальная библиотека.

В 60-е годы, когда по всей стране памятники Сталину начали демонтировать, в Новой Уде случился настоящий погром. Памятник вождю, который стоял подле музея, был разрушен, музейные экспонаты, в том числе подарки Сталина пионерам, вывезены в неизвестном направлении.

Вскоре после этого началось затопление, и тот самый дом, волостное управление, где еще в 1903 году держали Сталина до определения на поселение к Литвинцевой и где в

30-е годы был открыт музей, перенесли в нынешнюю Новую Уду. Сейчас этот дом находится в запустении. История пребывания Сталина в Новой Уде увековечена в экспозиции краеведческого музея да в названии фермерского хозяйства, расположенного в Ясачной Хайрюзовке.

Школа для вымирающей деревни

Деревни Юголок и Кижи объединены в одно муниципальное образование. С 1 января его возглавит предприниматель Андрей Голубков. За него проголосовало более 50 процентов избирателей. Такой результат вселяет в него уверенность. Скоро новоизбранных глав муниципальных образований соберут на учебу в Иркутске, но Голубков уже сейчас отлично осознает, чем ему придется заниматься в ближайшие четыре года.

Местные проблемы он знает наперечет. В деревнях отвратительная телефонная связь, а он мечтает об Интернете. В Кижах недавно сгорела почта и вышла из строя водоколонка. Процветает самогоноварение. И главное, у администрации мизерные средства и отсутствует техника, без которой ни дороги благоустроить, ни отремонтировать ту же водокачку.

В деревне Кижи нынче в первый класс пошли четыре человека. Когда эти дети отучатся четыре года, их станут возить на автобусе в Юголок. Юголокская средняя школа известна тем, что в ее здании, перенесенном из старой Усть-Уды, когда-то учился Валентин Распутин. Школа эта находится в аварийном состоянии. Однако новую школу строят в Аталанке - на родине классика. Практически все жители Усть-Удинского района комментируют данный факт, не стесняясь в выражениях. Потому что Аталанка - вымирающая деревня и детей в ней сейчас около сорока. Школу же строят на 72 ученика, и из областного бюджета на эти цели было выделено 35 миллионов рублей.

- Лучше бы хоть одну дорогу на эти деньги построили, - возмущаются жители Михайловщины, Юголока, Кижей. -

В эту Аталанку никак не доберешься, все скоро оттуда уедут. Будет там эта школа стоять так же, как в Карде. Настоящий памятник человеческой глупости.

Крестьянин с трезвой головой

Старинное село Балаганка всегда жило несколько наособицу. Оно одно из немногих сел, которые не сдвинули с места после образования Братского водохранилища. Сохранились и старопахотные земли - чернозем.

Три века назад эти земли заселяли буряты-булагаты. Русскую Балаганку в XIX веке основали два поселенца - крестьянин Константинов и ссыльный Рогов. О последнем местные краеведы собрали подробные сведения. Родоначальник династии пришел в деревню в кандалах, женился на бурятке, и у них родились два сына. Когда родился третий, отец снял с себя цепи.

Потомки кандальника резко пошли в гору. Егор и Андрей стали зажиточными хозяевами и меценатами. На свои деньги построили в Балаганке церковь и школу. Во времена коллективизации их раскулачили. Отобрали 120 голов крупного рогатого скота, постройки и растащили на телегах много добра с их дворов. Конфискованный скот вскоре погиб, и колхоз сумел восстановить прежнюю численность поголовья только в шестидесятые годы.

Предпринимательские традиции семьи Роговых сейчас в Балаганке продолжает Иван Артемов. Два года назад на обломках развалившегося совхоза он организовал частное хозяйство и занялся разведением скота. Сам не пьет и на работу устраивает только непьющих мужиков. На трезвую голову авось у них что-то и получится.

Метки:
Загрузка...