"Букинист" — книжный магазин

История иркутского книжного магазина "Букинист" заслуживает особого внимания: в недавнем прошлом это культурный центр. Больше 20 лет за чашкой чая там собирались поэты и писатели, любившие книгу истово и беззаветно. Сейчас магазин потеснился, отдав часть помещения агентству недвижимости. Но и поныне люди не забывают сюда дорогу. Среди тысяч книг ищут заветные томики.

Запах подержанных книг

В "Букинисте" тихо и буднично. Без суеты. И город за дверями будто затаился. Продавцы обращаются к иным покупателям по имени-отчеству, ведут непринужденные беседы, советуют. То ли оттого, что в этом магазине можно купить редкие издания прошлых веков, то ли в силу трепетного отношения работников к каждой книге и посетителю, здесь жива атмосфера старорежимности, причудливая смесь советских традиций и легкого налета времени.

Иркутскому "Букинисту" немногим больше 30 лет. Горожане и гости областного центра знают и любят этот уютный магазинчик в старинном здании по улице Литвинова. Раньше особую атмосферу в нем создавали корешки фолиантов с золотым и серебряным тиснением, тома французско-романтической библиотеки — в добротном сафьяновом переплете, легкие как перышко. Был Брокгауз: все 96 полутомов, от которых чуть не просели полки. Исторические вестники, дореволюционные учебники для гимназий и училищ, произведения Шекспира позапрошлого века.

Работники "Букиниста" вспоминают и диву даются величине тех книг, которые в разное время оказывались в магазине. Особенно много было их в 70—80-е годы, когда сносили деревянный Иркутск. Тогда даже на дом выезжали — библиотеки принимать. Чего только стоил "Молитвослов" XIII века в отличном состоянии. Чтобы его приобрести, библиотека ИГУ долго искала спонсора. А сказки братьев Гримм? Уникальное парижское издание, датированное серединой XIX века, с выцветшими чернильными владельческими пометками на полях. Многого стоила и Библия с иллюстрациями великого Доре. В 70-е годы редким и антикварным книгам было отведено несколько полок (их ценность устанавливал совет по оценке), теперь — застеколье небольшого стенда. Раритетные книги практически исчезли с иркутского горизонта. Сейчас их везут в Москву, Петербург. Там букинистическая торговля возведена в ранг бизнеса. Дельцы-перекупщики, так называемые холодные букинисты, дежурят повсеместно. Скупают книги по искусству, старые карты — географические и игральные, гравюры, картинки.

Отдам дефицит в хорошие руки

Размеренность, характерная для "Букиниста", все же иногда нарушается. По средам, в приемный день, из сдатчиков здесь выстраивается большая галдящая очередь. Это люди, которые хотят недорого продать очень неплохой товар. Книги приносят, привозят из городов и весей области. Одни — сумками и коробками. Другие меряют книги машинными багажниками. Кто-то уезжает на ПМЖ за границу, кто-то избавляется от наследства, кому-то книги помогают выжить. В домашних библиотеках граждан нашей "самой читающей страны в мире" осели миллионы собраний сочинений, книг по искусству и кино, учебников и журналов. Теперь эти "литературные сбережения" оседают в "Букинисте".

В очереди собираются разные люди. Это и техническая интеллигенция, и пенсионеры, и студенты. Вот девушка гнется под тяжестью сумки. Объясняет, что ноша — в основном художественная литература. Женщина пришла с детскими книжками и пылившимся дома собранием сочинений Достоевского: "Хоть какие деньги выручу". Благодаря усердию сдатчиков в "Букинисте" царит разнообразие художественной, духовной, философской, краеведческой литературы. Сейчас все это можно купить запросто. Чехов да Толстой не котируются как раньше. Начался бум фантастики, причем новомодной — магической да фэнтези. Братья Стругацкие и Герберт Уэллс в струю современного фантастического мейнстрима не попали.

— Были времена, когда я не успевала расставить по полкам только что сданные гражданами книги, как они расходились по рукам, — вспоминает Мария Алексеевна Деревцова, директор "Букиниста". — Люди дежурили у магазина с самого утра, чуть ли не костры жгли. Заказывали через отдел книгообмена недостающие тома, техническую, справочную, медицинскую литературу, годами ждали. Книга была на вес золота, голод был книжный. Теперь? Мы не можем продать "Мастера и Маргариту" за 35 рублей. А как раньше бились за эту книгу! Звонили, интересовались, караулили. Когда наконец покупали, говорили: "Какое же это счастье! Спасибо!" Да и качество у книг было отменное. Я до сих пор люблю "правдинские" издания: отличные иллюстрации, шрифт, бумага, переплет.

— Вот Бунин, — кивком головы указывает Мария Алексеевна на собрание сочинений классика и с искусством фокусника демонстрирует мне особенности хорошей бумаги, прочного переплета. — Делайте с ним что хотите. Вот современная книга: раз прочитаешь — она и рассыпалась. Только и красивого, что обложка.

Мою собеседницу судьба связала с "Букинистом" 33 года назад. Была младшим продавцом, товароведом, заведующей. Сейчас — директор. За годы работы собрала отличную библиотеку, на которой выросли дети и внуки. Когда пришла в "Букинист", утонула в море книг, которые были диким дефицитом. Поэтому сейчас не может без боли смотреть на собрания сочинений Тургенева, Достоевского, Пушкина, которые прочно стоят на полках — ждут. А в 80-е в ДК Дзержинского устраивались аукционы на редкие издания, собрания сочинений. И прейскурант букинистический был, и молоток деревянный, и азарт, и покупатели...

Под натиском игровых автоматов

Перипетии начались с "Букинистом" в годы перестройки. Расформировали областной книготорг, ликвидировали букинистические отделы при книжных магазинах. В период веерного закрытия из "Букинистов" Ангарска, Усолья, Братска, Иркутска выжил один. Когда новым правилом жизни стало "купи-продай", стремительно взлетела аренда помещения. На "Букинист" зарились многие. Но никто не хотел сохранить его направление — прием подержанной литературы. Коллектив сопротивлялся посягательствам: не дал сделать в родных стенах очередной зал игровых автоматов или магазин модной одежды. Чудный книжный домик выжил, хоть и потерял добрую свою часть. "Букинист" взял под крыло город. Сегодня это единственный муниципальный магазин в Иркутске:

— Книгу читателю нужно показать, — считает Мария Алексеевна. — Он должен познакомиться с ней, почувствовать, подержать в руках. Здесь не работает правило: "Дай-подай". Можно ли понять, оценить достоинство большого альбома по искусству в крохотном помещении? Поэтому нам жизненно необходимо место.

Интересуюсь у товароведа Ирины Владимировны Виницкой, сколько книг в магазине.

— Собрание сочинений мы считаем за единицу. Книг же в нем может быть 15—20. Всего на полках около тридцати тысяч томов.

Товароведы ведут прием и учет книг в маленьком, душном помещении. Книжная пыль вредна для здоровья, но молоко им не положено. Лет пятнадцать назад выдавали профсоюзные рублевые талоны на питание. На них обедали в столовой "Диета". Теперь никаких премий. Работа — чистой воды энтузиазм: зарплата мизерная. При переборке ворохов книг сдатчиков неминуемы встречи с голодными тараканами, грязью, пятнами борща на страницах. Возят книги на тележках: из отдела сдачи в залы. Потом кропотливо сортируют по отделам. В коллективе "Букиниста" работают кто 20, кто 25 лет — любую книгу найдут на ощупь.

— Конечно, молодые не пойдут сюда работать,
— заключает Мария Алексеевна. — Руки всегда в пыли, но работа все равно благодарная, отрадная.

Самовар по вторникам

Для многих покупателей "Букиниста" нет занятия более увлекательного, чем штудировать книжные полки. Как старатели в массе руды отыскивают крупицы золота, они находят заветные томики. Завсегдатаи — особая каста: фанаты, ценители, искушенные книгочеи. Иногда они кажутся чудаковатыми, но, как драгоценные камушки, — то одной гранью засверкают, то другой. Даже входят в магазин по-особенному. Взглянут на цену в последний момент. Почувствуют книгу кончиками пальцев — как пианист, еще не коснувшись клавиш, чувствует, хорош ли рояль.

Редкий день здесь не бывает писатель Владимир Петрович Скиф. Никогда не уйдет без книги. Сам он называет "Букинист" благим делом и рассказывает, что много лет дежурит в книжном магазине — собирает уникальные памятники словесности:

— Недавно купил там трехтомник Плутарха. Эта находка удивительна! Я ждал ее лет тридцать.

Библиотека Владимира Скифа одна из больших и уникальных в городе. Еще недавно в ней было больше двадцати тысяч(!) книг. Они заполняли два ряда четырехметровых стеллажей квартиры. Но книги во втором ряду, как известно, теряются. Потому писатель задумал чистку, подарив шесть с половиной тысяч книг сгоревшей заларинской библиотеке. А душа опять потянулась в "Букинист". Как и в те годы, когда Владимир посещал в нем Клуб книголюбов, возглавляемый Марком Сергеевым.

Раз в месяц, по вторникам, в клубе собирались те, кто не мыслил жизни без книги: Г.Гайда, В.Распутин, В.Трушкин, А.Кобенков. Кипели самовары, пился чай: на время магазин превращался в литературный клуб, которого так не хватало людям слова, посаженным за железный занавес:

— Тематические вечера были удивительно подготовлены, — вспоминает Владимир Павлович?. — У истоков клуба стояли Марк Сергеев и Василий Трушкин — люди, любящие книгу, сердечно относящиеся к ней. Говорили они так, как будто молились книге. И, если зажигались идеей, доходили до самой сути. Рассказывали о декабристах, поэтах пушкинской поры, вели беседы о книгах-миниатюрах, редких прижизненных изданиях Пушкина, творчестве сибирских писателей.

На уникальных книгах, собранных писателем Скифом в "Букинисте", выросли его дети, которые считают их главной ценностью. А он сам хочет организовать вечер памяти тех, кого с нами нет: собраться с единомышленниками в "Букинисте" осенью.

В книжном магазине рады, когда приходят умненькие мальчики и девочки, спрашивают юридическую литературу, правоведческую, экономические справочники, учебники. Несмотря на то, что многое доступно в Интернете. Но в "Букинисте" не представляют, как можно читать Пушкина по компьютеру. Здесь не против компьютера — он необходим как подспорье, но художественную литературу читать с компьютера — это другая культура. Можно пить чай из китайского фарфора, а можно из пластикового стаканчика — нет ни аромата, ни вкуса. То же и с книгой, которую можно взять в руки, ощутить запах страницы, вкус текста. Это культура, передающаяся в семье. Связь между прошлым и будущим.

У Марии Алексеевны Деревцовой есть мечта — увидеть "Букинист" памятником культуры: технически оснащенным, светлым. Ведь старые книги не исчезают — они обретают жизнь в частных коллекциях.

Метки:
baikalpress_id:  3 717