Увидеть Париж, чтоб заскучать по Иркутску

С престижной международной наградой вернулся из французской столицы молодой иркутский предприниматель Владислав Шиндяев. Влад стал лауреатом премии Фонда Филиппа Буари в области РR* за 2004 год.

— Влад, прежде чем замахнуться на парижские почести, вы, надо полагать, вдоволь покрошили зубы о гранит науки PR.
— Пиаром я начал заниматься лет восемь назад. Даже преподавал пиар-технологии в Иркутском госуниверситете. А чистым специалистом по связям с общественностью стал полтора года назад. Коллег, единомышленников в Иркутске не так много. Чтобы расти профессионально, постоянно изучаю узкоспециальную литературу. Еще один источник информации — Интернет.
На портале пиарщиков однажды прошла информация о наборе на интернет-курсы. Конечно же, записался. Потом были стажировки в Москве и в Европе, где я лично познакомился с маститыми специалистами, по чьим книгам учился и учусь.
— А каким образом о вас узнали в Париже?
— В прошлом году во время очередной стажировки в Москве нам представили брифы (технические задания. — Авт.) различных европейских фирм на подготовку и проведение пиар-кампаний. Мы должны были в письменной форме высказать свое мнение об этих брифах. Я забраковал бриф известной российской компании. Дальше — неожиданность. Обычно организаторы подобных мероприятий отторгают чужое нелицеприятное мнение. Здесь произошло совершенно обратное. Мне сказали, что я один из всех бравшихся за это задание засомневался, стоит ли выполнять его в исходном виде. Я вообще в минувшем году очень активно работал, представил на суд именитых коллег серию коммуникационных программ. За них вкупе мне и присудили премию Фонда Буари.
Шик — это по-нашему. Но не по-французски
— И вот вас приглашают на торжественную церемонию в Париж...
— Российских лауреатов премии Буари награждают на традиционных Днях РR в Москве. Нынешние Дни проходили 21—22 февраля 2005 года. Я в тот момент стажировался в Париже, где располагается штаб-квартира Европейского института РR, потому и был принят лично президентом института Филиппом Буари, уважаемым во всем мире человеком, обладателем учрежденного еще Наполеоном Бонапартом одного из самых высоких званий Франции — командор Академического ордена.
— Французы, если верить литературе и кино, обожают устраивать пышные торжества. Наверное, и вас награждали с шиком...
— Все прошло скромно. Господин Буари пригласил меня в свой офис в знаменитом Доме инвалидов, где теперь большой Музей армии и в соборе которого находится гробница Наполеона. Короткую, но очень теплую по отношению к России, россиянам и ко мне персонально речь произнес хозяин кабинета, с ответным словом выступил я. Предельно аскетично оформленный диплом со своей фамилией я не сразу получил на руки, поскольку помощники господина Буари регистрировали его в институте интеллектуальной собственности, это что-то вроде нашего патентного бюро. На Западе к защите интеллектуальной собственности подходят очень серьезно.
Пиар в России меньше чем пиар
— В нашей стране слово "пиарщик", особенно когда речь идет о политике, воспринимается как самое грязное ругательство...
— И поделом. В России мешают в кучу маркетинг, рекламу, связи с общественностью, коммуникации и агитацию, с пиаром связывают либо политические кампании, либо работу со СМИ. А в той же Франции еще с 1964 года законом специалисту по связям с общественностью запрещено совмещать функции пресс-секретаря, заниматься рекламой и маркетингом и уж тем более работать журналистом. Задача истинного пиар-специалиста — не продвижение какого-либо рода товара на рынок, а достижение компромисса между хозяином фирмы — производителя товара (в том числе информационного продукта) — работниками, потребителями и широкой общественностью. Француз Жак Сегела, "создавший" более двадцати президентов разных стран, утверждает, что и политик — предмет потребления, существующий как профессионал с разрешения своих избирателей. Как любой товар, он может быть однажды отторгнут. Российские же политики в массе своей считают, что избрали — и все. Поэтому начало их политической карьеры одновременно и становится ее закатом.
Не ценят у нас грамотный пиар. Иначе не случались бы кризисы, подобные скандалу вокруг монетизации льгот. Народу не разъяснили как следует необходимость этого шага. Или недавний иркутский пример. В городе начали активно устанавливать памятники. Вроде бы ради пробуждения в иркутянах чувства патриотизма. Но без учета общественного мнения реакция на любое благое начинание может быть непредсказуемой. Вот и отвечают люди на вопрос журналиста, как они отнесутся к памятнику в их районе: "Да ничего — много места не занимает, мы его обойдем".
— Как же вам работается в "антисанитарных" условиях непонимания нужности вашей профессии?
— Повального непонимания нет. Я с некоторого времени консультирую несколько компаний, в основном московских. На иркутском же уровне занимаюсь только событийной коммуникацией. Например, участвую в пиар-обеспечении журналистских конкурсов.
Париж — удовольствие, Иркутск — любовь
— Целый месяц в весеннем Париже заниматься исключительно зубрежкой было бы преступлением. Хоть крупицу этого великого города вам удалось разглядеть?
— День был расписан по минутам. А по ночам мы с женой, сопровождавшей меня в поездке, гуляли по городу. Париж был весь в цветах, с тщательно вымытыми тротуарами, аккуратно подстриженными газонами. Парижане ведут очень размеренную жизнь. Правда, с наших российских позиций их поведение иногда кажется несколько безалаберным. Можно в восемь часов утра увидеть полные посетителей кафе. Кто-то пьет кофе, кто-то — вино, читает любимую газету. Но за десять минут до отхода своего автобуса человек спешит на остановку. Кстати, обед среднестатистического парижанина тоже сопровождается непременным бокалом вина. А то и не одним.
— А вы следовали этой традиции?
— Охотно. Мы очень много узнали о вине. Из батареи бутылок выбрать лучший сорт сумеем.
— Отыскать в Париже "свой" Париж, кажется, уже не удастся никому. Вы тоже потерпели фиаско?
— Если человек хочет удивляться, он будет удивляться. Например, нас очень впечатлило, что в парижских магазинах коллекции и интерьер меняются несколько раз в месяц. И стены перекрашиваются, и музыка другая играет. Там действительно от хождения по магазинам получаешь удовольствие.
На наших глазах произошло развенчание замшелого стереотипа, будто все французы лягушатники. Парижане терпеть не могут лягушачьих лапок. Заказать это блюдо в Париже можно только в китайском ресторане.
— А удалось ли вам познакомиться с французской провинцией?
— Ездили с краткосрочным визитом в Лион, в русскую службу Евроньюс. Богатый историческими памятниками город. Люди приятные — как, впрочем, и в Париже. Если француз метрах в пяти впереди тебя проходит через дверь, он ее обязательно придержит. А если ты ему придержал, непременно скажет "мерси". От жизни в Париже мы получили огромное удовольствие. Как говорит моя жена, это было полное совмещение духовного с полезным.
— Вчера вы наслаждались сказкой, а сегодня месите грязь и слякоть весеннего Иркутска...
— Здесь мой родной дом, по которому за месяц я безумно соскучился.

*РR (пи-ар), рubliс relations (паблик рилейшнз) — обшественные связи, связь с общественностью.

Загрузка...