Уж замуж невтерпеж

Нравы современной сибирской деревни наполняют эту затертую школьную формулу новым смыслом

Неисповедимы все же пути Господни, думала я, собираясь в Никольск. Командировка была странной: ехать предстояло в семью героического защитника деревни, остановившего в конце августа неуправляемый трактор. Но писать не о героизме, а совсем о другом...

Пусть Зубарев вам помогает!

В этой деревенской истории, достойной, по-моему, самого крутого телесериала, важную роль играют даты, числа, которые сами по себе уже факты.

Итак, 31 августа житель деревни Никольск 27-летний Иван Шахматов совершил героический поступок — остановил потерявший управление огромный К-700. После шести вечера трактор с абсолютно пьяным водителем почему-то оказался на одной из деревенских улиц и двигался по только Богу известному направлению. Неподалеку находилась автобусная остановка с созерцающими тракторные виражи гражданами. Возившиеся в огородах сельчане тоже видели, что с техникой что-то не в порядке.

Потом произошло непоправимое: водитель трактора выпал из кабины. Судя по его состоянию, он уже ничего не понимал и не чувствовал, как могучая машина несколько раз проехала по кругу на одном и том же месте, в прямом смысле смешав с грязью его тело.

Оказавшийся неподалеку Иван не растерялся, вскочил на колесо и... ощутил жгучую боль: металлическое крыло трактора вмиг распороло ногу до кости.

Потом была больница, операция, долгий послеоперационный период. Выписавшийся домой Иван передвигался только при помощи костыля. Нужны были дорогие лекарства, хорошее питание — все же больной потерял много крови и до, и во время операции.

— Я каждый день ездила в больницу к сыну, — рассказывает его мать Елена Ивановна Шахматова. — Все нужно было покупать за свои деньги — соки, бруснику, таблетки, ампулы с лекарствами. Даже костыли пришлось купить самой. Просила помощи у руководителя ООО "Никольское" — ведь это их трактор так покалечил моего Ваню! А мне ответили: езжайте к Зубареву (глава Иркутского сельского района. — Авт.), пусть он вам помогает.

Сегодня герой нескольких газетных публикаций едва-едва передвигается по дому. Ему нельзя поднимать тяжелое, нельзя работать. Огород, домашнее хозяйство и пятилетний сын — на его жене Рите, которая ждет второго малыша. И очень переживает и за мужа, и за свою свекровь Елену Ивановну Шахматову, потому что...

Но это — уже другая история.

Пиво, любовь и прокуратура

10 августа, за три недели до трагедии на деревенской улице, Иван получил записку.

"Ваня! Привезете деньги — 50 тысяч, я заберу заявление". Внизу была подпись: Лена. И та самая дата.

Собственно, эти несколько строк на маленьком листочке и стали поводом для моего визита в Никольск. С разрешения героя следующей, теперь уже драматической истории, того же Ивана Шахматова, пересказываю ее составляющие. Опуская самые пикантные детали — пусть они останутся только на диктофонной пленке.

Итак, однажды Ваня поссорился с Ритой. Шел 12-й час ночи. Но августовские ночи светлые, спать после всего случившегося не хотелось, и Рита ушла из дому. А Ваня сел в машину (старенький Москвич они собрали вместе с женой) и поехал по деревенской улице.

— Я был очень расстроен, — признается герой этой печальной истории. — Заехал к своему брату, там встретил Лену Рязанову. Сказал ей: ты будешь пиво? Она согласилась. Тут подошла моя жена. А Лена громко так, при всех и говорит: "Ты что же это, Рита, не даешь Ване?" Помню, жена ей ответила: "Отойди от него, увижу тебя рядом — ноги выдерну".

Потом Иван Шахматов поехал по делам в Майск, вернулся в деревню, заехал к сестре (она заведует магазином), развез продавцов по домам. Когда возвращался домой — в пятом часу утра — на остановке увидел Лену.

— Ну и где твое пиво? — спросила явно поджидавшая его девушка. И села в машину.

Она была уже заметно нагрузившаяся, вспоминает Иван. Но пиво пить стала, потом попросила сигарету и поехала ко мне домой. Спросила только: "А где твоя жена?"

Жены дома не было. Ваня любезно угостил гостью тортом — накануне его предусмотрительно состряпала Рита. Девушка отщипывала кусочки — нож они так и не нашли — и запивала тем же пивом. И рассказывала о себе, что по гороскопу она Козерог, что у нее есть сотовый — "Моторола". А еще — как трудно ей учиться в Иркутске, потому что нет денег даже заплатить за общежитие.

Ваня жаловался на свою тяжелую семейную жизнь, ссоры с женой.

— Если бы я была замужем, — говорила Лена, — я ценила и уважала бы своего мужа.

Потом молодые люди пили пиво, танцевали (Лена, по словам Вани, очень красиво танцует), потом...

— А я стояла у окна и все это видела, — рассказывает Рита. — Смотрела-смотрела, а когда они стали целоваться-обниматься и пошли в нашу спальню, заревела и огородами побежала к сестре.

Шел шестой час утра. Что было тогда в спальне Шахматовых, история умалчивает. По словам Ивана, они сразу уснули — к утру накопилась усталость, да и алкоголь подействовал. Версия Лены, судя по дальнейшим событиям, прямо противоположна. Но факт, что спустя три часа Рита Шахматова вместе с Леной и ее сестрой Ирой ехала в Иркутск, потому что...

И это тоже — отдельная история.

Счастье за 48 тысяч пятьсот рублей

Мы, нижеподписавшиеся,

Рязанова Елена Сергеевна, 1987 года рождения, паспорт серии..., проживающая...

и Шахматова Елена Ивановна, 1953 года рождения, паспорт серии..., проживающая...

заключили договор о нижеследующем:

1. Я, Шахматова Е.И., заняла у Рязановой Е.С. 48 500 рублей, которые были переданы до подписания настоящего договора сроком до 1 октября 2005 года, с выплатой по окончании срока договора всей суммы займа в рублях.

По истечении указанного срока возврата займа Шахматова Е.И. выплачивает Рязановой Е.С. пени в размере 1 процента суммы займа за каждый день просрочки, что составляет 485 рублей ежедневно.

2. Я, Шахматова Е.И., вправе уплатить занятые деньги, а я, Рязанова Е.С., обязана принять платеж и ранее указанного срока.

3. Если я, Шахматова Е.И., не уплачу занятые мной деньги к указанному сроку, то Рязанова Е.С. вправе предъявить договор займа к взысканию.

Этот любопытный документ родился как итог (по версии Лены и ее родных) взаимоотношений девушки с Иваном Шахматовым той августовской ночью. И с 15 августа — даты заключения договора — Елена Ивановна потеряла покой.

Своих шестерых ребятишек она поставила на ноги сама.

— Работать приходилось на двух, а то и трех работах сразу, днем и ночью, — рассказывает женщина. — Была и дояркой, и поваром, и бухгалтером-нормировщиком, заведовала школьной столовой. Бралась за любую работу, лишь бы прокормить двух сыновей и четырех дочек. Могла бы, конечно, и замуж снова пойти, но решила так: чужой человек детям отца не заменит.

У всех детей давно свои семьи, свои дети — десять внуков у бабушки Елены. Забежавший после школы "на минутку, к бабуле", одиннадцатилетний Сережка сразу пристроился рядом с ней на табуреточке. И замолк, понимая, что разговор у нас непростой, его детскому уму непонятный.

— Как все-таки получилось, Елена Ивановна, что вы подписали этот явно фиктивный договор? Не брали же вы в самом деле эти деньги у восемнадцатилетней Лены Рязановой?

— Конечно, не брала. Но Лена с сестрой Ирой тем же утром обратились в прокуратуру Иркутского сельского района, написали заявление, будто бы Ваня изнасиловал Лену. Какое же это насилие? В машину она села добровольно, в дом к Ване (в пять часов утра!) тоже сама пошла. Общалась с ним тоже по своей воле, никто не заставлял. А утром — такой вот поворот.

Я просила их: не торопитесь, давайте успокоимся, разберемся, все обсудим. Какое там! Лена с Ирой только смеялись в ответ: виноват не виноват, а деньги отдайте. Иначе по судам затаскаем, а Ваню в тюрьму закроют. Говорили, у них родственница в суде есть, она-то им поможет моего сына посадить. Угрожали меня убить, если я на тот договор не соглашусь (плачет).

Из требуемой суммы в 50 тысяч рублей (я, кстати, так и не поняла, откуда взялась эта цифра. Почему именно 50, а не 20, 30, 40, например? — Авт.) Елена Ивановна заплатила Лене полторы тысячи, да нотариусу пятьсот рублей отдала.

Теперь, согласно этому документу, она должна выплачивать по 485 рублей за каждый день просрочки. Из своей пенсии в две тысячи, с больным сыном да беременной невесткой и маленьким внуком на руках?

Впрочем, противоположную сторону это не волнует.

Нам не нужны эти деньги, они будут лежать Лене на свадьбу. Лена выйдет замуж только по любви. Так, по словам Елены Ивановны, прокомментировали свои действия "заботливые" родственницы девушки.

Принесут ли ей счастье такие деньги?

В Никольске с сексом все в порядке

Еще на заре перестройки драматург Алексей Арбузов сказал: "Что такое свобода в России? Это когда центральные газеты начнут публиковать статьи на тему "Почему плохо с сексом в Березовке?"

Теперь, слава Богу, можно констатировать: и в Березовке, и в Никольске, и во многих других российских городах и весях с сексом все в порядке. Он есть, его так много — лезет изо всех российских щелей и дыр.

Давно сформировался и процветает всевозможный секс-бизнес, секс-услуги, секс-шантаж и вымогательство. А 12—13-летние деревенские дурочки, насмотревшись всяких похотливых реалити-шоу и прочих ТВ-программ, свободно садятся в машины к взрослым дяденькам и за определенную сумму исполняют любое пожелание очередного "друга". Никольские школьницы, между прочим, — не исключение.

— А зачем вы сюда приехали, кто вас звал? Дело-то закрыто. Зачем вам все это нужно? — допытывалась у меня одна из родственниц Лены.

Я как раз так не думаю. Закрытое дело продолжает жить независимо от неловких и поспешных действий милиции и прокуратуры. Независимо от жадных до чужих денег и чужого покоя людей. Уверена: мать шестерых детей и десятерых внуков Елена Ивановна Шахматова сумеет отстоять покой и благополучие своей семьи. Денег-то она у 18-летней жадной и похотливой девчонки в самом деле не брала.

Метки:
baikalpress_id:  3 951