"Аистенок" и его куклы

Иркутский областной театр кукол "Аистенок" готовится встретить своего трехмиллионного зрителя. А начиналось все с ликвидации безграмотности и пропаганды детской литературы.

"Аистенок" родился от "Ежа, Петрушки и двух обезьян". В далеком 1934 году актеры Московского театра детской книги имени Халатова пустились в грандиозное турне за Урал до Дальнего Востока. В то время партия и руководство страны начали рьяно бороться с неграмотностью населения, причем всевозможными способами. В частности, актеры-гастролеры должны были показать всю прелесть умения читать в форме кукольных спектаклей. По пути вместе с ликбезом халатовцы агитировали местных артистов на организацию своих кукольных театров. Так появились театры кукол в Новосибирске, Чите. И в Иркутске москвичи сагитировали актеров Театра рабочей молодежи (ТРАМа). Оставили им часть кукол, декораций и пустились дальше. Как рассказал директор Иркутского областного театра кукол Андрей Калиниченко, уже в январе 1935 года был выпущен первый спектакль — "Еж, Петрушка и две обезьяны". Именно это событие и стали считать временем образования Иркутского театра кукол.
— В тот же год наш театр попал в реестр государственных театров под названием Восточно-Сибирский государственный театр кукол и марионеток, — рассказал Андрей Калиниченко. — Далее его переименовали в Совхозно-колхозный театр. А в 1939-м он получил название Иркутского областного театра кукол.
Так как актеров-кукольников начали готовить только лет пятьдесят назад, первые работники тряпичных представлений были либо с драматическим образованием, либо вовсе приходили с улицы.
Но как бы то ни было, в начале своего пути на базе театра работали четыре группы, которые разъезжали по губернии, ставя спектакли в клубах, красных уголках, школах. Эти непрерывные гастроли продолжались вплоть до 1986 года, когда театр наконец-то получил здание, где можно было давать представления.
— Сначала нам предлагали поселиться в Доме пионеров Куйбышевского района, — рассказывает Андрей Калиниченко. — Но мы возразили, что в такую даль никто не поедет, тем более что наш зритель, мягко говоря, очень юн. Тогда предложили здание около Дворца пионеров, но его нужно было расширять, чего власти не захотели делать. В конце концов мы получили кинотеатр "Мир", который к тому времени стал сдавать свои позиции, здание требовало ремонта, а зрителей приходило все меньше и меньше. Нам пришлось перестраивать весь зрительный зал, так как в "Мире" экран находился на задней стенке. Зрители при входе в зал проходили сначала мимо экрана, а уж потом садились на свои места. Мы развернули все в обратную сторону. Провели колоссальную реконструкцию и теперь можем похвастаться прекрасными сценой и залом, добротно и профессионально сделанными. Благодаря многим хитростям куклы ростом в 30—40 сантиметров зрителям кажутся метровыми. Однако до сих пор у нас нет буфета, что, учитывая возраст нашего зрителя, очень неудобно. К тому же, имея только одну сцену, мы вынуждены прекращать представления на время подготовки и репетиции нового спектакля.
Семь десятков — не срок
Когда Иркутский театр кукол обрел крышу над головой встал вопрос об имени. Всем хотелось, чтобы дом театра притягивал все самое светлое и красивое, стал своим и для детей, и для взрослых. И было решено, что он будет носить имя птицы, которая у всех ассоциируется с семьей, добротой, высоким и красивым полетом, — аиста. Имя оказалось удачным. В этом году "Аистенок" юбиляр, идет уже 70-й театральный сезон. За это время было поставлено почти две с половиной сотни спектаклей. Сшито около трех тысяч кукол. И в этом году театр готовится встретить своего трехмиллионного зрителя.
Наташи здесь не ходят
Спектакли для тех, кому до семи, должны воспитывать развлекая. И происходить это должно ненавязчиво, без назидательных воззваний к разуму малыша, а через его эмоции. Есть у "Аистенка" такой спектакль — "Метелыч и Бантик". Сюжет прост: зоопарк уехал, но остались бегемотик по имени Бантик и дворник. Бантик ждет свою подружку Наташу, которая пообещала прибежать проститься с бегемотиком, а дворнику нужно все скорее подмести, убраться и уехать вслед за зоопарком. Чтобы отсрочить отъезд и дождаться подружку, Бантик выдумывает всякие истории. Но дворник в конце концов решает помочь бедняге и звонит Наташе — мол, когда же ты придешь? А та уже увлеклась медвежонком из цирка и забыла о своем обещании навестить бегемотика.
— В зале в этот момент наступает звенящая тишина, — говорит Андрей Калиниченко. — Все малыши понимают, что девочка предала своего друга. И тут Метелыч спохватывается, мол, может, в зале есть другая Наташа, которая исправит ошибку своей тезки? Но ни разу не поднялась ни одна Наташа, хотя, конечно, они были в зале. Они боятся, что на них перенесут все качества героини спектакля.
Есть в театре и свои спектакли- долгожители. К примеру, "Таинственный гиппопотам" уже четверть века идет на сцене Иркутского театра кукол. Его герои уже дважды подвергались реставрации, но до сих пор в строю. Есть и самый аншлаговый — "Три поросенка". С 1999 года сказка шла 63 раза! Даже в период эпидемии гриппа, когда общий поток зрителей резко сокращается, у "Поросят" аншлаг.
Кукла — продукт технического прогресса
Детское представление — дело серьезное, и кукла зачастую сложный механизм, со множеством деталей. Поэтому и самые лучшие мастера по изготовлению кукол чаще всего люди с техническим складом ума.
— У нас есть мастер Костя Андреев, — рассказывает Андрей Калиниченко. — Он долгое время работал на заводе тяжелого машиностроения, сменил много специальностей. Но в конце концов пришел к нам делать кукол. Видимо, сыграли роль гены, ведь его отец изготовил немало героев для наших спектаклей.
Бывает, что по замыслу постановщиков у куклы должен во время представления вырасти нос. Или, как в "Сказке о царе Салтане", у Бабарихи после укуса шмеля вздуться пузырь на носу. А силач из "Цирка Шардама" захватывает пальчиками штангу, поднимает ее, опускает и берет гантели. Или аист в "Аистенке и пугале" расправляет крылья, как настоящая, живая птица. А ведь он марионетка. Значит, все управляется ниточками. И нужно точно знать, куда эту ниточку прикрепить, чтобы все движения были плавными, естественными. Иногда одной 30-сантиметровой куклой управляют три человека: один отвечает за движения рук, другой — ног, а третий — за голову и тело.
— Может, кто-то скажет, зачем столько трудностей, Ведь можно нарядить в костюм одного человека — и пусть он играет на сцене. Но дети-то сразу поймут, что это человек, а не сказочный герой. К тому же кукла — это ожившее неживое, и ребенок это схватывает на лету. А потому верит всем превращениям, прислушивается к его словам и помнит его советы.
— Кукольные представления помогают родителям воспитывать ребенка, — говорит Андрей Калиниченко. — Если в спектакле нет прямого разъяснения, что хорошо, а что плохо, то само время, проведенное с мамой и папой, для многих ребятишек уже праздник. Поэтому театр кукол жил, жив и должен жить.
Информация к размышлению
В Сибири пять кукольных театров не имеют своего собственного помещения. Они размещаются на первых этажах жилых домов. Представляете себе театр с высотой потолков два с половиной метра?

  • Существует несколько видов кукол. Есть перчаточные куклы, типа пресловутого Петрушки; у тростевых вся сила внутри: актер держит куклу за трость, находящуюся под ее одеждой, и приводит в действие механизмы. Может, к примеру, открывать кукле рот или поднимать ус. Но самые сложные для работы — марионетки, управляемые с помощью ниточек, прикрепленных к разным частям туловища. Слишком тяжело создать такую куклу и приноровиться к ней. Кстати, Иркутский областной театр кукол практически единственный Сибири восстановил куклу-марионетку на сцене и плотно использует ее в спектаклях.
  • С самого начала иркутские актеры-кукольники не гнушались ставить спектакли и для взрослых. Встречаются фотографии с изображением сцен из гоголевских пьес. Да и сейчас в репертуаре "Аистенка" недетские "Лекарь поневоле", "Зверь", "Любовь к трем апельсинам", "Божественная комедия".

Метки:
baikalpress_id:  33 353